Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

«Каждый мой герой — животное»

Дэмиен Льюис о втором сезоне сериала «Миллиарды»

Showtime Entertainment

Актер Дэмиен Льюис рассказал «Газете.Ru» о втором сезоне сериала «Миллиарды» и его своевременности в связи с выборами Дональда Трампа, а также о встречах с богачами и их правилах жизни.

На канале Showtime и сервисе «Амедиатека» стартовал второй сезон сериала «Миллиарды» — истории противостояния окружного прокурора Чака Роудса (Пол Джаматти) и миллиардера Бобби Аксельрода (Дэмиен Льюис). Перед премьерой сезона Льюис дал интервью «Газете.Ru».

— В конце первого сезона Бобби совершил несколько ужасных поступков, а Чаку удалось его наконец серьезно задеть. Это привело к какой-то переоценке ценностей? Как он себя чувствует?

— Вообще, Бобби не особо склонен к саморефлексии. Но произошедшее с ним обнаружило его слабые стороны, да. И он перешел в нападение. Они с Чаком понимают, что город стал маловат для них двоих, им тут не ужиться. С другой стороны, Бобби, несмотря на свое состояние, остается нуворишем для всех этих, знаете, респектабельных семей с Восточного побережья, для мира старых денег. Он хочет войти в их круг, и пока ему это не удается. Не буду спойлерить, но второй сезон для моего героя полон неудач. Тем интересней, что случится с ним в третьем.

— Сценаристы говорили, что им хотелось разобраться в мотивациях людей вроде вашего героя и героя Пола Джаматти. Понять, почему они делают то, что делают, и почему им всегда мало. У вас есть ответ на этот вопрос?

— Мне кажется, что люди, которые становятся нашими лидерами, которые приводят общество в движение, которые зарабатывают огромные деньги или политическую власть, — настоящие социопаты. Это люди, которые умеют абстрагироваться от чувств и эмоций и делать то, что они делают, не чувствуя никакой вины. Это необходимое качество, и я не вижу в нем ничего дурного — это просто механизм. Другое дело, что, добившись цели, им неплохо бы спрашивать себя, насколько они здоровы. И конечно, эти герои невероятно интересны зрителю, в них самих по себе уже заложен драматический конфликт.

— Вам не кажется удивительным, что публика с таким интересом наблюдает за людьми, которые совершают ужасные поступки?

— Это вообще потрясающе! Во-первых, для меня как для актера играть таких персонажей, конечно, настоящая удача. Секрет тут в том, как они написаны. Конечно, странно, что зрители сопереживают серийным убийцам, ворам, маньякам и другим неприятным персонажам. Но весь вопрос в том, насколько ярко и широко они написаны. Когда персонаж привлекателен сам по себе, то, что бы он ни делал, мы уже включены в его историю, мы уже беспокоимся за него. В «Миллиардах» это касается вообще всех — не только Бобби, но и Чака Роудса, и его жены Венди, и для супруги Бобби — Лары.

Они все манипулируют людьми для собственной выгоды, но они живут в таком мире — это макиавеллиевский мир, мир компромиссов.

Если бы они были просто негодяями, никто не захотел бы на них смотреть. Возвращаясь к предыдущему вопросу, ими движет игра и только игра. Деньги, благополучие, репутация — все это ничего для них не значит. Главное — жажда победы. И нам очень интересно смотреть на то, как человек пытается выиграть. Это одна из самых увлекательных вещей на свете.

— И как, по-вашему, здесь выглядит выигрыш?

— Ну, как вы помните по финалу первого сезона, выглядит эта победа так себе. Мне кажется, что в такой игре, в которую играют наши герои, речь идет уже о выживании.

— Как вы вообще относитесь к своему герою? Чувствуете ли ответственность перед аудиторией за то, что он вызывает симпатию, несмотря на то что совершает ужасающие вещи?

— Ну, во-первых, мы рассказываем историю противостояния Бобби и Чака, которая очевидно заставляет его стать хуже, чем раньше. Что же касается ответственности… Я, конечно, должен во многом стать адвокатом для своего героя, найти аргументы в его пользу. В случае с Бобби это иногда нелегко, но точно можно сказать, что он платит налоги, дает работу многим людям, многих делает богатыми. Он хороший отец и верный муж. Все это помогает ему сохраниться как личности.

Но, конечно, если вы думаете, что единолично зарабатывать столько денег аморально, Бобби вряд ли вас покорит, но в целом он неплохой парень.

С другой стороны, мы понимаем, что такие люди всегда на краю, они играют по-крупному и часто делают это, скажем так, спорными с точки зрения закона методами. Бобби должен планировать дела своей и дочерних компаний на несколько кварталов вперед, пользуясь инсайдерской информацией. Закон в этой области расплывчат…

Showtime Entertainment

Возвращаясь к вашему вопросу, я, разумеется, выступаю адвокатом для своего героя, пока играю его. С другой стороны, наша любовь к сериалам основана именно на том, что на протяжении десятка серий мы видим, как плохие люди совершают хорошие поступки, и наоборот.

— Было время, когда на телевидении было много сильных героинь. Сейчас — и «Миллиарды» не исключение — опять пришло время мужчин. Как вам кажется, с чем это связано?

— Хороший вопрос. Я думаю, что феминистские настроения были сильны в восьмидесятых. Не хочу строить из себя эксперта, но в те годы женщины все чаще занимали руководящие позиции, чего раньше не случалось. В феминизме была здоровая ярость, в людях вроде Андреа Дворкин.

Кроме того, это была эпоха Маргарет Тэтчер — женщины — лидера целой нации.

Почему сейчас ситуация изменилась? Не знаю. Но с другой стороны, несмотря на то, что в «Миллиардах» главных героев играем мы с Полом, в финале жена Чака уезжает на «Мазератти» с пятью миллионами долларов. Фактически она оказывается единственным победителем. Это очень сильная героиня.

— Частью вашей подготовки к роли наверняка были встречи с миллиардерами. Что вы от них взяли и получили ли вы какой-то фидбэк из мира вашего героя после выхода сериала?

— Да, конечно. Я старался как можно внимательнее рассмотреть тех, с кем мне — благодаря Бобби — удалось встретиться, пытался перенять от них как можно больше. Все они отлично умеют слушать, очень внимательно, многие говорят, что склонны к риску. Но надо понимать, что они имеют в виду под этими словами. Никто из успешных бизнесменов никогда не будет рисковать своими деньгами без гарантии успешности сделки. Никто из них, на самом деле, не считает себя азартным картежником. Все они понимают, что надо играть по возможности чисто, что они — большая часть новой экономики, эпохи, наступившей после ухода людей типа Гордона Гекко (герой Майкла Дугласа из фильма «Уолл-стрит». — «Газета.Ru»).

Разумеется, миллиардеры страшно тщеславны, хотя не слишком интересуются тем, что о них пишут в газетах.

Они ценят серьезную аналитику и стараются подвести подо все научную базу. Конечно, они настоящие игроки и играют ради игры, но все понимают, что быть честным выгодно. Надо иметь репутацию, чтобы люди приносили тебе свои деньги. Не думаю, что все, с кем я встречался, стали преданными зрителями «Миллиардов»: узнавать себя на экране — это то еще удовольствие. Но иногда ко мне подходят подчиненные этих бизнесменов и тихо говорят: «Очень точно! Это он!» А однажды на каком-то мероприятии подошел один из бизнесменов: «Хм, ну да. Ты же играешь меня». Хотя Бобби — это, конечно, вымышленный персонаж, любые совпадения случайны (смеется).

Showtime Entertainment

— А что насчет внешности? Бобби выглядит не слишком типично для миллиардера.

— Знаете, я видел богачей, которые предпочитали ходить в свитерах и кедах, видел тех, что носят дорогие костюмы, видел и таких, которые почти не следят за собой — довольно часто, кстати. В общем, это довольно широкий спектр стилей. Но все решил сценарий, в котором Бобби оказался куда более лихим и беспечным, чем я ожидал, когда соглашался на роль. Он бойкий, подтянутый, лихой — как бездомный кот. Вообще, на такого кота он похож едва ли не больше, чем на людей, с которыми я встречался, — в смысле манеры поведения.

Мне вообще нравится сочетание человеческого и звериного. В известном смысле каждый герой, которого я играл, — животное.

— Вам не кажется, что «Миллиарды» — это что-то типа вестерна: очень американская история про мужчин, которые дерутся за территорию, а женщинам приходится подстраиваться под архетипы жанра?

— Тут, мне кажется, есть два момента. Во-первых, хедж-фондовые миллиардеры есть сегодня во всем мире, не только в Америке…

— Простите, что перебиваю, но я имела в виду, что нигде больше они не становятся героями.

— А, в этом смысле вы правы. И это одна из причин актуальности нашего шоу. Сейчас мы находимся в очень противоречивом моменте истории. Во главе страны встал миллиардер, который вроде бы никому не нравился, но все равно был избран. Он сумел продать людям свой образ успешного бизнесмена, который сумеет перенести свою бизнес-модель на целое государство. В то же время после кризиса десятилетней давности многие люди потеряли свои дома и к миллиардерам относятся с большим подозрением. Мне кажется, что эта противоречивость — очень интересный перевалочный пункт нашей истории. И в то же время, вы правы, нигде больше парень с большими деньгами и быстрой машиной не будет так близок к образу рок-звезды. Тут просто надо помнить, как была основана эта страна. Люди бежали от монархии и деспотизма, они создали страну на вере и оружии. На вере в способность каждого человека заработать столько, сколько он хочет.

Поэтому герой типа Бобби — один из американских архетипов.

Если же говорить о жанре, то «Миллиарды» — это не вестерн, а история про полицейского и вора. Или про агента ФБР и гангстера — как в тридцатые. Один убегает, другой догоняет. И многие режиссеры именно так это и понимали. Например, Джон Синглтон пришел и сразу сказал, что будет снимать гангстерское кино. Именно к этому располагают наши герои.