Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

VIP-вагон в революцию

21.05.2008, 13:01

Хорошо известно и даже многократно обыграно в современном кино, театре и литературе, что метро — место, где в ограниченном пространстве концентрируются и пересекаются многие проблемы сегодняшнего общества. И, как выясняется, не только. Здесь также обкатываются и свежие социальные идеи.

Некоторое время назад группа питерских бизнесменов, видимо, измученных стоянием в своих авто в бесконечных пробках на улицах северной столицы, выступила с экзотической инициативой – создать специальные VIP-вагоны в городском метро, разумеется, с соответствующим уровнем комфортности и оплаты. Экзотической идея питерцев может показаться лишь на первый взгляд. В сегодняшней России, где активная пропаганда элитизма, в том числе и через государственные СМИ, стала неотъемлемой частью жизни,

уже никто не удивляется обилию «элитных» школ, больниц, университетов, магазинов, автомобилей, клубов, туров за рубеж и даже рыбных консервов.

Так что особенного, если к этому списку учреждений, товаров и услуг добавятся еще и вагоны в метро? Измениться, однако, может многое. Пропагандистские формы и обороты отечественного элитизма напоминают о временах, предшествовавших великим революциям XVIII века – французской и американской, которые впервые сделали идею равенства граждан перед законом и концепцию естественных прав основой современного политического порядка. Выставляемый напоказ элитный образ жизни медленно, но верно подтачивает основы социального мира в нашей стране.

Это происходит вовсе не потому, что русский народ всегда проявлял чувство нездоровой зависти к более успешным соотечественникам или даже соседям. Не надо плохо думать о наших гражданах, ибо они четко различают случаи, когда чьи-то личные успехи и благосостояние обусловлены некими общественными заслугами, и когда они — результаты таинственных махинаций, а то и вовсе банального воровства. Ошибочно полагать, что разрушительную силу элитизму придают СМИ: мол, если на обычного человека каждый день со всех телеканалов, страниц таблоидов и интернет-сайтов опрокидывать тонны информации о новых яхтах, многомиллионных подарках подружкам, замках и футбольных клубах, приобретением которых никак не может натешиться наша элита, то даже у самого незлобивого и хладнокровного россиянина может резко обостриться чувство социальной справедливости. Главная угроза исходит из последствий социальной политики государства на протяжении последних лет. Всячески сдерживая и ограничивая активность групп, способных самостоятельно и без помощи падкого на мздоимство чиновничества заработать себе на жизнь,

государство, используя небольшую часть нефтегазовых денег, в интересах консолидации политической поддержки нынешних элит активно проводило политику роста доходов в отношении социально зависимых групп.

У тех постепенно стала возрождаться знакомая еще с советских времен патерналистско-потребительская психология: «Платите мне больше, вне зависимости от того, насколько я реально наработал!» В каком-то смысле структура социальных отношений в современной России стала напоминать Римскую империю. Наверху купающийся в излишествах разнеженный правящий класс, а внизу, как бы помягче сказать, публика, требующая хлеба и зрелищ. Чем откровеннее и изощреннее гедонизм элиты, тем больше требований к государству предъявляют «низы». Спираль притязаний таким образом раскручивается. Вся эта система функционирует безотказно, пока у элиты есть чем делиться не в ущерб удовлетворению своих аппетитов. Но

как только где-то и в чем-то возникает дефицит ресурсов, публичный, демонстративно выставленный напоказ элитизм становится мощным детонатором разрушительной социальной энергии.

Привыкшие к раздачам массы, подобно тунеядцу из гайдаевской кинокомедии «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», непременно завопят: «А компот?» — требуя сохранить то, что обеспечить в осложнившейся ситуации будет крайне сложно. Речь идет не только о «хлебе» (постоянно растущих зарплатах), но и о «зрелищах» (обилии бразильских и прочих легионеров в российских футбольных клубах, об отдыхе в антальях-хургадах и т. п.) И в этой ситуации знакомые лозунги «Грабь награбленное!», увы, снова могут обрести популярность.

Правда, следует отметить важное смягчающее обстоятельство. Пока этот сказочный мир замков, псевдоаристократических застолий и развлечений существует где-то не в реальной жизни, а в параллельном пространстве телепередач и глянцевых журналов, обыватель относится к нему если не миролюбиво, то как минимум нейтрально. Но представим себе, что обычный гражданин столкнулся с этим миром в самой что ни на есть повседневности – в метро с его VIP-вагонами. Предохранители миролюбивости могут мгновенно перегореть. А как хорошо известно из нашей истории, всякого рода опасные «заварухи» нередко возникали из мелких, вроде бы ничего не значащих инцидентов со скрытой социальной подоплекой. Зачем проводить опасные эксперименты? Видимо, некоторые люди в российских верхах это осознают. Неслучайно начальник московского метрополитена Дмитрий Гаев заявил, что в столице никаких VIP-вагонов не будет.

Что же касается разрушительных последствий элитизма на ближнюю перспективу, то, к сожалению, простыми решениями тут ничего не сделаешь. Чтобы преодолеть комплекс parvenue, многим представителям российских бизнес- и бюрократических элит, не евшим в детстве сладких пирожных, потребуется время. И на страстно ими нелюбимом и одновременно обожаемом Западе, их, несмотря на инвестиции, недвижимость и гражданство, все еще не считают своими. А потому постоянно приходится доказывать свой особый статус с помощью демонстративного неуемного потребления в духе арабских шейхов тридцатилетней давности. Дескать, не уважаете нас, а мы все равно круче. Сколько еще должно пройти времени, чтобы приняли как своих? И наступит ли оно, это время, в обозримом будущем?

Да и социальная политика в духе «хлеба и зрелищ» постоянно будет рождать нездоровый спрос на элитизм, ведь потребителям оных товаров и услуг постоянно требуются «высокие образцы».

Преодолеть проблемы, с этим связанные, можно лишь создавая равные условия для конкуренции между группами и индивидами в экономике, политике, социальной сфере — да где угодно. Только тогда в нашем обществе появятся «меритократические» элиты, не страдающие комплексами непризнанности, добившиеся высокого положения за свой вклад в создание новых реалий – в бизнесе, культуре, науке, социальных отношениях, а не приобретшие статус и богатство благодаря близости к местам распределения экономических и прочих благ.

Закавыка в том, что запроса на такую организацию жизни сегодня не видно ни в верхах (там и так все прекрасно), ни в низах, где куда популярнее психология древнеримского плебса.