Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
онлайн-табло
Вчера
Сегодня
Завтра
Развернуть
«Моя работа — Пекин-2022»: Туктамышева о четверных, любви и помощи конкуренткам

«Если Косторная попросит, помогу ей вернуть аксель»: душевное интервью Туктамышевой

Эксклюзив
Елизавета Туктамышева выиграла этап Гран-при по фигурному катанию в Москве и дала «Газете.Ru» большое интервью, в котором рассказала, как будет реагировать, если в ее группу попросится девушка с четверными прыжками, почему она согласилась бы помочь Алене Косторной восстановить тройной аксель и как идет работа над ее собственными квадами. Также Императрица прокомментировала пост Евгения Плющенко в ее поддержку и объяснила, почему любовь – самое важное в ее жизни.

Глобальная цель

— Два года назад ты иронизировала над своими шансами на успех. «Единственный способ завоевать золото в финале Гран-при для меня — это ограбить ювелирный магазин», — писала ты в Instagram. Как ты воспринимаешь себя сейчас?

— Иронизировать над собой я не перестану никогда, и ту шутку я могла бы и сейчас использовать, мне кажется (смеется). К тому же прошло еще очень мало времени, и это всего лишь одна победа. Про свои шансы я не люблю думать, потому что, если ты размышляешь о них, то значит, заглядываешь в будущее, на что-то надеешься… А я люблю жить настоящим и оценивать ситуацию прямо здесь и сейчас. Так что теперь просто стараюсь поймать эту волну и как-то продолжить ее.

— «Job not finished», «Работа не закончена» — написала ты после своей победы на Гран-при.

— Да. Моя работа — это Пекин-2022.

— После этой победы Татьяна Тарасова сказала, что с тобой теперь «точно будут считаться». Что ты думаешь по этому поводу?

— Я не знаю... Не хочу это как-то анализировать. Сейчас мне нужно просто кататься на этом же уровне, показывать хорошие программы, и только со временем мы сможем понять весь результат этого этапа Гран-при.

Гран-при

— Короткая программа. Шикарный тройной аксель и вдруг ошибки на более простых элементах. Ты рассказывала, что тебя смутила мысль о помарке на разминке. Действительно только это привело к тому, что возникли проблемы со второй половиной прыжков?

— У меня не полетела вторая серия прыжков — я не сделала один (тройной флип вышел с помаркой. — «Газета.Ru»). И да, ошибки на этом элементе во время разминки повлияли на то, что у меня почему-то возникли сомнения. Я начала делать немного иные движения в технике, чтобы больше уверенности у меня было, что ли…

Когда ты не уверен, то тело начинает по-другому работать. И это повлекло такую глупую ошибку.

А насчет каскада 3+2 вместо 3+3 — не совсем правильно говорить, что я не сообразила, что делать (смеется). Потому что все-таки у меня большой опыт, и, конечно, я знала, что нужно добавить каскад 3+3. Но просто у меня стоит тройной лутц с такого захода, что мне не совсем удобно было прыгать 3+3, и я подумала, что лучше сделать во второй половине хороший каскад тройной лутц + двойной тулуп, нежели делать 3+3 — и неизвестно, будет он на плюс или нет. Так что я заведомо шла на хорошее исполнение каскада 3+2.

— Что творилось у тебя внутри в тот момент, когда ты увидела оценки и поняла, что упустила возможность оторваться от Трусовой и Косторной на очень приличное расстояние?

— Мм… я не переживала сильно. Конечно, было немного обидно, потому что я могла оторваться, но у меня случалось в карьере много таких «если бы». Поэтому я спокойно к этому отношусь и просто сказала себе: «В произвольной таких оплошностей не допускай». Чтобы не было таких эмоций больше.

— Без ошибок на флипе и с каскадом 3+3 ты могла бы набрать за 80 баллов, как Щербакова и Валиева — сильнейшие девушки из «Хрустального». И это был бы очень классный манифест о том, что ты на одном уровне с этими соперницами или даже сильнее.

— Конечно, мне хочется показать хороший, чистый прокат короткой программы и чтобы его высоко оценили. Каждый спортсмен стремится к лидерству или хотя бы к тому, чтобы приблизиться к лучшим... Поэтому я надеюсь, что в этом сезоне я еще смогу показать хорошее катание в короткой программе.

— В произвольной программе на следующий день все было практически идеально.

— Я спокойно провела ночь, утро, день перед произвольной, без каких-либо дерганий, выспалась — поэтому, наверное, и получился такой прокат. Когда я спокойна и хладнокровна, мне удаются неплохие выступления.

— Результат короткой программы снял определенное давление с тебя, и ты смогла расслабиться?

— Это не из-за расслабления, а потому что половина соревнований уже прошла, а всегда легче продолжать, чем начинать с нуля. Там уже идет понимание атмосферы, льда. Вообще многим фигуристам легче катать произвольную, чем короткую.

— Ты выступала в произвольной программе после Александры Трусовой. Как это повлияло на тебя?

— Я не видела катания и почти не слышала баллы, но было такое ощущение на трибунах… Я понимала, что Саша откатала нечисто. Однако на мой настрой это никак не повлияло — все осталось примерно так же.

— А какая атмосфера царила между выступлениями в разминочном зале и в раздевалке?

— У нас была хорошая атмосфера, добрая, спокойная — на удивление. Все девочки общались друг с другом. Приятно. Конечно, разные люди бывают: кому-то удобнее в себя погружаться перед прокатом, а кому-то хочется разговаривать. Но не было такого, что стояла мрачная тишина, и кто-то боялся пикнуть. Все хорошо и доброжелательно. И обычно, если кто-то неудачно выступает, то мы друг друга в раздевалке поддерживаем.

— Гран-при завершился зажигательными показательными номерами. Ты исполняла свой уже знаменитый «Destination Calabria» с саксофоном, барабаном и ударными тарелками, а менять инструменты тебе помогали Тиффани Загорски и Морис Квителашвили.

— Мы придумали все буквально за пять минут, а первая репетиция состоялась уже во время показательных выступлений (смеется). Опыта у нас хватает — я, Тиффани и Морис уже достаточно возрастные фигуристы, так что нам не составило труда выйти и отыграть это. Договорились, кто где будет находиться и когда — и все. Было очень весело, и я безумно рада, что ребята согласились. Получилось очень круто — особенно с Морисом, когда мы с ним танцевали возле бортика (смеется). Мне показалось, что он лучше всех подойдет под эту роль, и я его пригласила. И показательный номер у него самый лучший, я считаю. Он выиграл эти показательные.

— После этого шоу у фигуристов был еще банкет с дискотекой. А незадолго до этого американский журналист Филип Херш раскритиковал Россию за организацию Гран-при и пригрозил, что напишет жалобу в Международный союз конькобежцев (ISU) за несоблюдение мер по борьбе с коронавирусом. Как ты относишься к подобным претензиям? Хотела бы, чтобы у нас проходили соревнования в «пузыре», как на Гран-при США?

— Это больше административные вопросы, так что я лучше воздержусь от комментария на эту тему.

— Тогда вопрос от твоих фанатов. Не боишься ли ты сейчас посещать публичные мероприятия — премьеры кино, кафе — когда столько людей болеют коронавирусом? Потенциальная болезнь ударит по организму, а двухнедельный карантин в преддверии соревнований станет просто катастрофой.

— Я очень редко куда-то выбираюсь, потому что тоже очень боюсь и переживаю за других во время этого вируса. Если куда-то и выхожу, то соблюдаю все нормы. Так что мои фанаты могут не переживать за меня (смеется).

Судейство

— «Давно уже не выигрывала ничего. Я в шоке. Ожидала другого, как обычно», — призналась ты сразу после победы. Чувствуешь, что у тебя начала расти субъективная оценка за компоненты — скольжение, передачу образа, интерпретацию музыки и так далее?

— Мне кажется, что этот старт вообще получился удачным в плане моего катания. Я не беру сейчас техническую часть. Все отмечали, что на московском этапе Гран-при я именно хорошо показала свои программы, показала себя. Посмотрим, как судьи дальше будут меня оценивать. Надеюсь, что мое катание будет только лучше.

— Многие фанаты фигурного катания возмущались тем, что ты с тройным акселем проигрывала соперницам без ультра-си. Из профессионалов Евгений Плющенко посвятил этому пост: «Я за справедливое судейство в спорте, где должен побеждать спортсмен, который делает прыжок ультра-си, так как это прежде всего спорт наивысших достижений, а не только катание!» Готова подписаться под этими словами?

— Мне кажется, что везде должен быть баланс. И катание, и сложные элементы.

— Ты сильно спрогрессировала во вращениях — все, кроме одного, получили четвертый уровень сложности на Гран-при. Расскажи, как велась работа над этим? Их ставил какой-то отдельный специалист?

— Нет, просто мы действительно много времени уделяли и вращениям, и дорожкам, и передаче образа, чтобы это был оценено зрителями. Как только вышли на лед после карантина, так и начали усиленно над этим работать, потому что понимали, что поставили серьезные программы — причем такие, каких люди не совсем ожидают увидеть от фигуристки Туктамышевой. Не так просто переключиться и показать их так, как надо, чтобы я выглядела в них по-другому. Поэтому мы очень много работали над хореографией и над вращениями с самого начала. Вращения я изменила очень серьезно. Пришлось долго их нарабатывать, чтобы они выглядели более-менее нормально (смеется).

— Не проснулись ли старые проблемы со спиной из-за того, что ты вернула вращение бильман, которое требует огромной гибкости (фигурист вращается на одной ноге, а вторую поднимает за спиной и удерживает ее двумя руками над головой)? Год назад ты говорила, что изгибы в спине, закидывание ноги за голову тебе вообще нежелательно делать.

— Я отслеживаю этот процесс, чтоб не было никаких осложнений, так что все под контролем. Стараюсь держать под контролем.

— На этапе Кубка России в Сочи тебя беспокоила травма плеча. Сейчас все хорошо?

— У меня остались небольшие проблемы, но… с этим можно работать.

Четверные и тройной аксель

— Ты восстановила четверной тулуп, который выучила в прошлом году. Сколько чистых попыток делаешь из десяти?

— Я не так давно начала его исполнять снова, и стабильных попыток пока немного — все-таки это непростой элемент. В планах есть стабилизировать его к чемпионату России, но насколько это будет реализовано, я еще не могу сказать.

— Ты пробовала раньше также четверной сальхов.

— Мы сейчас сделали акцент на тулупе, поэтому к сальхову пока не возвращались. Вообще я пробовала пока из четверных только тулуп и сальхов, а остальные мне еще страшно. Но Алексей Николаевич (Мишин — тренер Туктамышевой. — «Газета.Ru») говорит, что потенциал для четверных очень хороший — высоты и скорости достаточно.

— При обучении четверным Мишин использует к тебе такой же подход, как с мужчинами-одиночниками, или создает для тебя новую технику?

— Я думаю, подход у него к каждому индивидуальный, но техника остается такой же — техникой Алексея Мишина, потому что она самая лучшая.

— Сейчас ты исполняешь в произвольной программе секвенцию тройной лутц + двойной аксель или тройной флип + двойной аксель. Она стоит дешевле каскада — 80% от стоимости обоих прыжков, а не 100%. Планируешь ли вскоре заменить ее на что-то более дорогостоящее?

— Пока, я думаю, сильных изменений не будет, но в будущем мы планируем усложнять программу и вставлять туда каскад 3+3. А пока мне легче во второй половине сделать секвенцию с двойным акселем. Я лучше выберу стабильный двойной аксель + тройной тулуп, чем тройной сальхов + тройной тулуп, который стоит всего на пару баллов больше, а стабильности исполнения будет намного меньше. Это не резонно. Лучше сделать программу, которая бы выглядела хорошо и была чистой.

— Ты очень круто восстановила тройной аксель после затяжного карантина. Можно сказать, что ты разгадала секрет его исполнения и уже не потеряешь?

— С такой верностью не надо ни про что говорить — что я что-то никогда не потеряю. Я много работала ради этого и рада, что сейчас тройной аксель получается лучше. Но что будет дальше, если опять произойдут какие-то изменения в тренировочном процессе в связи с пандемией коронавируса… гарантий никогда не может быть. В большом спорте особенно.

— Сравни, как профессионал, твой тройной аксель и тройной аксель Алены Косторной, который у нее был в прошлом сезоне.

— У нас разная техника. Разное исполнение, соответственно, другое восприятие прыжка, другая картинка.

— Ты смогла восстановить свой тройной аксель, а Косторная еще нет. Если бы Алена попросила тебя подсказать секрет, как вернуть этот прыжок, ты бы согласилась помочь?

— Я думаю, что да, конечно. У нас нет такого, чтобы кто-то с кем-то не разговаривал и утаивал что-то. Если кто-то о помощи попросит, то, конечно, он ее получит.

— Журнал GQ сравнил тебя в заголовке интервью с Тоней Хардинг, которая тоже прыгала тройной аксель, но больше известна тем, что участвовала в сговоре против своей соперницы, которой повредили ногу перед турниром.

— Ну-у, мне было непонятно, почему меня с ней сравнили.

— Как бы ты отнеслась к тому, если бы в твою группу попросилась девушка с четверными прыжками? Татьяна Мишина говорила в интервью, что было бы интересно поработать с условной Трусовой, но перед этим тренеры спросили бы тебя, как ты к этому относишься.

— Мне приятно, что тренеры советуются со мной. Но в любом случае это решение принимаю не я. В принципе я всегда за, но нужно знать человека, понимать его характер. Мы все заботимся о том, чтобы у нас была гармоничная, хорошая атмосфера — это главное.

— А как изменилась атмосфера в группе с появлением топового одиночника Михаила Коляды?

— Мне кажется, у нас ничего особо не изменилось. Да, для Миши очень много нового, а для нас система тренировок осталась примерно такой же, поэтому все спокойно, нормально, как раньше.

Постановка победной программы онлайн

— Трудно поверить, что хореографию этой произвольной программы, с которой ты разорвала зал на Гран-при, ты поставила онлайн при участии подписчиков. Как много деталей из тех, что были предложены зрителями, сохранились в итоговом варианте?

— Практически все. Там не так много людей предлагало на самом деле, поэтому мы изначально как поставили те движения, которые придумали зрители, так их и не убирали. Они смогли предложить действительно оригинальные вещи. Думаю, что этот опыт можно повторить еще раз, если хореограф будет гореть этим. Получится интересно.

— Самый популярный сейчас исполнитель в России рэпер Моргенштерн сочинил так свой альбом — в прямом эфире на Youtube. Ориентировалась ли ты на такие успешные медийные проекты, когда решала, ставить программу онлайн или нет? Все-таки для фигуриста такой формат совсем непривычен.

— Я точно не ориентировалась ни на кого. И точно не на Моргенштерна — он для меня не является ориентиром, и я не то что бы далека, но не особо слежу за всей этой индустрией. Хореограф Юрий Смекалов просто предложил мне такую идею, и я согласилась с удовольствием. Мне понравился креатив.

— У тебя были планы поставить соревновательную программу со Стефаном Ламбьелем. Увидим ли мы вашу совместную работу в будущем?

— Мы со Стефаном работали, да, но решили программу поставить с Юрой Смекаловым. А Стефану я помогала в Швейцарии — приезжала консультировать детей его группы. Как тренер работала с ними над техникой.

— И с Шомой Уно?

— С ним Стефан занимался больше (смеется).

Жизнь и бизнес

— Ты сейчас живешь отдельно и полностью обеспечиваешь себя только за счет фигурного катания?

— Да.

— Ты сама купила себе машину и квартиру. То есть топовый фигурист в России может позволить себе это только за счет спорта?

— Для этого фигурист должен быть топовым не только в России, но и еще на международном уровне выступать, желательно на мировых первенствах, чтобы там был результат.

— Ты сейчас абсолютно самодостаточная, успешная и медийная личность, но твоя история началась в маленьком городе Глазове. В репортаже Первого канала ты даже говорила, что «без бани там не выжить». Что такое жизнь в Глазове?

— Да я думаю, такая же жизнь, как и везде, просто нет больших торговых центров и каких-то бутиков. Спокойная жизнь течет своим чередом. Просто, когда человек попадает в более крупные города, то уже мало кто из молодежи возвращается в этот медленный ритм жизни.

— Туда можно пригласить Юрия Дудя, чтобы он поснимал типичную жизнь российской провинции?

— Ну, если он захочет, то можно и поснимать (смеется). Там есть что посмотреть.

— Ты писала в своем Instagram: «В детстве мне вообще казалось, что лучше бы я родилась мальчишкой, ибо развлечения у меня были далеко не девичьи». Какое у тебя было детство и какие развлечения?

— Я на улице бегала, лазила по деревьям, по заборам.

— Как заводная птица?

— Да, можно и так сказать (смеется).

— «В детстве я представляла себе образ несуществующей на тот момент женщины (себя), на которую я хочу быть похожа через десяток лет. Я понимала, к чему мне стремиться». Насколько этот образ совпадает с тем, что есть сейчас?

— Я еще не доросла до того, к чему стремлюсь. Но я уже ближе.

— Недавно ты выпустила свою линию одежды «Empress Wear». Как родилась эта идея? И много ли ты вложила в это дело?

— Я вложила туда душу (смеется). Это самое главное. Все как-то медленно, постепенно развивалось, и я поняла, что надо пробовать, пока молодая. А дальше будь что будет.

Вообще я начинала работать с человеком, который имеет опыт в этом вопросе, но затем поняла, что лучше сделать все самой, чтобы понимать больше этот бизнес. А если бы за меня делали всю работу, то я бы не смогла погрузиться в нее полностью и понять, как все устроено.

В итоге мы стали с подругой разрабатывать линейку, дизайн, — так и пошло дело. Я вносила корректировки в эскизы, все выбирала. Изначально понимала, что первыми должны выйти самые ходовые вещи (сейчас в онлайн-магазине есть худи, футболки и штаны. — «Газета.Ru»). Все делалось полностью под моим руководством.

— После твоей победы на этапе Гран-при произошел всплеск заказов?

— Да, конечно.

Увлечения

— Ты говорила, что из религий тебе больше всего нравится буддизм и выкладывала фото с лекции по истории буддизма. Как ты пришла к этой философии?

— Просто понравилось, это было мне ближе всего. И интересно. Но я пока очень поверхностно изучила этот вопрос. Нужно дойти головой осознанно, чтобы погрузиться в это, а я же пока спортсмен и нахожусь здесь и сейчас. Не так много времени на это остается, поэтому просто пытаюсь что-то иногда читать и ходить на лекции.

— Досуг. Какие шоу смотришь на Youtube?

— «Что было дальше» — и все.

— Помню, у тебя даже был пост в инстаграме: «Тот момент, когда на тебя подписался Тамби и ты уже думаешь, какую историю будешь рассказывать на проекте «Что было дальше».

— Ну да, это такая шутейка была (смеется).

— Придумала историю?

— Не буду ее рассказывать — вдруг меня позовут, а все уже будут ее знать (смеется).

— По книгам. В последнее время выходит много автобиографий фигуристов — Трусовой, Алены Савченко, скоро будет Аделины Сотниковой. Ты задумывалась о книге о себе?

— Да, конечно, у меня такой длинный путь, что уже возникали такие мысли. Но я всегда понимала, что лучше закончить карьеру и только потом осознанно подойти к этому делу. Нужно, чтобы было о чем рассказать.

— Сама будешь писать?

— Для этого у меня недостаточно образования, но идеи и рассказы, конечно, были бы полностью моими, а определенный человек превращал бы все это в интересное повествование (смеется).

— Музыка. Ты уже упоминала в интервью, что не следишь за современной российской индустрией — Моргенштерном, Niletto, Клавой Кокой, Егором Кридом и так далее.

— Да, я не слушаю этих исполнителей. Люблю старый классический рок — мне кажется, эта музыка многих цепляет. Она очень атмосферная, энергичная и заряжает тебя. Люблю и зарубежный рок, и русский. Вообще я меломан и слушаю все по настроению — могу послушать и R'n'B, и хип-хоп.

Любовь

— «Правда ли, что иероглиф на спине платья для произвольной программы означает «любовь»? Да, это действительно так. Выбрала, потому что это самое важное в жизни человека», — рассказывала ты после Гран-при. Почему это самое важное для тебя?

— Без любви нет счастья, вдохновения, желания. Забота, понимание — это все об этом. Любовь — это энергия.

— Но сейчас в твоей жизни нет такой энергии в смысле отношений?

— Да, я одна. Но ощущаю себя хорошо. Нормально. У меня есть друзья, лучшие подруги, семья, поэтому я не обделена любовью (смеется). Любовь разная может быть. Конечно, приятно разделять что-то с любимым человеком, но быть самодостаточной женщиной тоже неплохо.