Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

«Золото расти не будет»

Директор World Gold Council рассказал об основных тенденциях на рынке золота

Елена Платонова
Shutterstock

Золото с января по ноябрь 2016 года подорожало на 23%, но в течение месяца упало на 10%, до $1163 за унцию. С чем связано увеличение спроса на золото в текущем году и ждать ли роста цен в будущем, на какие страны приходится половина всех продаж золота в мире, а также почему китайская молодежь не любит покупать золотые изделия местного производства — об этом в интервью «Газете.Ru» рассказал директор World Gold Council Джон Маллиган.

— Какими вы видите тенденции на рынке золота?

— 2016-й был достаточно выдающимся годом, если говорить о том, что влияло на цены на золото. Обычно ценообразование зависит от нескольких факторов. Например, это спрос со стороны инвесторов, как институциональных, так и частных лиц, которые интересуются приобретением золотых слитков и монет. Важную роль играет и потребление, в частности, в Юго-Восточной Азии, Индии и Китае, где часто покупают изделия из золота.

Однако в нынешнем году фактор роста цен был, по сути, всего один — институциональные инвесторы.

Дело в том, что с середины декабря 2015 года на макроэкономику оказывало влияние сразу несколько проблем, которые вызывали опасения со стороны участников рынка: военные действия, политическая нестабильность. Мы видели доминирование нулевых и отрицательных ключевых ставок в большинстве развитых экономик, а, например, долговой рынок, который обычно генерировал существенный доход, в этом году был практически инертен.

Все эти негативные факторы мешали людям найти безопасное и стабильное вложение средств. Таких безопасных гаваней немного, поэтому большинство инвесторов неизбежно приходили к мысли о золоте.

Кроме того, появлялись и продолжают появляться все новые факторы политической нестабильности: референдум в Великобритании, избрание Дональда Трампа президентом США, выборы в ряде европейских государств. Все это — угроза глобализации и не способствует спокойной обстановке в экономике.

— Как вы думаете, установит ли золото в ближайшее время новый рекорд по цене?

— Мы никогда не предсказываем цену, потому что мы — участник рынка и не можем себе позволить каким-либо образом влиять на ценообразование. Думаю, что в ближайшей перспективе в связи с избранием Трампа президентом многие инвесторы начнут вкладываться в рискованные активы, надеясь на хорошую прибыль.

В то же время частные покупатели будут стеснены в действиях из-за политических изменений, напрямую не касающихся рынка золота. Около половины всего золота в мире торгуется на рынках Китая и Индии. В частности, в Индии проблемы могут быть связаны с денежной реформой: около 96% всех банкнот были заменены новыми, люди пока не готовы увеличивать траты в текущей ситуации.

В Китае из-за обесценивания юаня и замедления экономики индекс покупательской уверенности также снижается, и это не может не отражаться на рынке золота. Люди чувствуют политическую нестабильность, они не готовы вкладываться во что-либо, это существенно ударило по спросу (и не только на золото).

Поэтому я думаю, что в ближайшее время цены на золото будут примерно на том же уровне, что и раньше, возможно, немного ниже, но расти они не будут точно.

В долгосрочной перспективе — и сейчас я уже имею в виду 2017 год и далее — произошедшие в политике изменения будут «переварены» рынком, потому что всем придется возвращаться к работе, это бизнес. И потребители ждут этой стабильности. Мы недавно провели опрос 6 тыс. человек в Китае и Индии (2 тыс. в Китае и 4 тыс. в Индии) об их намерениях и выяснили, что люди хотят покупать золото. Спрос есть, просто всем нужно немного стабильности, в том числе и производителям. Все-таки добыча золота — долгосрочный проект.

— В этом году наблюдалось снижение спроса на ювелирные изделия на таком крупном рынке, как Индия, в то же время существенный рост показал спрос на ценные монеты. С чем это связано?

— Да, мы наблюдали резкое падение рынка в Индии и Китае, а спрос на монеты в течение всего года был практически неизменным. Но в долгосрочной перспективе этот сегмент рынка демонстрирует рост с середины 2000-х.

Особенно существенный рост начался в 2008–2009 годах — по двум причинам. Во-первых, в 2004 году в Китае сняли запрет на приобретение монет населением (раньше это было незаконно), и рынок в стране продолжает расти до сих пор, он относительно молодой.

В Индии, в отличие от Китая, официальный рынок непопулярен, правительство старается бороться с этим, в том числе заменой валюты. В прошлом году в Индии была выпущена первая весовая золотая монета, и это едва ли не единственный товар такого рода, что покупатель может быть уверен в его ценности. В Индии нет межбанковской торговли монетами, поэтому у рынка этой страны огромный потенциал.

В то время как в Европе (в основном я говорю о Германии, Швейцарии и Австрии) пик популярности монет давно прошел, спрос на них всегда относительно стабильный и невысокий, потенциала роста здесь нет.

— Как вы считаете, вернется ли популярность к инвестициям в ювелирные изделия?

— На это потребуется время. Я не думаю, что это произойдет в ближайшей или среднесрочной перспективе. Кстати, Юго-Восточная Азия, Индия и Китай часто используются для приобретения золота европейцами и американцами, для них это простой доступ на рынок. Если в Индии властям удастся наладить эффективную работу банковского рынка, то я думаю, что большой сектор рынка перейдет в инвестиции.

— Что вы думаете об исследованиях, которые говорят, что миллениалы предпочитают вкладываться во впечатления и эмоции, а не физическое обладание активами?

— Да, это одна из основных проблем роста рынка ювелирных изделий, особенно это верно для Китая. Поэтому компаниям и производителям нужно работать над созданием бренда, известного во всем мире, как Tiffany или Chartier, которые популярны среди знаменитостей. Китайским миллениалам неинтересно просто золото как таковое. А у местных производителей пока не так много опыта по созданию и выведению на глобальный рынок нового бренда. Но этим нужно будет заниматься, если они хотят привлечь данную аудиторию. Это одновременно и вызов, и новая возможность.

— Есть ли что-то похожее в странах Ближнего Востока?

— В большинстве стран этого региона крупные ювелирные бренды давно известны, они пришли туда намного раньше, чем в Китай и Индию. Поэтому здесь нужно обратить внимание на обеспечение стабильности. И на путешественников: очень много золота покупают приезжающие туристы (в том числе из России). Нужно привлекать этих туристов, которых сейчас немного отпугивает нестабильность в регионе, в том числе военные действия в ряде стран.

— Как вы думаете, почему мы видим снижение спроса на ювелирные изделия в США?

— На самом деле в целом в последние годы рынок рос. Проблемы возникли только в 2016 году — как это раньше было, например, в 2008–2009 годах, во время кризиса. Но в предыдущие годы рынок чувствовал себя хорошо, он находился на подъеме.

В нынешнем году проблемы связаны во многом с выборами, с неизвестностью, но я уверен, что уже сейчас рынок золота и ювелирных изделий восстанавливается.

При этом в США ювелирные изделия обычно обладают высокой ценой из-за бренда, а не из-за количества золота, как это бывает на большинстве традиционных рынков. Поэтому по объемам продажи золота могут расти не слишком быстро, но в денежном эквиваленте каждая покупка весьма существенна.

— Почему так растет объем переработанного золота?

— Цена на переработанное золото очень сильно зависит от цены поставок. Если вы видите рост цен на золото, вы увидите и рост переработки, эта связь довольно крепкая и стабильная.

— Как вы думаете, увидим ли мы увеличение затрат на развитие проектов по добыче?

— В 2016 году мы тоже видели сокращение расходов, 2015-й был, возможно, рекордным по наименьшему объему вложений в золотодобычу. И дальше ее сокращать, на мой взгляд, довольно сложно.

Сокращение могло быть обусловлено и девальвацией местной валюты (как это было, например, в ЮАР), и невысокими энергозатратами и т.д. Инвесторы, безусловно, оценили сокращение расходов.

Но в будущем, мне кажется, расходы на разведку новых месторождений и добычу все же возрастут — как минимум для поддержания стабильного развития в индустрии.

— Где будут развиваться эти новые проекты? Будут ли это шахты, где стоимость добычи невысока?

— Все всегда ориентируются на высокое качество, думаю, так будет и дальше. Тренд, который мы видели в конце 2016 года, — проекты с невысокой стоимостью добычи, но и низким качеством стали неконкурентоспособными, как только цены поднялись. Они больше не выглядят такими привлекательными, как раньше. И если появится какая-то стабильность относительно будущего роста цен, пусть и небольшого, все продолжат ориентироваться на качество.

— Будут расти капитальные затраты?

— Я не вижу глобальной тенденции к увеличению капитальных затрат. Все будут очень осторожными.

— Не перенасыщен ли мировой рынок золотом?

— Нет, специфика рынка золота такова, что оно всегда в дефиците, в отличие от меди, железа или угля.