Отставка или импичмент: попадет ли Трамп под колпак Мюллера

Чем закончится расследование Мюллера в отношении сотрудников Трампа



Дональд Трамп и Майкл Флинн

Дональд Трамп и Майкл Флинн

Carlos Barria/Reuters
В конце прошлой недели бывший советник президента США по национальной безопасности Майкл Флинн признал себя виновным в лжесвидетельствовании при даче показаний относительно его контактов с послом России в Вашингтоне Сергеем Кисляком. Бывший генерал также согласился сотрудничать со следствием. О том, к чему это сотрудничество может привести, «Газете.Ru» рассказал кандидат исторических наук, политолог-американист Арег Галстян.

Генерал-лейтенант Майкл Флинн, прослуживший чуть больше 20 дней на должности советника по национальной безопасности президента Дональда Трампа, заявил в конце прошлой недели о готовности дать показания о связях членов избирательного штаба Трампа с представителями России. Согласно источникам агентства ABC, Флинн также обладает доказательствами того, что именно действующий президент давал распоряжение установить контакты с русскими для определения будущей стратегии в борьбе с Исламским государством (запрещенная в России террористическая организация).

Напомним, что расследование о российском вмешательстве в выборы президента США 2016 года обрело новую силу в мае текущего года после скандала, связанного с увольнением директора ФБР Джеймса Коми, курировавшего так называемое дело «Рашагейт». Ранее, принимая в расчет позицию Конгресса, самоотвод от этого дела взял нынешний генеральный прокурор Джефф Сешнс, также ставший объектом расследования. В результате был сформирован специальный комитет во главе с Робертом Мюллером — директором ФБР при администрации Буша-младшего и Барака Обамы. Чего добился комитет Мюллера за семь месяцев работы и к чему это может привести?

Кто такой господин Флинн?

Главным фигурантом «Рашагейт» и ключевым звеном всего расследования стал упомянутый выше генерал Флинн, у которого весьма насыщенная и интересная биография. Более двадцати лет он работал на разных должностях в армейской разведке, командуя на крупных базах в Аризоне, Северной Каролине и на Гавайях. Качественный скачок в карьере Флинна произошел в 2004 году, когда президент Буш-младший подписал указ о его назначении на должность директора по разведке «Объединенного командования специальных операций» (ОКСП).

Эта структура находилась под личным кураторством генерал-майора Стэнли Маккристала, особо приближенного к министру обороны Дональду Рамсфелду. ОКСП отвечало за проведение сверхсекретных операций против ячейки Аль-Каиды в Ираке.

В этот период у Флинна установились тесные отношения с Маккристалом, который в будущем сыграет роль главного лоббиста в его служебном продвижении. Будучи командующим американским контингентом в Афганистане, Маккристал привлек Флинна в качестве директора разведки действующих войск в Кабуле. На этой должности последний сделал себе имя, выпустив совместно с капитаном Мэттом Поттингером доклад «Fixing Intel: A Blueprint for Making Intelligence Relevant in Afghanistan», в котором критиковал методы сбора разведданных в Афганистане. Этот труд был опубликован Центром новой американской безопасности — одним из главных аналитических центров при Пентагоне — и был высоко оценен тогдашним министром обороны Робертом Гейтсом.

Однако не вся военная элита разделяла новые подходы Флинна. Одним из главных критиков его деятельности был нынешний глава оборонного ведомства Джеймс Мэттис. Он считал разведку в Афганистане наиболее эффективным элементом в войсках, который оказался в руках неопытных управленцев. Таким образом, внутри американского военного сообщества сформировался конфликт между двумя условными блоками — Маккристалла и Мэттиса.

Борьба между этими сторонами завершилась победой «группы Мэттиса», после того как президент Барак Обама уволил со службы Маккристала (претендовавшего на должность министра обороны) за оскорбительные высказывания в адрес репортера журнала Rolling Stone. За этим последовало и резкое падение Майкла Флинна, более двух лет проведшего на штатных должностях в Вашингтоне, а в 2012 году перешедшего в «Управление разведки Министерства обороны».

Честолюбивый генерал, стремящийся занять позицию советника по национальной безопасности, воспринимал новое назначение не как повышение, а как долгосрочную ссылку.

На новой должности Флинн выпустил серию докладов, в которых критиковались кадровые назначения Обамы в военно-разведывательных структурах. Он также переложил на Белый дом ответственность за возникновение ИГИЛ и развитие украинского кризиса.

В августе 2014 года Майкл Флинн ушел в отставку спустя 33 года государственной службы. Той же осенью он совместно со своим сыном организовал консалтинговую фирму. В новом статусе он часто получал заказы от лиц, связанных с турецким президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом, а также давал комментарии для российского государственного канала RT. В 2015 году на торжественном вечере, посвященном 10-летию канала, он оказался за одним столом с российским президентом Владимиром Путиным. Кадры, сделанные в тот вечер, впоследствие сыграют важную роль в судьбе генерала.

Поддержка Трампа и «Рашагейт».

Выборы 2016 года Флинн воспринимал как шанс вернуться в большую политику. Он с самого начала заявил о поддержке кандидатуры Дональда Трампа, став частью его предвыборного штаба в качестве старшего советника. Неудивительно, что генерал Флинн воспринял победу Трампа как свою собственную. Он видел в этом возможность продолжения своей блестящей карьеры, которая оборвалась с увольнением Стэнли Маккристала.

Изначально предполагалось, что Флинн получит должность главы Пентагона. Однако позже было принято решение изменить позицию на советника по национальной безопасности. Дело в том, что кандидатура министра обороны должна быть утверждена в комитете по делам вооруженных сил и одобрена большинством голосов в Сенате. Для Флинна это было большим риском, учитывая тотальное влияние симпатизантов «группы Мэттиса» и лоббистов корпорации «Lockheed Martin» (Флинн играл на стороне «Boeing» — конкурента «Lockheed»). В свою очередь, позиция советника по национальной безопасности — единственная на вершине военно-разведывательной иерархии, которая не требует утверждения в конгрессменов.

Флинн, понимая возможности Мэттиса, публично поддержал его кандидатуру на должность министра обороны. «Бешеный пес» Мэттис, по замыслу генерала Флинна, должен был оценить это как жест доброй воли и сигнал к примирению. Однако спустя всего десять дней после назначения выяснилось, что Майкл Флинн преднамеренно скрыл от вице-президента Майка Пенса свои контакты с российской стороной.

В результате громкого скандала Трамп был вынужден отправить своего советника в отставку. Уход Флинна открыл возможность для продвижения на эту должность генерал-лейтенанта Герберта Макмастера, воевавшего в Ираке под командованием Джеймса Мэттиса. Еще через несколько месяцев генерал Джон Келли — другой протеже Мэттиса — был назначен руководителем президентского аппарата после увольнения Райнса Прибуса.

Таким образом, можно констатировать, что на сегодняшний день именно представители «группы Мэттиса» во многом контролируют внешнюю и оборонную политику страны, выстраивая диалог с неоконсервативной элитой в Конгрессе.

За последние полгода в американское информационное пространство было вброшено большое количество материалов, в которых говорилось о конфликтах «группы Мэттиса» с советниками Трампа — Стивеном Бэнноном и Джаредом Кушнером. Герберту Макмастеру, вопреки сопротивлению Трампа, удалось добиться отстранения Бэннона из Совета по национальной безопасности (СНБ), а Келли окончательно вывел радикального ультраконсерватора из Белого дома. Последний из «старой команды» — это Джаред Кушнер — зять и старший советник Трампа, который также проходит как объект расследования. Логично предположить, что для военно-разведывательного лобби и сам Трамп является нежелательной фигурой. Он по-прежнему находится в эпицентре всех громких скандалов, зарабатывая беспрецедентные антирейтинги, которые автоматически транслируются на всю Республиканскую партию.

Война в «твиттере» с ведущими медиа-гигантами также негативно отражается на общем имидже республиканцев, а полное отторжение со стороны лидеров Демократической партии не позволяет решать серьезные внутри- и внешнеполитические проблемы. В подобной ситуации для партийной элиты идеальным выходом стало бы президентство Майка Пенса — системного кандидата, способного объединить разрозненные фракции «слонов», найти общий язык со СМИ и договориться с демократами. Поэтому не исключается, что после признаний Флинна работа комитета Мюллера может привести либо ко всем выгодной добровольной отставке Трампа, либо к импичменту.

Лжесвидетельство и мошенничество

Мюллер обвиняет Флинна в серьезном преступлении — «умышленном предоставлении ложных, фиктивных и мошеннических заявлений». Ряд высокопоставленных сенаторов из комитета по разведке заявили, что имеются доказательства того, что Флинн попросил тогдашнего российского посла в США Сергея Кисляка воздержаться от эскалации ситуации после того, как президент Обама в декабре 2016 года подписал указ о новых санкциях и принял решение выслать из страны значительную часть российского дипкоруса.

Согласно Мюллеру, решение связаться с Кисляком принадлежало не Флинну, а более высокому должностному лицу в администрации Белого дома. Пока неясно, кто из должностных лиц переходной команды был замешан в этом, однако сам факт признаний Флинна уже может быть инкриминирован как государственная измена. Выше Флинна в переходной команде был лишь вице-президент Майк Пенс. Однако генерал сам признал, что распоряжение было получено в обход Пенса, который ничего не знал о контактах с российской стороной.

По мнению многих американских экспертов, связующим звеном между Трампом и Россией мог быть Джаред Кушнер.

Команда Мюллера считает, что Флинн и Кушнер также замешаны в других незаконных действиях. Во время переходного периода (когда власть еще принадлежала администрации Обамы) они призвали представителей России и других стран изменить свою позицию по резолюции Совета Безопасности ООН, осуждающей израильские поселения на Западном Берегу. Флинн отвечал за переговоры с Россией, а Кушнер связался с Кимом Дарроком — послом Великобритании в США, попросив его отодвинуть голосование до официального вступления Трампа в должность. Это дало бы новой администрации возможность наложить вето, чтобы не испортить отношения с Израилем.

Однако британцы отвергли просьбу Кушнера, сыграв решающую роль в разработке проекта резолюции, позволявшей избежать американского вето. После успешного голосования постпред Великобритании Мэтью Райкрофт заявил, что деятельность израильских поселений представляет собой явную и прямую угрозу для общего видения ситуации на Ближнем Востоке.

Помимо этого, Флинн проходит по делу о незаконных лоббистских связях с турецкими бизнесменами, связанными с политическими деятелями в Анкаре. В августе 2016 года его лобби-фирма «Flynn Intel» заключила контракт с протурецкой группой «Inovo» на 500 тыс. долларов. Согласно нормативно-правовым актам, Флинн должен был сообщить об этом в Минюст и в комитет по этике Конгресса не позже февраля 2017 года. Однако он отказался предоставить список документов, подтверждающих законность этих связей.

Мюллер считает, что у Флинна этих документов нет, так как он действовал в обход законов о лоббистской деятельности и нарушил процедуры, прописанные в федеральном законе о регистрации иностранных агентов (FARA).

Таким образом, для Флинна сложилась ситуация, при которой он может рассчитывать на смягчение обвинений лишь в случае сотрудничества со следствием и предоставления Мюллеру данных, имеющих особую юридическую и политическую ценность. При подобных обстоятельствах для генерала вопрос верности президенту уже не стоит. Если Мюллер сможет доказать непосредственную причастность Трампа к российскому или израильскому делу, то импичмент станет меньшей из проблем 45-го лидера свободного мира.