Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Самоубийство довело курсантов до колонии

В Новосибирске завершился суд над курсантами Высшего военного командного училища

ИТАР-ТАСС
Вынесен обвинительный приговор по делу о доведении до самоубийства первокурсника Новосибирского высшего военного командного училища. Суд приговорил семерых курсантов и трех сержантов к срокам от 2 до 5 лет в колонии общего режима. Теперь адвокаты потерпевших намерены требовать возбуждения уголовного дела против бывшего руководства военного вуза.

В четверг в Новосибирске завершился суд на семью курсантами и тремя сержантами Новосибирского высшего военного командного училища, обвиняемыми в доведении до самоубийства первокурсника вуза Радмира Сагитова, погибшего в 2008 году.

Из-за постоянных издевательств и побоев Сагитов перерезал себе вены в ванной одной из квартир Академгородка.

На скамье подсудимых оказались курсанты Марат Бекоев, Дмитрий Короев, Автандил Гиголаев, Тимур Бегиев, Сетага Чехоев, Виктор Петров, Аляс Пилия, старший сержант Сергей Панжеев и младшие сержанты Денис Хагба и Николай Болатаев. Все они, кроме Пилии, были признаны виновными по ст. 335 (нарушение уставных правил отношений) и по ст. 286 (превышение должностных полномочий) УК РФ. Пилия был осужден по ст. 116 (нанесение побоев).

Чтение приговора заняло у судьи Вячеслава Иванова около двух часов. Наибольшие сроки получили Бекоев и Болатаев — по 5 лет колонии общего режима. Гиголаев получил 4 года колонии, Чахоев — 4,5 года, а Хагба и Панжев — 3,5 и 3 года соответственно. Короев был приговорен к 2,5 года, а Пилия — к 2 годам. Бегиев и Петров получили 3 и 2 года лишения свободы условно. Также суд удовлетворил ходатайство о взыскании с подсудимых процессуальных издержек — порядка 46 тыс. рублей (расходы на проезд и проживание потерпевших — родителей Сагитова).

Кроме того, судья вынес два частных определения в отношении руководства вуза. Текст этих определений, отметил судья, будет готов к 12 мая.

Адвокаты правозащитной ассоциации «Агора», представлявшие в суде интересы родителей Сагитова, попросили судью вынести частное определение и в адрес главнокомандующего Сухопутными войсками Министерства обороны России об устранении в Новосибирском высшем военном командном училище причин, которые способствовали совершению преступления. Также адвокаты обратились к суду с просьбой инициировать возбуждение прокуратурой уголовного дела о халатности в отношении командира роты, где учились подсудимые и Радмир Сагитов.

Расследование и суд по этому делу длились более года. Согласно материалам следствия, 5 марта 2008 года Сагитов пришел в гости к знакомой пенсионерке из новосибирского Академгородка — у нее периодически останавливались родители курсанта, приезжавшие навестить сына из Башкирии. Запершись в ванной, он вскрыл себе вены. Приехавшие на место медики диагностировали смерть от кровопотери. Рядом с телом были найдены две предсмертные записки.

В одной он обращался к сокурсникам: «Я думал, что здесь действует военный устав, а не зоновские понятия. Научитесь оценивать человека сразу. Чем же я заслужил судьбу несчастного изгоя? Я устал плыть против течения».

Во второй юноша извинялся перед родными за то, что не оправдал их надежд.

В начале расследования причин самоубийства курсанта под стражу были взяты пять человек — четыре курсанта и младший сержант. Курсантам было предъявлено обвинение по ст. 335 (нарушение уставных правил отношений), сержанту — по ст. 286 (превышение должностных полномочий) УК РФ. Позднее под подозрение следствия попали еще трое курсантов и двое сержантов училища. Им были предъявлены аналогичные обвинения.

В ходе расследования с должностей были сняты многие руководители элитного военного училища, в том числе и глава вуза полковник Михаил Тихомиров.

На одном из допросов он признался, что за два дня до смерти Сагитова приказал перевести его в другую роту, так как был в курсе происходящего, но его подчиненные попросту не стали выполнять приказ начальства. Замначальника училища по воспитательной работе полковник Игорь Трофимов получил выговор. Был уволен и командир роты, в которой учился Сагитов, — майор Денис Горбульков. Во время допросов однокурсник погибшего сознался, что Горбульков заставил его в беседе со следователем отрицать любые факты издевательств над башкирским курсантом, а также переписать книгу нарядов после самоубийства.

По словам курсанта, Сагитов стоял в наряде по столовой более трех суток: со 2 по 5 марта.

В суде майор Горбульков продолжал настаивать, что ничего не знал об издевательствах над Сагитовым. Он пожаловался, что в 2007 году в училище впервые без экзаменов и без предоставления результатов психологического тестирования приняли так много молодых ребят из Южной и Северной Осетии и Абхазии — 25 человек на курс, некоторые из них были неуправляемыми — не реагировали на команды, грязно ругались. При этом майор заявил, что он делал все, что от него зависело, и поэтому не считает себя виновным.

Также в ходе судебного процесса вскрылись и другие нарушения в военном училище. Так, в апреле этого года подсудимый Пилия — сын офицера МВД Абхазии — признался, что медкомиссия при поступлении в училище была формальной. Его только спросили, переносил ли он когда-нибудь операции и страдает ли хроническими заболеваниями. Он ответил отрицательно, и был зачислен. Во время следствия медики признали Пилию негодным к военной службе — у него обнаружилось заболевание, возникшее еще до поступления в училище. Впрочем, выяснилось, что по результатам профессионально-психологического отбора этот курсант был «не рекомендован для поступления в военное учебное заведение». Поэтому ему и инкриминировали лишь «гражданскую» статью.