Цивилизация
Утро пятницы в поселке «Речник» началось под грохот экскаватора и глухие удары ― обломки трехэтажного коттеджа падали в сугробы. Это третий по счету дом, который сносят по решению суда, ― два других сровняли с землей накануне. Владельцев дома сейчас нет в Москве: как рассказали «Газете.Ru» жители «Речника», они не появлялись в поселке уже около месяца. К полудню задний флигель дома уже превратился в груду деревянных и бетонных обломков, и ковш экскаватора ударил по крыше. «Так и выяснилось, что дом построен на совесть: там арматура внутри железная, которая проткнула этому грейдеру какой-то шланг, масло вылилось, ничего не работает», ― не без злорадства объяснял журналистам, в чем дело, местный житель, подпрыгивая на морозе и растирая замерзшие уши.
Работа встала. Полтора десятка бойцов Внутренних войск МВД и столько же приставов из группы быстрого реагирования перекрыли главную улицу поселка, стараясь никого не подпускать к полуразрушенному дому, а главное ― к замершему у стены экскаватору.
Никто особенно и не стремился: протестующих жителей на улицах «Речника» было гораздо меньше, чем накануне. Только местная жительница Анна с пятилетним сыном Артемом пыталась прорваться через оцепление, чтобы пройти к своему дому на другом конце поселка. Милиция и приставы не пускали: «Вдруг кирпич на голову попадет», ― и Анна, утопая в сугробах, вместе с закутанным по рукам и ногам сыном, пробиралась к дому потайными тропами.
Если на улицах протестующих видно не было, то в доме у отставного офицера Александра Навроцкого, которого местные жители уже не называют иначе как «лидер сопротивления», атмосфера оставалась боевой. Сторож на входе на участок следит, чтобы гости не вели за собой милицию, и сообщает кодовое слово ― его нужно назвать на входе вместо ответа на вопрос «Кто там?». В доме человек 20 ― жители «Речника» и другие соратники Навроцкого. На кухне пятеро крепких коротко стриженных молодых людей поют про то, что «Сербия ― славянская земля», и едят бутерброды с колбасой. В гостиной вокруг осыпавшейся новогодней елки импровизированный пресс-центр. Те, кто не отправляет фотографии и не просматривает отснятое видео, смотрят заседание Госсовета в Кремле. По телевизору показывают то депутата Митрохина, который был здесь сутки назад, то поселок, который за окном.
Канистры с бензином, из которой Навроцкий якобы собирался облить себя и поджечь, как только у калитки покажутся экскаваторы, в пятницу днем нигде видно не было. «Я не собираюсь рассказывать врагам о планах, это будет неверно тактически», ― офицер по случаю противостояния с властями надел военную форму и старательно уходил от разговоров о готовящемся самосожжении, о котором утром сообщали информагентства. «Это у нас тут дед Федор, 91-летний ветеран войны, которого на старости лет обвиняют в самозахвате дома, говорит, что себя сожжет, мол, пожил свое», ― объясняет друг Навроцкого Денис, тоже военный, отвечающий за то, чтобы в дом не проникли чужаки.
Навроцкий, как и остальные жители, настаивает, что действия властей незаконны, и намерен стоять до конца.
«Стопроцентно мы попадаем под дачную амнистию», ― уверяет офицер запаса. Росприроднадзор, московские власти и суды считают иначе.
В «Речнике» в 1950-е годы были разбиты так называемые коллективные сады, и строить там дома было нельзя. Но постепенно здания появлялись, их никто не сносил, и поселок стремительно разросся. В 2006 году московские власти подали иски против жителей «Речника» и выиграли. По 38 участкам решения судов уже вступили в силу, и дома можно сносить. «Просим вас в добровольном порядке освободить строения от личного имущества», ― говорится в расклеенных по «Речнику» объявлениях.
К пятнице добровольцев не появилось, и судебные приставы решили не нагнетать обстановку, когда экскаватор все-таки починили, снесли один недостроенный двухэтажный коттедж и деревянный дом, в котором хозяева не живут постоянно. Жители смотрели, но не кидались на эскаватор, как это было накануне. Зато интересовались собственной судьбой. «Я тут вечером проеду на машине? А то нам в театр, можем опоздать», ― интересовалась у сотрудника ФССП (Федеральной службы судебных приставов) дама в белом зимнем костюме Bosco. Пристав-исполнитель в ушанке, валенках и с кожаным портфелем успокаивал даму, что в театр она попадет, но напомнил, что ее дом ― следующий на очереди. «Не может быть, в отношении нас нет решения!» «Есть-есть», ― полез в портфель пристав.
Будут ли сносить дома в «Речнике» в выходные ― пока неясно. В субботу в 12.00 инициативные жители поселка соберутся на сход. Те, кто бросаться под экскаваторы не готов, приедут за вещами.
