Цивилизация
Решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) не должны приводить к пересмотру приговоров по конкретным делам, если те были вынесены на законных основаниях, считает исполняющий обязанности спикера Совета федерации Александр Торшин.
Сенатор внес в Госдуму законопроект, в котором предлагает дополнить ст. 415 Уголовно-процессуального кодекса «Возбуждение производства» и ст. 312 Арбитражного процессуального кодекса «Порядок и срок подачи заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» пунктами о том, что установленное Страсбургским судом нарушение прав человека в результате применения какого-либо закона не может служить основанием для пересмотра приговора, если этот закон признан соответствующим Конституции.
В случаях когда Европейский суд принимает решение о нарушении прав человека в результате применения закона, изначально не соответствующего международным обязательствам России, Торшин предлагает судам обращаться в Конституционный суд.
В качестве одного из поводов для разработки законопроекта Торшин приводит дело «Константин Маркин против России».
Капитан Константин Маркин развелся с женой в 2005 году после рождения их третьего ребенка и заключил с ней соглашение, что дети останутся с ним. Маркин обратился к командованию с просьбой дать ему отпуск по уходу за ребенком, однако командир отказал, так как по закону этот отпуск предоставляется только военнослужащим-женщинам. Проиграв суды во всех инстанциях, Маркин обратился в Конституционный суд, но и там получил отказ в рассмотрении его жалобы. В итоге в 2011 году Маркин дошел до Европейского суда по правам человека, который установил, что военнослужащего дискриминировали по половому признаку, в то время как право человека на семейную жизнь ограничениям не подлежит.
После принятия ЕСПЧ этого решения председатель КС Валерий Зорькин выступил с резким заявлением, что «Европейский суд впервые в жесткой правовой форме подверг сомнению решение Конституционного суда Российской Федерации», отметив, что «Страсбургский суд вправе указывать странам на ошибки в законах, но в тех случаях, когда решения ЕСПЧ прямо противоречат Конституции РФ, страна должна соблюдать свои национальные интересы», что было воспринято как угроза игнорирования Россией решений ЕСПЧ.
Решения ЕСПЧ (россияне составляют пятую часть от всех обращающихся в суд) могут спровоцировать предъявление Комитетом министров Совета Европы требования к России пересмотреть национальное законодательство, считает Торшин, а в России они могут вызвать волну пересмотров дел по вновь открывшимся обстоятельствам. Его законопроект предупреждает эту опасность.
Законопроект, скорее всего, найдет поддержку в комитете по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству в Госдуме. Председатель комитета единоросс Павел Крашенинников сказал «Газете.Ru», что подобные коллизии необходимо законодательно урегулировать: решения суда не могут пересматриваться в противоречии с основным законом страны.
Депутат заметил, что появление ситуаций, в которых решение международных судебных инстанций будет противоречить Конституции, также недопустимо, потому что именно Конституция является основным законом страны.
Адвокат Вадим Клювгант отнесся к инициативе законодателей с удивлением. Он напомнил, что в компетенцию Европейского суда не входит оценка судебных решений с точки зрения их законности или соответствия международным правовым нормам.
В Страсбурге оценивают только обоснованность жалобы на нарушение прав человека, защищаемых международной конвенцией, ратифицированной Россией, отметил Клювгант.
Российская Федерация, ратифицировав Европейскую конвенцию по защите прав и свобод человека, признает решения ЕСПЧ, которые нельзя отменить при помощи каких-либо национальных законов, говорит адвокат, называя доводы Торшина «умышленными коллизиями». Что касается предложения проверять законы, на основании которых был вынесен приговор, который пытаются опротестовать, в том числе апеллируя к решениям ЕСПЧ, Клювгант иронично заметил, что Конституционный суд и без того загружен работой и в его компетенцию также не входит давать оценку действующим законам при пересмотре каждого конкретного дела.
