Полет по отечественной истории

07.12.2018, 09:23

Михаил Захаров о том, как Жуков бой за четыре аэропорта проиграл

Последние два месяца страна живет в ожидании — какие имена получат крупнейшие аэропорты страны. С идеей переименования воздушных гаваней выступил министр культуры Владимир Мединский еще в начале октября и с тех пор регионы, а затем и вся Россия с увлечением занималась процессом отбора, а затем и выбором из шорт-листа претендентов.

Реклама

Согласно уверениям организаторов конкурса, который получил название «Великие имена России», всего проголосовало порядка пяти миллионов. Голосовали в интернете — на одноименном сайте — и офлайн на борту самолетов, собственно в аэропортах и на железнодорожных вокзалах.

Получилось в целом масштабно.

Для начала стоит оставить за скобками наивный вопрос «стоила ли овчинка выделки». В конечном итоге к любому процессу можно применить логику из серии «лучше потратить деньги на что-нибудь более полезное» или «других проблем в стране что ли нет». Аргументы первого типа, кстати, нередко используют разного рода противники выборных процедур и демократии вообще — нечего, мол, тратить деньги на то, чтобы потакать низменному вкусу толпы, которая возьмет да и выберет себе по приколу Жириновского, если не кого похуже и пострашнее. Зачем эти выборы, если эти деньги можно было потратить на пенсии, зарплаты и далее по списку. И все-таки выборы существуют.

Вторая аргументация настолько же универсальна и странна. Проблемы есть и они будут всегда, но этот довод хорош для того, чтобы что-то не делать, а в пределе — так и не делать вообще ничего. Мы не можем победить бедность — значит, не время ставить театральные пьесы или бороться с харассментом. Вы устраиваете скандал из-за того, что кто-то изнасиловал женщину? Других проблем в стране что ли нет?

Наконец, существует и иной простой довод за проведение этой серии переименований: аэропорты с именами исторических деятелей уже существуют. Если даже не вспоминать аэропорты, названные именами Джона Кеннеди и Джона Леннона, поскольку они «буржуйские», можно упомянуть отечественные аналоги — ростовский «Платов» и саратовский «Юрий Гагарин» (последний нейминг, кстати, представляется крайне спорным, поскольку первый космонавт, как известно, погиб в авиакатастрофе в той самой Саратовской области).

В конце концов, конкурс — это не такое дорогое удовольствие, а сходное по формату шоу «Имя России» имело неплохие рейтинги еще 10 лет назад. Тогда, напомню, выбирали путем голосования исторических деятелей прошлого, по аналогии с шоу «100 великих британцев». Результаты оказались интересными: из 500 деятелей прошлого (политиков, деятелей культуры, ученых, полководцев и так далее) были отобраны 12, а затем ранжированы и они.

По итогам голосования жюри было решено назвать победителем Александра Невского и Александра Пушкина совместно, Суворов — на втором месте, Столыпин — на третьем.

Тот конкурс сопровождался рядом скандалов — некоторое время лидерство в интернет-голосовании уверенно удерживал Сталин, в тройку входил и Ленин. Столыпин вряд ли бы вошел даже в 12 самых популярных персонажей отечественной истории, если бы не Никита Михалков (арбитр и член жюри), восторгавшийся этим историческим деятелем. Разумеется, организаторов обвиняли в подтасовках итогов голосования — это вообще добрая отечественная традиция усматривать фальсификации в любом голосовании.

Часть этих претензий высказывалась и нынешнему конкурсу, но в целом картина, которую мы получили в результате конкурса по переименованию отражает интересный взгляд на отечественную историю. Взгляд, который говорит многое об обществе и власти.

Так, многие имена были явно отбракованы по политическим или эстетическим соображениям. Спорные, мягко говоря, фигуры отечественной истории типа Иосифа Сталина или Ивана Васильевича Грозного просто не фигурировали в качестве кандидатов. Весьма прозорливо — а то непременно случился бы скандал, когда пришлось бы действительно накручивать голоса «за кого угодно», чтобы «по приколу» аэропорт Волгограда, например, не стал аэропортом имени Сталина.

Несколько иной кейс произошел с рок-музыкантом Егором Летовым и омским аэропортом. Активисты даже зарегистрировали петицию на сайте Российской общественной инициативы, под которой подписалось около 27 тысяч человек, но Летов в шорт-лист претендентов все равно не попал. Можно, конечно, говорить, что это несправедливо, но масштаб фигуры Летова еще предстоит оценить потомкам — он слишком современен нам, на аэропорт он все-таки пока не совсем «тянет». Коротко говоря — Летов — не Леннон, да и Хитроу в Лондоне вряд ли кто-то в здравом уме назвал бы Аэропортом имени Сида Вишеса, лидера легендарных «Секс пистолс». И аэропорт Нью-Йорка назван именем уроженца Массачусетса Джона Кеннеди, а не именем Джона Каммингса из группы «Рамонес», известного больше как Джонни Рамон. Хотя по уму Рамон куда как ближе Нью-Йорку, нежели президент Кеннеди — он родился в Куинсе, где и располагается аэропорт.

Но и среди прошедших через сито отбора персонажей отечественной истории попадаются фигуры спорные. Аэропорт Мурманска едва не получил имя полярника Ивана Папанина (41% голосов против 49% у победившего Николая II). Против Папанина играл, и в конечном счете определил его поражение, тот факт, что до своих полярных экспедиций он успел поучаствовать в кровавом красном терроре в Крыму, число жертв которого до сих пор точно не известно, но точно идет на десятки, если не на сотни тысяч. За свои «подвиги» он даже удостоился отдельной похвальной рекомендации от Розы Землячки — одного из авторов той кровавой бойни.

Или вот такой пример: а все ли могут без «Гугла» с «Яндексом» сходу вспомнить кто такие Николай Лемаев (аэропорт Набережных Челнов) и Юрий Рытхэу (аэропорт Анадыря)? Подсказка — это, соответственно, министр нефтехимической промышленности СССР и чукотский писатель. Выбор их для широкой публики, как представляется, не очевиден, хотя их вклад в развитие территорий, где располагаются их «именные» аэропорты — вполне.

Зато аэропорту Магадана досталось имя куда более известное — Владимира Высоцкого. Вообще-то актер и бард был в Магадане всего два дня в своей жизни — приезжал к другу поэту Игорю Кохановскому. Но магаданцы об этом явно не забыли — Высоцкому несколько лет назад даже памятник установили. Еще бы, ведь и «Мой друг уехал в Магадан» и «Я расскажу тебе про Магадан» — никто так не прославлял эту суровую землю. Разве что Вася Обломов с его хитом «Еду в Магадан», но он, к счастью, еще жив.

А вот Петербург не смог отстоять для себя Петра Первого. Петр победил не только в городе его имени, но и в Воронеже, так что аэропорту Пулково теперь грозит имя Александра Невского. При том, что при князе Александре Ярославиче никакого города там вообще не было и в помине, а самого князя связывает с этой территорией лишь небольшое победное столкновение со шведами где-то в устье Невы в 1240 году, которое нигде в шведских хрониках, к слову, даже не упомянуто.

Если смотреть в общем, то результаты конкурса получаются во многом такими — слегка местечковыми, с явным привкусом местного краеведения и фольклора. Например, аэропорту Пскова присвоят имя княгини Ольги. Вроде бы она считалась одно время основательницей города, хотя археологи говорят, что поселение на месте Пскова было задолго до ее рождения. И вроде бы прибыла к мужу Игорю «из Плескова». И романтики XIX века, занимавшиеся местной историей, активно ратовали за ее псковское происхождение, хотя достоверно установить это вряд ли представляется возможным. Такая «городская легенда», ничего больше. И здесь она не грозная мстительница древлянам, а «своя княгиня», якобы основательница города.

Таким образом, получилось симптоматично и весьма неплохо. Если взглянуть на результаты голосования как на некий срез (мифологический, но иного и не могло получиться) представлений об отечественной истории.

Это та история, которую мы заслужили, но никак не можем осмыслить. Что Россия — это Пушкин, Курчатов, Акинфий Демидов и Ломоносов, а не Сталин или даже Жуков (который проиграл во всех местах, где был номинирован). Что местные герои, писатели, интеллектуалы зачастую куда важнее, нежели великие тираны и полководцы.

Да, Иммануил Кант в силу своего сомнительного происхождения (и потому, что, как изящно выразился начальник штаба Балтфлота Игорь Мухаметшин, «писал непонятные книги» и «предал Родину») проиграл бой за калининградский аэропорт, но ведь и советские военачальники Александр Василевский и Иван Черняховский его не выиграли.

Да, место правителей в этой истории значительно, но они не давят все остальное, особенно разумное, доброе и вечное. Если упрекать конкурс в том, что это заказ власти, то хотелось бы видеть в России власть, которая имеет представления об истории, а главное — взгляды на будущее страны, сходные с результатами конкурса. Где за будущее ответственны созидатели, а не политики и маршалы.