Шахтеры эвакуировались и погибли

Похоронены первые жертвы трагедии на «Распадской»

ИТАР-ТАСС
В Междуреченске похоронили пятерых погибших на «Распадской» горняков. Официальное число погибших возросло до 52 человек, еще 88 ранены. Шахтеры говорят, что из забоя на поверхность не вышли 64 человека. Повышенной концентрации метана они могли не заметить из-за выведенных из строя счетчиков, считают эксперты.

Горняцкий городок Междуреченск похоронил первых жертв трагедии на шахте — Федора Акентьева, Александра Горбунова, Григория Женжарова, Валерия Шуклина и Виктора Вакульчика. Об этом «Газете.Ru» сообщили в администрации города.

Из них под землей скончался только электрослесарь Вакульчик.

Остальные, судя по всему, успели выйти на поверхность, но погибли под обломками здания, которое было разрушено вторым взрывом, случившимся через четыре с половиной часа после первого.

Сколько именно эвакуировавшихся шахтеров в итоге не смогли спастись — пока неизвестно. В первые часы после аварии погибшими числились 12 человек, ранеными — 59. Премьер Владимир Путин уже потребовал провести тщательный анализ причин гибели людей, спасшихся из забоя и погибших от второго взрыва. «Люди были выведены из шахты. Как получилось, что они не были отведены на безопасное место и погибли? Это требует дополнительного анализа и дополнительных выводов», — цитирует его слова на совещании в Междуреченске на «Распадской» ИТАР-ТАСС.

На «Распадской» почти все знают, как проходила эвакуация. «В шахту зашло 359, а вышло 295 человек, — сказал «Газете.Ru» председатель профсоюза работников «Распадской» Ильдар Габдрахманов.

«Люди рассказывали, что взрыв произошел на глубине 500 метров, после этого к ним пошел угарный газ, они стали задыхаться, — говорит он. — Шахтеры сразу же стали надевать самоспасатели. Но часть из них не сработала, может быть, из-за срока годности или по другой причине. Постучали по ним, и вроде они заработали. Внутри «самоспаса» есть ампула с кислотой, которая должна была лопнуть, после чего началась бы химическая реакция. Видимо, она не лопнула сразу».

По словам Габдрахманова, взрыв встряхнул всю шахту: «Пострадали все участки — и ремонтников, и монтажников, и участок дизельного транспорта. Вспомогательным участкам тоже досталось, они хоть и были далеко от места взрыва, но ударная волна и угарный газ дошли и до них».

Но, где именно был центр взрыва, пока неизвестно. «Даже те, кто вышел из шахты, не знают, где взрыв произошел — не то в лаве, не то в забое»,— говорит Габдрахманов.

Сотрудникам «Распадской» объявили, что причины взрыва станут известны не ранее чем через 10 дней. Впрочем, глава МЧС России Сергей Шойгу высказал одну из версий: на шахте произошел выброс метана. «Есть предварительная версия, что взорвался газ и угольная пыль», — заявил он. Но заместитель гендиректора ОАО «Распадская угольная компания», которой принадлежит шахта, Владимир Горячкин сообщил журналистам, что датчики метана, установленные в подземных выработках, показывали нормальную концентрацию этого газа в шахте.

«Понятно, что произошел взрыв метана, непонятно, почему создалась такая концентрация, — сказал в разговоре с «Газетой.Ru» первый заместитель председателя Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности «Росуглепроф» Рубен Бадалов. — Значит, что-то либо шахтеры не сделали, либо были обстоятельства, которыми они не могли управлять». По словам Бадалова, газоуловители, которые отключают электроэнергию при превышении безопасного уровня метана, стоят только на определенных участках шахты. «В разных местах установлены датчики на разную концентрацию газа,— сообщил Бадалов.— Те, которые в тупиковом забое, — на 2%, на исходящей тупикового забоя — на 1%, на свежей струе — 0,5%, на исходящей лавы — 1,3%, на исходящей крыла шахты — 0,75%».

Бадалов подтвердил, что горняки могут подправить датчики, если им необходимо сдать план по выработке: метан в забое всегда присутствует, а зарплата шахтера зависит от объема работ.

«Фуфайка, наброшенная на датчик, максимум скроет 2% метана, а взрывоопасная концентрация — это пять и более процентов, самый мощный взрыв произойдет при 9%», — сказал Бадалов. По его словам, проходчики имеют с собой переносные датчики, которые пищат. И их «подкручивать» нет смысла, ведь горняки не самоубийцы. Скорее всего, считает Бадалов, это был внезапный выброс метана под большим давлением, перед которым датчики бессильны.

На «Распадской» у горняков также есть своя норма выработки. «Для проходчиков — 200 метров, для добытчиков — 200—250 тысяч тонн угля в месяц, — рассказал Габдрахманов. — Если план не сделали, то ничего не заработали». По его словам, это большие цифры. С практикой «загрубления» датчиков метана на шахтах он знаком, но, практиковалось ли это на «Распадской», не знает.

Между тем, в прямом эфире «Русской службы новостей» один из шахтеров «Распадской» подтвердил, что горняки имели обыкновение заклеивать датчики. «Датчики показывали и были исправны по всей шахте. Их проверяют каждые 10 дней, но горняки их попросту заклеивают – так как датчики выбивают напряжение, и участки не могут давать уголь дальше. Горнякам платят за выполненный план работы, вот и приходится нарушать технику безопасности, заклеивать», — сказал он.

Также, по словам шахтера, добыча угля не была приостановлена в праздники (взрыв случился в ночь с 8 на 9 мая), поскольку работа в выходные дни засчитывается горнякам по схеме один день за два. «Все хотели поработать, потому что у нас маленькая заработная плата», - добавил он.

«Планку работ завышают, а людей между тем не хватает, — добавил представитель профсоюза. — Звенья не укомплектованы».

«Я знаю по проходчикам, что в забой «Распадской» должны ходить по 4 человека, а ходят только трое, — продолжил Габдрахманов. — Бывает, что кто-то заболел, тогда вообще двое идут. Шахтеров, работающих на добыче, побольше. Может быть, они и справляются».

В понедельник на шахте продолжали работать спасатели МЧС. «Сейчас вентиляцию только настроили, раньше было слишком загазовано, — сказал Габдрахманов. — Но подняли на поверхность только тела погибших при втором взрыве спасателей, до работавших рядом со взрывом шахтеров еще не дошли». Представитель профсоюза добавил, что очень хотелось бы надеяться, что удастся хоть кого-то найти живого, но шансов на это практически нет.

Сейчас, по его словам, главное — наладить откачку воды из забоев. Насос отключился сразу после взрыва, когда оказались поврежденными кабели. «А у нас весенний паводок, идет сильное подтопление выработок», — говорит Габдрахманов.

В Междуреченске надеются, что разрушенную шахту будут восстанавливать. «Все-таки четыре с половиной тысячи людей не оставят без работы», — уверен председатель профсоюза «Распадской». Сейчас шахтеры продолжают приходить на работу. Отмечаются, и, если не нужна помощь спасателям, уходят домой.

В городе готовятся к следующим похоронам. В среду на кладбище появятся могилы машинистов горных вымоечных машин Сергея Жалнина и Александра Петрова, рабочего очистного забоя Владимира Вавилова, мастера Игоря Леликова и спасателя Александра Каюна.