Тюрьма и смерть: как женщины боролись за свои права

Суфражистки: самые яркие истории предшественниц феминизма

Традиционное — в нашем понимании — 8 марта, когда женщинам уделяется повышенное внимание в виде цветов, подарков и прочих поздравлений было не всегда таким. В конце позапрошлого столетия за право голоса и свободу словам дамам пришлось объединиться в единое женское движение, получившее название суфражизм. Почему идею бороться за права женщин первым предложил мужчина, кто из суфражисток действительно остановил коня на скаку, а также что стало причиной самоубийства дочери Карла Маркса – рассказывает «Газета.Ru».

Идея принадлежала мужу

Изначально суфражистское движение возникло в Великобритании и США в конце XIX века на фоне участившихся инцидентов с участием женщин, недовольных своим положением в обществе. Впервые сам термин «суфражистка» (от латинского слова suffragium – избирательное право) по отношению к активисткам был употреблен в статье журналиста Чарльза Хендса, опубликованной в лондонской газете Daily Mail.

Неологизм не только не обидел женщин, но и понравился им настолько, что с тех пор все протестные движения были объединены под одним названием.

В качестве методов борьбы суфражистки использовали в основном ненасильственные акции, такие как коллективные уличные выступления, голодовки и запоминающиеся выходки.

Основательницей суфражистского объединения стала Эммелин Панкхерст, которой эту идею предложил, как ни странно, ее муж. Интересно, что изначально Эммелин собиралась жить с супругом в гражданском браке, однако тот настоял на свадьбе — из соображений ее правовой обеспеченности. По мнению Панкхерста, девушка не должна была лишаться положения в обществе из-за банального несоблюдения формальностей.

При этом роль жены и матери не должна была стать для Эммелин основной — мистер Панкхерст всячески способствовал тому, чтобы супруга занималась активной общественной деятельностью. Так, уже в 1889 году Эммелин Панкхерст основала «Лигу за избирательные права женщин», которая боролась за гендерное равноправие на выборах. Такая позиция была более жесткой, чем у остальных организаций, выступавших за право голоса только для незамужних женщин и вдов.

В 1903 году Панкхерст решила усилить свою лигу и основала Женский социально-политический союз (WSPU), который со временем стал наиболее заметной политической силой среди борцов за права женщин. С 1870 по 1890 год парламент так и не принял ни одного из разработанных организацией законопроектов, после этого к активисткам пришло осознание того, что мирными акциями вряд ли получится достигнуть желаемых результатов. Тогда WSPU перешла к более агрессивным методам борьбы: на митингах участницы часто устраивали драки с полицейскими, голодовки в тюрьмах и поджоги в общественных местах. На стенах государственных учреждений повсеместно стали появляться цитаты из Билля о правах.

Случалось, и так, что выходки суфражисток настолько выводили джентльменов, что они нанимали лондонскую шпану, и та избивала активисток. В одной такой потасовке уже немолодая Эммелин Панкхерст серьезно повредила ногу.

В то же время Панкхерст приобретала все большую популярность и среди полицейских. Со временем ее стали арестовывать настолько часто, что у Эммилин не оставалось иного выхода, кроме как скрываться с каждого выступления максимально быстро, переодеваясь на ходу и под охраной специально обученного отряда женщин. После очередного ареста Панкхерст заявила на суде: «Мы не хотим быть нарушителями законов, мы хотим быть их создателями».

Позже у суфражисток появились и свои опознавательные знаки, которые заставляли сразу насторожиться тех, кто выступал против них. Так, в 1908 году Эммелин Панкхерст разработала специальную цветовую гамму для представительниц суфражизма, которая состояла из трех цветов: фиолетового (преданность), белого (чистота) и зеленого (надежда). Со временем примечательный триколор уже красовался на шляпках, брошках, ремнях, бантах в витринах известных универмагов — носить знак WSPU считалось большой честью. Кроме того, в наличии также была украшенная знаменем одежда, нижнее белье, сумки, обувь и даже туалетное мыло.

Тайна дочери Маркса

Последовательницей суфражисток была и младшая дочь Карла Маркса — Элеонора Эвелинг. С детства она подрабатывала помощницей и секретарем отца, писала в английских газетах театральные заметки, а также различные публицистические и беллетристские наброски и переводы статей.

В дальнейшем эти хобби постепенно сформировали в ней жажду деятельности в социалистических и женских движениях Великобритании. Идеи и интересы Элеоноры разделял и ее гражданский муж Эдуард Эвелинг, который занимался пропагандой идей Маркса, а также не раз проявлял себя как талантливый литературный критик и драматург.

Их сожительство никогда не было освящено ни церковью, ни гражданской властью, однако было признано в кругу их общения, в связи с чем Элеонору часто называли двойным именем Маркс-Эвелинг.

Девушка производила на своих знакомых исключительно хорошее впечатление — она буквально заражала своей живостью. Элеонора действительно не могла усидеть на месте, поэтому в 1886 года она вместе с мужем и Вильгельмом Либкнехтом совершила агитационную поездку по Новому Свету.

Помимо собственной литературной работы, которую она вела как минимум на двух языках, и помощи отцу, а впоследствии и Энгельсу, и Бернштейну, которые занимались публикацией сочинений ее отца, собираемых из старых английских, американских и других газет и журналов, Элеонора также принимала участие в тред-юнионистском движении в качестве секретаря разных союзов. Не проходили без ее участия и большинство стачек в Лондоне и по всей Англии: самой значительной из них стала стачка докеров в 1889 году. Знание языков позволяло ей принимать участие и в международных социалистических конгрессах. В кругах английских и немецких социал-демократов девушка пользовалась большой популярностью и симпатией.

Не повезло дочке Маркса только в одном. Семейная жизнь у них с мужем совсем не задалась: уже через несколько лет девушка поняла, что муж ей изменяет.

Со временем к этому добавились и частые оскорбления, побои и вымогательство денег, в результате чего девушка зачастую оставалась без гроша в кармане. Ни о каких детях тоже не шло и речи.

Большинство сведений об Элеоноре и ее муже, которые сохранились до наших дней, доходят до потомков через ее письма, которые, несмотря на их сдержанность, все равно могли многое рассказать. Так, в последние годы жизни они становились все более и более драматичными, полными отчаяния. Нередко девушка писала и о том, как хорошо ей было бы умереть. В 1898 году ее мыслям было суждено осуществиться — в возрасте 43 лет эта когда-то полная сил и энергии женщина, которая с большой охотой включалась в любую общественную работу, совершила самоубийство.

«Мэм, вы арестованы!»

Оставила свой след в истории суфражизма и американка Сьюзен Энтони. Вместе с соратницей Элизабет Стэнтон она организовала Национальную ассоциацию за избирательные права женщин, в рамках которой они подготовили текст 19-й поправки к конституции США, гарантировавшей женщинам право участвовать в выборах. В 1869 году поправка была внесена на рассмотрение сената Аароном Сарджентом, однако зарегистрировали ее только через шесть лет. А до принятия поправки, которое состоялось в 1920 году, оба ее автора не дожили — Стэнтон умерла в 1902 году, а Энтони — четырьмя годами позднее.

Сьюзен Энтони была также была широко известна как автор «декларации чувств», указывающей на устоявшиеся взгляды на якобы слабые умственные способности женщин и их неспособность к высоким чувствам. Манифест подписали более сотни человек, в том числе 32 мужчины.

Высказывания Энтони всегда пользовались большой популярностью среди феминисток и активистов, ведущих борьбу за гендерное равенство. «Я думаю, что велосипед сделал больше для эмансипации женщин, чем все остальное вместе взятое. Он дает женщинам ощущение свободы и независимости. Сердце мое наполняется радостью всякий раз, когда я вижу женщину на велосипеде. Это — зрелище свободной, неугнетенной женщины», — цитировала Энтони газета New York World в феврале 1896 года.

Однако, поскольку верхушка эмансипации, по ее мнению, — велосипед — уже был изобретен, сама Энтони предпочитала действовать немного иначе.

Так, 5 ноября 1872 года, когда в США проходили очередные президентские выборы, в Нью-Йорке случился скандал. На один из избирательных участков пришла 52‑летняя школьная учительница, которая взяла бюллетень и чуть было не вбросила его в урну. Это и была Сьюзен Энтони.

Присутствовавшие тогда на участке мужчины поступок женщины не оценили. «Мэм, что вы делаете? Мэм, вы арестованы!», — опомнившись закричал охранник. Окончательно придя в себя, он схватил женщину за руку и доставил ее в участок. Женщине назначили штраф в размере $100, что по тем временам было довольно серьезным ударом по карману.

И коня на скаку остановит, и картину порежет

Выходка Сьюзен Энтони была далеко не самой яркой за всю историю суфражизма. Женщины, жившие спустя десятилетия после нее, порой решались и на более впечатляющие «акции протеста». Так, в июне 1912 года суфражистки добрались и до королевской четы. Известная своей скандальной репутацией суфражистка Эмили Дэвисон, которая не менее девяти раз побывала в тюрьме, прорвалась через полицейский кордон и бросилась к королю Георгу V и королеве Мэри с криками:

«Вы тут развлекаетесь путешествиями, а суфражистки в тюрьмах умирают голодной смертью. Королева, освободи заключенных поборниц избирательного права!». После этого женщину вновь доставили в тюрьму, где она, по уже заведенной традиции, объявила голодовку.

Спустя год уже известная всем полицейским Эмили Дэвидсон совершила еще один поступок, навсегда внеся себя в историю суфражизма как мученицу. Во время скачек, которые проходили в Эпсоме, она перебралась через барьер и кинулась под ноги мчащейся лошади. В результате своей выходки активистка получила тяжелые ранения и скончалась через четыре дня. Во время осмотра у нее в кармане обнаружили лилово-бело-зеленый флаг движения суфражисток, что и подсказало следователям верный мотив ее поступка — пожертвовать собой ради привлечения внимания к проблеме.

Однако на деле ее поступок принес едва ли не больше вреда, так как многие задались вопросом: если самые воспитанные и образованные дамы общества способны на такие неадекватные выходки, то чего ждать от остальных? И стоит ли действительно давать им право голоса?

Яркую, однако относительно безобидную акцию протеста совершила и еще одна активистка — Мэри Ричардсон. 10 марта 1914 года она пришла в Национальную галерею и кухонным ножом порезала картину Веласкеса «Венера с зеркалом». Мотив своего поступка она обосновала как аллегорию: она уничтожает изображение самой прекрасной женщины в мифологии, как правительство уничтожает предводительницу суфражисток госпожу Панкхерст — прекраснейшую личность в истории. После своего поступка девушка отправилась в тюрьму на полгода.

Восьмая Марта

Отметим, что суфражистки оставили след в истории не только благодаря свои резонансным выходкам. Именно им принадлежит идея о назначении Национального женского дня, который впоследствии стал международным. Главными в этом вопросе стали две женщины. Клара Цеткин и Роза Люксембург вкладывали в этот праздник очень глубокий смысл — борьбу «с ненавистной семьей, в рабство которой женщин загоняют ненавистные мужчины». Вместе они возглавляли созданное при Социал-демократической партии Германии женское отделение, через которое старались нести в массу идею о равных правах женщин.

Разговоры о том, что женщинам необходим определенный день в году, когда они смогут во всеуслышание заявлять о своих правах, Цеткин начала вести, еще занимаясь редактированием женской газеты «Равенство». Она была довольно популярна, что, возможно, придало дополнительный вес ее мыслям, у которых мгновенно нашлись последователи.

Опираясь на них, Цеткин озвучила свою идею отмечать 8 марта Международный день солидарности женщин в борьбе за свои права в 1910 году на Международной конференции женщин.

Она также призвала дам всего мира объединяться, чтобы бороться за равноправие — как социальное, так и экономическое.

Роза Люксембург всеми силами поддерживала свою соратницу, при этом также посвящая участниц конференции в нюансы «учения Розы», которое основывалось на том, что гендерное неравенство лежит в основе неравенства классового. Такой подход к делу был выбран Розой неслучайно — всю жизнь ее отношения рушились в основном по причине отсутствия хотя бы минимального приданого.

Однако увидеть результаты своей борьбы Роза так и не успела. 15 января 1919 года она была арестована и доставлена в отель «Эден». У входа в отель женщину ждала толпа, состоящая исключительно из солдат и офицеров, которые наперебой оскорбляли ее. Роза гордо прошествовала на свой допрос, который обернулся сплошным унижением.

После него Люксембург направили в тюрьму Моабит, однако доехать до нее ей было не суждено. Уже в коридоре, перед выходом из отеля, на нее вдруг бросился солдат и нанес ей несколько ударов по голове. Упавшую женщину не только не подняли, но и, быстро подхватив, перенесли в машину, где продолжили избивать. По дороге в тюрьму ее застрелили и выбросили тело в воду Ландверского канала. На протяжении нескольких месяцев о ее судьбе не знал никто. Ее останки нашли только 1 июня, выловив из воды и идентифицировав.

Через некоторое время из страны ухала и Клара Цеткин. На тот момент в Германии были запрещены все левые партии, поэтому Цеткин решила навсегда отправиться в изгнание из родного дома. Точкой невозврата был выбран Советский Союз. Там и закончился жизненный путь знаменитой революционерки.

Она умерла 20 июня 1933 года в подмосковном Архангельском в возрасте 76 лет. Однако даже перед смертью, по сохранившимся данным, она продолжала вспоминать и даже звать свою близкую подругу и соратницу по общему делу — Люксембург. Последним словом Цеткин стало ее имя: «Роза». После смерти прах революционерки был помещен в урне в кремлевскую стену на Красной площади в Москве.