Постой, автобот

В прокат выходят «Трансформеры: Месть падших»

cinemablend.com
В прокат выходят «Трансформеры: Месть падших» — утомительное буйство металлической плоти от Майкла Бэя с цитатами из «Титаника», Мэган Фокс и неприличными роботами.

Добрые автоботы теперь на службе государства – противники трепещут, города благодарно разлетаются на кусочки. Тем временем подруживший человечество с железяками Сэм (Шиа ЛаБеф) собирается отбывать на учебу в колледж, попутно убеждая Микаэлу (Мэган Фокс) ждать, пока он вернется. Причем обязательно очень ждать, хотя признаться в любви он все еще побаивается. Собирая манатки, он обнаруживает, что в складках очередной кофты запутался оживляющий трансформеров осколок уничтоженного в первой части куба. И вот сперва на кухне принимаются плясать танец с саблями соковыжималка с кофемолкой, от которых еще удается как-то отделаться. Но потом на шум прибегают враждебные десептиконы покрупнее вплоть до разумных экскаваторов и злобного космического спутника.

Пересказывать прочие ужимки сюжета вторых «Трансформеров» подробнее нет никакого желания, а главное, возможности: легко можно запутаться в хронологии, да и пересказ чужих высокотехнологичных шуток дело, в принципе, гиблое.

Пресс-релиз сообщает, что на рендеринг картины у нас, с нашими лэптопами, ушло бы 16 тысяч лет – слова здесь, очевидно, и вовсе бессильны.

Куда продуктивнее здесь разобраться с тем букетом переживаний, которые «Трансформеры-2», несомненно, вызовут даже у самых незаинтересованных зрителей. Конечно, наиболее велик соблазн толковать новое детище главного голливудского взрывателя Майкла Бэя во фрейдистском духе. Все компоненты на лицо: шикарная, хоть и чуть более чем надо глянцевая Мэган Фокс, огромные роботы, неуемный размах во всем – от спецэффектов до количества откровенно неприличных шуток. Но если дать мозгу чуть остыть, такой взгляд окажется все же не вполне верным.

Дело в том, что первые «Трансформеры», от которых никто ничего хорошего не ждал, были штукой поистине уникальной.

Бэй сделал фильм совершенно в духе сочинения «Как я провел лето», если бы его написал технологически озабоченный Бивис. То есть, во-первых, со мной была лучшая телка в городе (от которой вообще ничего, кроме присутствия, пока не надо), а во-вторых, я спас мир в компании огромных роботов с нежными механическими сердцами. Причина обаяния картины была, прежде всего, в детской невинности всего происходящего – фильм, несмотря на Мэган Фокс, можно было показывать и семилетним, а гормональное цунами лишь подразумевалось где-то на задворках анамнеза.

От второй части вполне обоснованно ждали продолжения банкета, и Бэй оказался до ужаса, по-младенчески последовательным.

То есть он выдал всего того же, только гуще, больше и похабнее. И просчитался. Понятно, что роботов стало в несколько раз больше, к этому все были готовы. Да и финальную пародию на военную драму с разносом пирамид на щебенку тоже можно было бы простить. Хуже другое. Будто вспомнив, что он, простите, кинематографист, а не в игрушки пришел играть, режиссер с трудом утрамбовал в два с половиной часа одновременно цитаты из «Кинг-Конга», «Челюстей» и «Титаника», умудрившись даже в финале пнуть конкурирующего МакДжи, почти дословно процитировав концовку не вышедшего на момент съемок «Терминатора». Но этого оказалось мало. В ход пошли сальные шутки в традиции пубертатных комедий и венчающая их главная героиня, которая умудряется даже мотоциклы ремонтировать так, что перед ребенком точно будет стыдно. Причем за себя.

Вот и получается, что даже у самого дружелюбного и кинематографически эрудированного зрителя ближе к концу предательски коротит мозги от многократных и бессмысленных обращений к самым разным участкам сознания.

Не спасает даже великолепный Джон Туртурро, усилия которого превратить все это буйство металлической плоти во что-то разумное теряются в тени болтающихся между ног одного из роботов стальных шаров.

Выходит, что отличие и преимущество первых «Трансформеров» было в том, что они целиком лежали в пространстве фантазии, а вторые – скорее фантазма. Впрочем, если автор решил идти по пути от подростка к взрослому, то пубертата не миновать. Осталось только надеяться на его последовательность — вторую неумелую попытку полюбить себя зритель может многотонной машине и не простить.