Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Инстинкт охотника: почему повышается спрос на одежду б/у

На карантине россияне стали активнее продавать одежду

,
Прослушать новость
Остановить прослушивание
За время режима самоизоляции вырос спрос на одежду б/у в разных ценовых сегментах: эксперты связывают это как с экономией, так и с зарождающимся в России трендом на рациональное потребление. Продавать одежду на карантине стали как звезды, так и простые люди, разобравшие свой гардероб. Стилисты видят в этом стремление к обновлению и поиск индивидуального стиля, который не удовлетворяет масс-маркет. Причем большинство таких сделок происходит онлайн. Зачем покупать одежду, которую уже кто-то носил, разбиралась «Газета.Ru».

В последнее время, в том числе из-за пандемии, выросла популярность сервисов объявлений для покупок одежды, обуви и аксессуаров. Этот канал занял 6% онлайн-продаж fashion-рынка, которые по итогам года могут превысить 355 млрд руб, сообщал Коммерсантъ.

Эксперты связывали это со снижением доходов и закрытием небольших магазинов, рынков и дискаунтеров, из-за чего покупатели вещей из масс-маркета перешли на онлайн-платформы, торгующие товарами б/у.

По данным исследования Fashion Consulting Group (FCG) и «Яндекса», сегодня на этот канал приходится 6% от всех онлайн-продаж одежды, обуви и аксессуаров. Для сравнения: 9% сегмента занимают социальные сети и мессенджеры, 11% — монобрендовые интернет-магазины, 74% — мультибрендовые площадки и маркетплейсы. С наступлением пандемии, одежда и обувь стали первой статьей экономии: в апреле выручка розничных магазинов в этом сегменте снизилась на 50–70%, следует из исследования FCG и «Яндекса».

Количество объявлений о продаже одежды, обуви и аксессуаров на Avito, напротив, в этом году значительно выросло. За второй и третий кварталы число публикаций увеличилось на 16% год к году, до 45 млн объявлений, рассказывал Коммерсанту Алексей Козловский, руководитель категории «Личные вещи» Avito. По его словам, интересоваться приобретением одежды и аксессуаров во втором-третьем кварталах стали на 18% чаще, чем в прошлом году. В «Юле» также сообщили, что на старте пандемии (конец марта — начало апреля) заметили краткосрочное снижение активности пользователей. Однако к июню число новых объявлений начало расти: в категории «Одежда» — на 23%, а в «Обуви» и «Аксессуарах» — на 25% год к году. В третьем квартале, по оценкам «Юлы», число новых объявлений в этих категориях продолжает увеличиваться примерно на 7–8% год к году.

Стилисты связывают это явление не только с экономией, но и с изменившимся из-за режима самоизоляции отношением к одежде в целом. Стилист Наталья Плотникова считает, что мода на вторичное использование одежды связана с повышением осознанности и поиска индивидуального стиля в противовес диктату быстро меняющейся моды. «Если раньше мода диктовала какие-то правила, то сейчас это полная свобода самовыражения: делай все что угодно, носи что хочешь — все модно. Тут тебе и 70-е, и 80-е, и 90-е и нулевые... — отмечает Плотникова. —

Самой главной становится осознанность, понимание, что подойдет именно тебе, понимание своей анатомии и задач своей жизни, зачем тебе вообще нужны эти вещи».

По мнению стилиста, люди в последнее время стали бережнее относиться к вещам и окружающей среде, понимать, что быстрая мода наносит вред и природе, и кошельку. «Осознанность – это когда мы воспринимаем себя в определенной среде, понимаем, что нам и нашим детям в этой среде еще жить, и начинаем по-другому относиться к вещам, — поясняет Плотникова. — Мы уже не покупаем их впустую, понимаем, что возможна перепродажа, что вещи могут иметь вторую жизнь, кому-то служить — не раскидываемся и не выкидываем их уже».

Тренд задают и звезды, которые тоже начали продавать свои вещи на карантине. Среди них замечены Яна Рудковская, Филипп Киркоров. сотрудничающие с resale-платформой Oskelly. «Мне нравится, что культура resale становится популярной в России, — заявила Рудковская в интервью журналу Tatler. — Давать второй шанс своим вещам — хороший тон в условиях экологии XXI века и возможность сохранить как можно больше природных ресурсов. Ведь мода — одна из самых токсичных индустрий для нашей планеты». Часто звезды продают вещи в поддержку благотворительных проектов, но при этом важно обозначать цели такой распродажи, считают эксперты.

«Миссия звезд — быть просветителями нового потребления, не просто выставлять свои вещи из прошлых десятилетий на продажу, а формировать новую культуру потребления среди своей аудитории, — считает Татьяна Нудельман, основатель resale-проекта «Ничего Нового». — Когда Яна Рудковская выставляет свои вещи на resale-платформу, сложно поверить, что она перешла на сторону осознанного потребления. Это больше похоже на салют ради привлечения внимания. Когда же Кейт Мосс выставляет свою шубу на благотворительный аукцион resale-платформы Vestiare Collective, чувствуешь, что это культурологический и этический поступок, который приведет в долгосрочной перспективе за собой много последователей».

Стилисты отмечают, что россиянам вообще свойственно более бережное отношение к вещам. «Где-то у себя в Instagram я, рассказывая о разборе гардероба, употребила слова «мы выкинули из гардероба», и на это многие подписчики отреагировали очень негативно, хотя я имела в виду в переносном смысле выкинуть», — привела пример Плотникова. По ее словам,

россияне носят вещи до последнего, пока они могут служить — по экономическим и психологическим причинам. А лишние при разборе гардероба вещи относят в детский дом либо продают.

«На карантине люди начали искать источники дополнительного дохода, к тому же появилось время разобрать свои вещи и разместить их на онлайн-площадках, — поясняет всплеск интереса к resale-платформам Павел Пресняков, cооснователь проекта по аренде одежды Pullquest. — Это привело к увеличению предложения на рынке и, как следствие, к более высокой конкуренции среди продавцов и появлению более привлекательных для покупателей позиций. Кроме того, секонд-хэнд вещи не так подвержены росту цен из-за изменения курса, что является дополнительным преимуществом перед традиционным ритейлом».

Эксперты отмечают, что во всем мире сейчас набирает обороты тренд на рациональное потребление и отказ от быстрой моды, и в России спрос на вторичном рынке также увеличивается. «У продавца теперь есть возможность заработать в кризис, а у покупателя – купить вещь по доступной цене, — добавляет Татьяна Нудельман. — Во время пандемии люди много времени проводили дома, было время заняться разбором гардероба. Это привело на resale-платформы большое количество интересных предложений. Из трендов этого года — появление в индустрии игроков, которые предлагают на продажу не только привычный и стабильно хорошо покупаемый люкс, но и демократичные бренды, в том числе вещи из масс-маркета, спортивную одежду и аксессуары». Появляются и новые платформы, соединяющие пользователей друг с другом, а их ассортимент и аудитория расширяются: так, Second Friend Store помимо одежды и аксессуаров начал принимать на перепродажу парфюмерию.

В то же время традиционные офлайн секонд-хэнды испытывают отток посетителей. «Возможно, онлайн-торговля и оживилась, но весь стрит-ретейл, вне зависимости от его направленности – будь то люкс, масс-маркет или секонд-стор – они все пострадали от снижения трафика, — отметили в беседе с «Газетой.Ru» Роман Дмитриенко, организатор проекта Svalka. — Потому что люди стали не просто меньше покупать, люди стали меньше из дома выходить. В целом, в нашей компании заметен значительный спад продаж в связи с пандемией». По словам Дмитриенко, аудитория секонд-сторов разнообразна: от эко-активистов и модных энтузиастов, которые приходят в поисках каких-то винтажных необычных вещей, до простых студентов, у которых не хватает денег, чтобы купить себе одежду в масс-маркете, а также пожилых людей и малоимущих молодых родителей.

При этом в большинстве resale-проектов не предусмотрена примерка и возврат, это всегда определенный риск. По мнению стилистов, он пробуждает в людях инстинкт охотника и азарт, которого не хватало в период пандемии. «Нам не хватает воплощения каких-то азартных нужд, охотничьих инстинктов – мы меньше передвигаемся, не путешествуем – и вот этот наш инстинкт охотника XXI века реализуется, когда мы выискиваем какую-то сумку на винтажных сайтах, — предполагает Плотникова. — В охоте может быть промашка и осечка – заказал какую-то вещь, она была в одном экземпляре, а попался не тот размер. Это как играть в рулетку — платишь за удовольствие от участия, а не за результат».