Цивилизация
В среду стало известно, что накануне майских праздников (29 апреля) Михаил Фрадков подписал проект распоряжения о внесении технических изменений и дополнений в программу приватизации на 2005 год. Информация появилась на сайте правительства. Среди прочих компаний, внесенных в перечень приватизации, оказалась и ОАО «Роснефть» — нефтяная компания, 100% акций которой принадлежат государству.
Распоряжение подписано в тот же день, когда некие источники в правительстве и компаниях заявили, что обещанного слияния «Газпрома» и «Роснефти» не будет, что было воспринято многими экспертами рынка как отказ от приватизации нефтяной госкомпании.
По схеме, утвержденной правительством еще в 2004 году, 100% акций «Роснефти» предполагалось внести в структуру под условным названием «Газпромнефть», базой для которой должны были послужить активы «Газпрома». Но затем в 2004 году ФГУП «Технопромэкспорт» специально зарегистрировалo АО «Роснефтегаз» с уставным капиталом 500 тыс. руб., которой планировалось передать 100% акций госкомпании и 10,7% акций «Газпрома», и в результате мены акциями государство получило бы контрольный пакет в «Газпроме», а «Роснефть» прекратила бы существовать. В «Газпроме» говорили, что именно эту компанию и планировалось использовать для осуществления сделки по слиянию.
В распоряжении правительства, а точнее в дополнении к нему, написано, что приватизация пройдет именно путем внесения акций в соответствующую интегрированную ОАО «Роснефтегаз».
Не секрет, что глава НК Сергей Богданчиков всячески избегал приватизации. Поэтому отказ от слияния с газовой монополией был воспринят как победа кремлевских покровителей «Роснефти» (над опекунами «Газпрома»), позволяющая группировке сохранить контроль за финансовыми потоками госкомпании.
После появляниия распоряжения стало очевидно, что попытки приватизации «Роснефти» будут продолжены независимо от того, остается слияние на повестке дня или нет. И вот уже поздно вечером в среду анонимный правительственный источник сообщил информагентствам, что «акции «Роснефти» будут внесены в интегрированную структуру, которая будет определена на основе решения президента и правительства». Таким образом, решение о перекачке активов госкомпании в ОАО «Роснефтегаз» опять подвергается сомнению.
Само по себе включение объекта в перечень на приватизацию в 2005 году не гарантирует его приватизации. Случаев, когда госкомпании (или госпакеты акций в компаниях) продаются годами, более чем достаточно.
Не один год ушел на то, чтобы продать госпакет в Магнитке. Уже несколько лет правительство планирует продать Центральный телеграф. Объект был в перечне на прошлый год, но почему-то не попал в список приватизации-2005. Тем не менее в распоряжении Фрадкова от 29 апреля обнаружился и он (правительство по-прежнему обещает продать 21,78% акций ОАО), а также ряд других «долгоиграющих» объектов.
Но, как считает президент Всероссийской ассоциации приватизируемых и частных предприятий Григорий Томчин, у «Роснефти», раз уж она попала в перечень, есть все шансы на приватизацию до конца текущего года. «Раз по госкомпании принято решение, значит, поставлена политическая цель, и теперь наплевать на всех лоббистов, — уверен Томчин.
— Распоряжение выпущено ради «Роснефти». И это может быть ответом на послание президента, где он говорит о необходимости поставить заслон засилью чиновников».
Вопрос о том, какие результаты принесет поспешная приватизация, не имеет однозначного ответа.
«Это будет тот самый случай, когда мы всей страной будем приватизировать объект, потом вздыхать с облегчением, а потом искренне кричать: зачем же мы его продали... Работы хватит всем — чиновникам, прессе, аналитикам, — иронизирует Томчин. — Тем не менее я за приватизацию «Роснефти»».
Ясно одно: сейчас финансы компании совершенно непрозрачны ни для кого, кроме госчиновников, которые курируют ее деятельность. Приватизация же позволит прояснить хоть что-то. «После приватизации в компании будут считать свои деньги, а не как откаты из финансовых потоков. Мне откатов не жалко. Но своим «ценником», то есть тем, сколько стоит для нее участие в крупных проектах, «Роснефть» сбивает рынок: частные НК не могут или не хотят участвовать в проектах на тех же условиях, что и госкомпания, — поясняет Томчин. — Тем самым очень искажается рынок».
