Патриарх после часов поведал об иске к своему соседу: простить пыль было бы «некорректно»

Патриарх Кирилл рассказал телеведущему Владимиру Соловьеву, как получил квартиру в «доме на набережной», а также о том, что простить материальные убытки от пыли «было бы некорректно», сообщил в эфире «Вести FM» сам телеведущий, который лично беседовал с предстоятелем РПЦ.

Беседа патриарха с Соловьевым состоялась после того, как в СМИ стал набирать обороты скандал, связанный с судебным иском на 20 млн рублей, который, согласно распространенной информации, прописанная в квартире патриарха женщина предъявила владельцу жилья этажом ниже — бывшему главе Минздрава, а ныне священнику Юрию Шевченко. По мнению истицы, пыль, поднявшаяся в результате ремонта в квартире Шевченко, нанесла многомиллионный ущерб библиотеке патриарха.

Эта история вызвала большой резонанс в СМИ и среди православных верующих. Журналистов и блогеров интересовала, в частности, личность женщины, живущей в квартире патриарха, а также вопрос о том, пристало ли человеку, давшему монашеский обет нестяжательства, владеть многомиллионной собственностью. Представители патриархии ранее назвали ситуацию вокруг квартиры частной жизнью патриарха и заявили, что скандал стал результатом «черных» пиар-технологий.

По итогам беседы с патриархом Соловьев сообщил, что в квартире, оказавшейся в эпицентре скандала, проживают две троюродных сестры предстоятеля РПЦ. По словам журналиста, он также задал патриарху Кириллу вопрос, «почему нельзя было простить» соседей.

Как отметил Соловьев, глава РПЦ пояснил, что «такой вариант всегда был, но это тоже было бы некорректно».

«Да и я по максиму постарался — например, вместо двойной очистки согласился на ординарную, что сэкономило существенную сумму денег», — процитировал Соловьев патриарха.

При этом предстоятель РПЦ подчеркнул, что все деньги, вырученные по иску, пойдут на благотворительность.

«Для патриарха эта история очень болезненная и крайне неприятная. Особенно ранит душу патриарха, что зачем-то пытаются неуважительно, с какими-то странными намеками говорить о его троюродных сестрах», — заявил Соловьев.

Патриарх также рассказал, как ему досталась эта квартира.

«Во времена Бориса Ельцина, до квартирных приватизационных схем, Владимир Иосифович Ресин спросил его: «Владыка, а вы где живете?» — «Ну как где, там же, где и мои предшественники — Серебряный бор, деревянный дом». — «В этой развалюхе, что ли? Ну, давайте мы вам квартиру выдадим», — передал Соловьев рассказ Кирилла, добавив, что через некоторое время Ельцин принял постановление о выделении квартиры в Доме на набережной.

По словам телеведущего, позже эта квартира была приватизирована. Когда Кирилл переехал в Москву, он перевез в нее многотысячную раритетную библиотеку своего отца, который всю зарплату тратил на приобретение редких книг, рассказал ему патриарх.

Ранее на встрече с Соловьевым глава РПЦ заявил, что никогда не носил часы фирмы Breguet за $30 тысяч, с которыми его сфотографировали украинские журналисты в прошлом году; при этом он признал, что такие часы у него действительно есть, сообщал «Интерфакс».

«Когда мы одеваем одеяние для службы, часы невозможно надеть, невозможно носить часы. И я смотрел на эту фотографию и вдруг понял – а ведь это коллаж! Но после того как появилась эта фотография, я пошел и стал смотреть. Ведь приходят многие и дарят. И стоят зачастую коробки, которые не открываешь и не знаешь, что там. И я увидел, что, действительно, есть часы Breguet, и поэтому я нигде не дал комментариев, что у патриарха таких часов нет. Потому что да, коробка с такими часами, ни разу не надеванными, есть, и она лежит», – процитировал патриарха Соловьев в эфире «Вести FM».

«Да, я ношу часы. Вот эти часы мне подарил Дмитрий Анатольевич. Это наши русские часы, недорогие часы с гербом – маленькие, аккуратные часы», – сказал телеведущему глава РПЦ.

С часами Breguet патриарха сфотографировал корреспондент издания VIP.glavred во время приезда предстоятеля РПЦ на Украину в прошлом году. На одной из фотографий Кирилл в патриаршем одеянии внимательно рассматривает свое запястье, на котором видны часы.