Пенсионный советник

Все началось со Звягинцева

Начал работу 70-й Каннский кинофестиваль

__is_photorep_included10678799: 1

На юбилейном, 70-м Каннском кинофестивале усилили безопасность и в первый же день показали «Нелюбовь» Андрея Звягинцева.

В Каннах усилены меры безопасности: например, аккуратные клумбы не только украшают город, но и ограничивают движение грузовиков. Но те, кто приехал раствориться в кино, этого не замечают: на улицах играет мелодия из «Шербурских зонтиков», а критики забавляются, что теперь их досматривают на входе в театры. 17 мая им показывали лишь один фильм из представленных в основном конкурсе — «Нелюбовь» Андрея Звягинцева.

Просмотр пришелся на вечер, так что реакция пока непонятна: зал не поредел, овации были достойными, но и ажиотажа не произошло.

Реклама

Влиятельнейшая из критиков Энн Томпсон написала в «Твиттере», что фильм разбил ей сердце и достоин аплодисментов. Но еще красноречивее была оценка Sony, купившей фильм для показа в Северной и Латинской Америке до премьеры, и компании Attitude, которая покажет «Нелюбовь» британцам и ирландцам.

Первое впечатление: это авторское кино не только с медийным, но и с прокатным потенциалом на западном рынке. Фильм начинается со слов школьника «Пацаны, подождите меня», и на ум сразу приходит несколько востребованных жанров, за которыми «Нелюбовь» может поспеть. Это скандинавские нуары — мрачные, морозные, умеющие хладнокровно созерцать самые страшные человеческие драмы.

И это лучшие детективы лучших кабельных каналов — вроде антологии «Пропавшие без вести» канала Starz.

В семье, переживающей уродливый развод, пропадает 12 летний мальчик. До того как это произойдет, родители и не замечают его существования. У каждого уже есть другая любовь, а точнее, новый цикл все той же вечной нелюбви, но с новым человеком — потому что фильм пронизан ощущением бесчувствия всех по отношению ко всем.

Заторможенного отца больше беспокоит, как отнесется к разводу его начальник — православный фундаменталист. Мать не перестает сводить счеты с бывшим мужем даже тогда, когда ребенка начинают искать по моргам. Семья — это социальная ткань, ее разложение в фильме не выглядит зловонным лишь из-за свирепых морозов, которыми оператор Михаил Кричман, как и всегда, любуется через стекла. Сцен, в которых герои стоят у окон и отражаются во всевозможных поверхностях, здесь даже чересчур много.

Звягинцев в очередной раз препарирует больное общество, но теперь ему не хочется тратить время на наркоз. Поэтому многие образы кажутся кричащими. В столовой офиса православного фундаменталиста собирается столько бородатых мужчин, будто это Боярская дума.

В дорогом ресторане девушка тайком дает незнакомцу свой номер, затем садится к своему молодому человеку, а затем делает селфи. На экране оживает картина Питера Брейгеля — ровно настолько, чтобы это заметили все. По радио то и дело рассказывают про координационный совет оппозиции и грядущий конец света, который по календарю майя должен произойти на утро после профессионального праздника — Дня чекиста. Петербург по тому же радио называют городом Пушкина и Путина. А в зарисовках о всеобщем разложении участвуют все, кроме детей, — сходящая с ума от злости старуха, провалившиеся в экраны телефонов девушки из салона красоты, милиционеры, офисные клерки.

В той части финала, которую можно раскрыть, не выдав сюжет, по телевизору минуты три показывают эфиры федеральных каналов о войне на Украине.

Это, конечно же, жест: продукт, предназначенный для внутреннего потребления, вдруг показывают всему миру на кинофестивале в Каннах. С Дмитрием Киселевым и всем-всем-всем, от чего героине захочется убежать в спортивной форме Bosco с триколором. Но мчится она по беговой дорожке, так что спасения не будет.

Кстати, и настроением, и композиционно «Нелюбовь» напоминает «Меланхолию» Ларса фон Триера. Там тоже было ожидание конца света, ложная разрядка и настоящая катастрофа. В итоге из-за своего виртуозного исполнения фильм, как и предполагало его название, кажется слишком рациональным. Бесчувствие его героев в какой-то момент сообщается и ему. Единственные, кто не испытывает нелюбви в этой истории, — это волонтеры, готовые перевернуть вверх дном весь мир, чтобы найти чужого ребенка.

На кого больше похож фильм — на этих подвижников или на уставших главных героев — зритель сможет решить уже 1 июня, когда картина выйдет в прокат.