Залечили до смерти: за что сажают врачей

2017 год стал рекордным по числу уголовных дел в отношении врачей

Дмитрий Феоктистов/ТАСС

Российских врачей все чаще преследуют по закону. В прошлом году в их отношении возбудили 1,8 тыс. уголовных дел — вдвое больше, чем 2016-м. При этом каждое третье обращение заканчивалось обвинительным приговором. Эксперты разделились во мнении: с одной стороны, такая статистика говорит о более внимательном отношении СК к сфере медицинских услуг. С другой — какому больному нужен врач, думающий о тюремном сроке, а не о правильном лечении?

Российские следователи раскрыли данные по преступлениям в медицинском сообществе. По словам официального представителя СКР Светланы Петренко, в 2017 году в ведомство поступило 6050 сообщений о ятрогенных преступлениях (когда состояние пациента ухудшилось из-за действий врачей). По результатам их рассмотрения возбуждено 1791 уголовное дело.

Открытой статистики за предыдущие годы нет, но ранее глава СКР Александр Бастрыкин заявлял, что за первые шесть месяцев 2016 года было совершено 419 подобных преступлений. По данным правозащитников, за весь 2015 год потерпевшими по преступлениям, связанным с врачебными ошибками, были признаны 888 человек, 700 из которых погибли.

Реклама

Еще каких-то четыре месяца назад, в октябре 2017 года, в СК заявляли о намерении ввести уголовную ответственность за преступления, совершенные медработниками, выделив ее в отдельную статью УК. Несмотря на это и на то, что представители медицинского сообщества и правозащитники отмечают рост случаев уголовного преследования врачей, следователи избыточное внимание к теме отрицают. «Никакой негативной тенденции, связанной с привлечением к уголовной ответственности врачей, нет и быть не может. Следственный комитет с большим уважением относится к медицинским работникам, понимая, насколько ответственна и важна эта гуманная профессия. Когда врачи сами становятся жертвами преступлений, СК России незамедлительно реагирует на такие факты, вставая на их защиту», — заявила Светлана Петренко.

Так в Следственном комитете отреагировали на критику, обрушившуюся на правоохранительные органы после оглашения приговора гематологу Елене Мисюриной. 22 января Черемушкинский районный суд Москвы признал врача-гематолога виновной в смерти пациента (он умер через несколько дней после того, как Мисюрина сделала биопсию ткани с кости таза). Врача приговорили к двум годам лишения свободы.

Мэр города Сергей Собянин выразил «крайнюю озабоченность» делом гематолога, призвав рассматривать его максимально корректно и объективно. Вице-мэр по вопросам социального развития Леонид Печатников и вовсе предположил, что произошла судебная ошибка. «Мы не можем эмоциями воздействовать на правоохранительные органы, любого законного решения мы должны добиваться в рамках действующего закона. Подана апелляция, к нему приложены все экспертизы, которые не были учтены судом первой инстанции. Мэрия позаботилась о том, чтобы в суде Мисюриной помогали самые лучшие и известные в стране адвокаты», — сказал он.

Ранее на сайте change.org была создана петиция с требованием пересмотреть решение суда, ее подписали более 40 тыс. человек.

«Суд не учел объективного факта того, что наиболее вероятной причиной данной патологии должно считаться осложнение основного заболевания пациента — онкологический процесс.

Следовательно, именно осложнение онкологического заболевания следует считать единственной причиной смерти и в данном случае», — говорится в петиции.

Общественная организация «Лига защиты врачей» заявила, что дело Мисюриной связано с «пропагандистскими целями» СК в рамках «кампании по массовому обвинению медработников во врачебных ошибках». Впрочем, ряд правозащитников интерпретирует это не как некую заказную кампанию, а как позитивную тенденцию к тому, что СК в принципе стал заниматься темой врачебных ошибок.

«Мы констатируем растущее внимание председателя СКР к расследованию ятрогенных преступлений, и активность ведомства по врачебным делам будет возрастать. Причем это уже касается не только гражданских клиник, но и тюремных медиков. Так, в Петербурге вот-вот должно уйти в суд дело начальника филиала больницы № 1 УФСИН по СПб и Ленинградской области, обвиняемого в халатности», — рассказал «Газете.Ru» представитель организации «Зона права» Булат Мухамеджанов.

Впрочем, большинство представителей медсообщества опасается, что в сложившейся ситуации любой врач оказывается незастрахованным от тюрьмы только из-за того, что исполнял свои профессиональные обязанности. Член Общественного совета при Росздравнадзоре Евгений Ачкасов считает, что вводить уголовную ответственность в случаях, подобных делу Мисюриной, недопустимо. «Проблема имеет два аспекта: юридическо-правовой и моральный. С юридической точки зрения за такие вещи, которые произошли с Еленой Мисюриной, не может быть уголовного преследования», — сказал эксперт «Газете.Ru».

По словам Ачкасова, после любой процедуры или операции всегда есть риск осложнения для пациента. Даже если он наблюдается у самого талантливого из врачей — есть особенности организма, их невозможно предсказать.

«Никто не сможет дать гарантии стопроцентного выздоровления. Что получается тогда? Врач на протяжении своей деятельности оказывается постоянно под гнетом уголовной ответственности. По большому счету врач может просто бездействовать. Пациенты могут лежать по домам.

Сейчас ведь любой пациент перед медицинской манипуляцией подписывает документ о риске возможных осложнений. Если нет халатности или умышленного причинения вреда здоровью, то об уголовной ответственности говорить нельзя», — подчеркивает он.

Вместо уголовного преследования врачей Ачкасов предлагает использовать административные санкции, а также отстранять признанных виновными медиков от работы: «Угрожать врачам тюрьмой даже при летальном исходе у пациента без детальнейшей экспертизы нельзя ни в коем случае».

В свою очередь, член общественного совета Минздрава России, президент Национального агентства по безопасности пациентов и независимой медицинской экспертизе Алексей Старченко полагает, что таких суровых приговоров могло бы и не быть, если бы врачи и главные врачи больниц делили ответственность между собой. «Сейчас главному врачу гораздо проще повесить ответственность на одного сотрудника, чем портить репутацию всему учреждению», — заявил он «Газете.Ru».