Мирный вызов

Пройдут ли Путин и Обама тест на способность избежать новой глобальной войны



Украинские пограничники на контрольно-пропускном пункте в Херсонской области

Украинские пограничники на контрольно-пропускном пункте в Херсонской области

Reuters
Борьба за мир во всем мире спустя минимум 30 лет возвращается из архивов истории и становится важнейшей задачей международной дипломатии. Разговоры о вероятности новой мировой войны из разряда ненаучной фантастики постепенно переходят в тему для ежедневных высказываний политологов и политиков.

Американская военная разведка подготовила доклад для конгресса США. В нем содержится тезис о возросшей вероятности вторжения войск России на восток и юг Украины. Сенатский комитет по вооруженным силам, в свою очередь, направил президенту Бараку Обаме отчет, где перечисляются украинские регионы, которые могут подвергнуться российской военной агрессии: Луганск, Донецк, Харьков. Более того, американская разведка прогнозирует потенциальную угрозу на границе с Приднестровьем и даже не исключает попытки захвата Россией территорий в Прибалтике.

В докладе, о котором сообщает CNN, говорится, что перегруппировка российских войск на границе с Украиной похожа на маневры, которые предпринимались накануне военных операций в Чечне и Грузии. Согласно данным доклада, в районах Ростова-на-Дону, Курска и Белгорода Россия сосредоточила группировку войск численностью около 30 тыс. солдат и офицеров, что «значительно больше», нежели необходимо для учений. По мнению комитета по вооруженным силам сената, Соединенные Штаты не смогут оперативно отреагировать в случае ввода российских войск на материковую Украину.

Понятно, что всякая разведка имеет свойство нагнетать: лучше предсказывать худшее, чтобы не сократили финансирование или, того хуже, не обвинили в том, что благополучно проспали начало новой глобальной войны.

Но ситуация в мире — объективно напряженная и непредсказуемая. Обама на саммите США – ЕС сказал, что Америка и НАТО не ищут конфликта с Россией, но прямо пригрозил Москве дальнейшей изоляцией и экономическим ослаблением в случае продолжения ею нынешнего внешнеполитического курса. В то же время Обама предложил коллегам по блоку обсудить вопрос расширения военного присутствия Североатлантического альянса в Восточной Европе. И прямо раскритиковал некоторых союзников по НАТО за уменьшение военных бюджетов — правда, успокоив Россию, что принимать в альянс Грузию и Украину пока никто не собирается.

В любом случае Россия перестает быть партнером и постепенно становится врагом Запада даже на словах. А у НАТО после «крымского кризиса» появился новый очевидный политический смысл существования — «против России». Москва в ответ также дает понять, что не цепляется за формат «восьмерки», и демонстрирует решительный настрой на углубление внешнеполитического разрыва с Западом.

В итоге происходящее постепенно становится не «крымским кризисом» и даже не кризисом вокруг Украины, а практическим тестом на способность России и Запада избежать новой войны — как минимум в Европе. На кону могут оказаться жизни миллионов людей и весь миропорядок — собственно, история с Украиной и действия всех сторон в ней подтвердили отсутствие или, мягко говоря, неэффективность сложившегося мирового порядка.

Наступает время критической ответственности России, добровольно взявшей на себя миссию, выходящую за пределы географических и внутренних интересов страны, Запада, ведущих азиатских держав, парализованной бюрократией и бесконечными разногласиями ООН за предотвращение войны.

Обычная антивоенная риторика и многосторонняя, многоформатная антивоенная дипломатия прямо на наших глазах превращаются в главную задачу всего международного сообщества.

Любой телефонный разговор между лидерами России и западных стран, любые международные форумы, сохранение взаимодействия между Москвой и Вашингтоном по Сирии, любые контакты на уровне министров иностранных дел и дипломатов более мелкого калибра теперь приобретают поистине историческое значение.

И в России, и в мире появились публикации о том, как мир сползал к войне в 1914-м и в 1939–1941-х. Тогда это тоже сопровождалось агрессивной риторикой, всплеском ура-патриотизма, надеждами на установление нового, более справедливого миропорядка. С тех пор многое изменилось, хотя человеческая природа и политические принципы остались примерно теми же.

Пожалуй, главное изменение — появление у всех ключевых с точки зрения влияния на мировые процессы государств ядерного оружия, способного в кратчайшие сроки уничтожить все человечество.

На таком историческом фоне слова «за мир во всем мире» становятся главным девизом и главной целью всей мировой политики. Тем, что важнее национальных интересов любого отдельно взятого государства. Тем, что выше любых рейтингов глав государств. Тем, без чего в принципе невозможна нормальная жизнь на нашей маленькой, взаимозависимой и предельно уязвимой планете.