Цивилизация
Во Франции уже несколько суток идут демонстрации учащихся школ и лицеев, требующих вернуть в страну депортированных студентов-иностранцев — цыганку Леонарду Дибрани и армянина Хачика Хачатряна. О подробностях произошедшего «Газета.Ru» попросила рассказать самого 18-летнего Хачика Хачатряна, учившегося в одном из лицеев в Париже. Сейчас он уже в Армении и проходит медкомиссию для прохождения военной службы.
— Почему тебя депортировали и как все происходило?
— Мы уже три года с семьей живем во Франции. Там я учился в лицее. Три недели назад мы гуляли с друзьями. Во время прогулки к нам подошла парижская жандармерия. Спросили документы. А у меня их нет. Потом они по своим каналам проверили по имени.
Выяснили, что меня в Армении разыскивает полиция, обвиняя в уклонении от воинской службы.
Задержали, посадили в машину и повезли в аэропорт. Даже связали руки и ноги, чтобы я не убежал. Из ереванского аэропорта меня повезли в военный комиссариат города Веди. Через несколько дней все же отпустили к бабушке с дедушкой, пока не призовут.
— Говорят, во Франции ты попался на воровстве. Это правда?
— Нет, не было такого. Был мой день рождения — 20 сентября. Я 1994 года рождения. Мы с друзьями зашли в магазин. При выходе к нам подошли полицейские, спросили документы. Вот и все. В прессе пошла неверная информация.
— Как же родители? Их выслали вместе с тобой?
— Нет, это не так. Они остались во Франции. Дело в том, что моя мама больна. У нее серьезные проблемы с позвоночником. Ей нужна была дорогостоящая операция. В Армении нет нужных специалистов, да и если бы были, то не смогли бы заплатить.
А так у нас все было как обычно у мигрантов, которые как беженцы остаются в странах Европы.
Мы жили в деревне Айгаван Араратской области. Родители занимались сельским хозяйством. И года три-четыре назад из-за социальных трудностей, как и многие в Армении, решили выехать в какую-нибудь из европейских стран. Мечтали о лучшей жизни. По документам мы, конечно, нелегально проживали во Франции. Хотели подать уже документы на гражданство.
— Видимо, во Франции ты приобрел много друзей, если столько людей из-за тебя вышли на улицы Парижа...
— Друзей-то много, но и коту понятно, что
мой случай и депортация той цыганки из Косово лишь повод выразить недовольство новой миграционной политикой президента Франсуа Олланда.
Мой телефон ни минуты не молчит. Все время звонят мои одноклассники, друзья сообщают о демонстрациях. Они готовы продолжить протесты до тех пор, пока правительство Франции не пересмотрит своего решения, а мы сможем вернуться, чтобы продолжить учебу. Мне сообщили, что даже мэр Парижа Кристоф Жирар высказал готовность вновь принять меня.
— Как же твой долг перед страной? Ты и твоя семья, кажется, не отказывались от армянского гражданства?
— Я готов идти в армию. Я не увиливаю. Вот пока мы по телефону с вами разговариваем, я в военном госпитале, в Ереване. Здесь прохожу обследование. В ноябре меня уже призовут.
— Ты как-то без особого восторга об этом сказал...
— Ну а как вы думаете? Родители остались там. Я считаю Францию уже своим домом. Там у меня друзья, папа, мама, сестра, зять.
Я люблю Францию, искренне. Мне там очень нравится, все устраивает. Свое будущее я вижу там.
Правда, здесь, в Армении, я с моими дедушкой и бабушкой. Но ведь не я решал тогда переезжать. А теперь привык и хочу вернуться во Францию, продолжить там учебу. Каждую минуту я жду хороших новостей от друзей. Думаю, вдруг мне все-таки разрешат вернуться... Извините, я больше не могу говорить. Тут в госпитале надо по кабинетам врачей пройтись.
