Натуральная школа в экономике

Россия возвращается к натуральному хозяйству

автора
Россия возвращается к натуральному хозяйству. Путин заявил, что государство хочет получать свою долю прибыли в сахалинских проектах в натуральной форме. «Газпром», видимо, уверен, что сумеет выручить за сахалинский газ больше, чем операторы «Сахалина-1» и «Сахалина-2».

Недавно премьер-министр России Владимир Путин посетил Японию и там заявил, что считает приоритетным сотрудничество с Японией в топливно-энергетической сфере. При этом он отметил «успешную реализацию проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», в которых значительная роль принадлежит компаниям Японии». Напомним, что еще пару лет назад он же утверждал, что Россия от этих проектов, реализуемых на условиях соглашений о разделе продукции (СРП), ничего не получает.

Отношение к двум проектам волшебным образом поменялось после скандального вхождения «Газпрома» в проект «Сахалин-2», где у него теперь контрольный пакет.

Согласно прошлогодним оценкам, прибыль России от реализации проекта «Сахалин-2» должна составить $118 млрд, а «Сахалин-1» принесет государству еще $50 млрд. Без копейки бюджетных денег! Так что налицо иллюстрация анекдота советских времен: «Вы нам — северные территории, а мы вам — коммунизм «под ключ».

Теперь помимо проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2» Путин предложил японцам поучаствовать в продолжении освоения сахалинского шельфа (несколько проектов, начиная с трех участков — Киринского, Аяшского и Восточно-Одоптинского — проекта «Сахалин-3»), а также в строительстве двух нефтепроводов: Сахалин — Хабаровск — Владивосток, который должны построить к 2011 году, и второй очереди Восточная Сибирь — Тихий океан.

Кроме того, оказывается, японцы могли бы пригодиться в Приморском крае, где российское правительство запланировало строительство нефтеналивного порта и завода по производству сжиженного природного газа. Первый в России подобный завод-гигант мощностью 9,6 млн тонн ежегодно был построен именно в рамках проекта «Сахалин-2».

При этом «Газпром» оказался глубоко удовлетворен сотрудничеством в рамках проекта «Сахалин-2», и председатель его правления Алексей Миллер даже заявил, что «концерн при отборе партнеров для проекта (это про «Сахалин-3». — М.С.) отдаст предпочтение компаниям, уже принимающим участие в «Сахалине-2».

Вообще такой способ подбора участников для работ на шельфе сам по себе любопытен.

В результате законодательных новшеств прошлого года уже не Россия как владелец недр сама подбирает наилучшего пользователя для этих недр (обычно это делает уполномоченный за фонд недр — Министерство природных ресурсов, которое от имени государства организует тендеры на недропользовательские лицензии), а она делегирует эти полномочия двум своим госкомпаниям, которые затем по своему разумению подбирают для себя партнеров.

При этом возникло множество проблем, связанных с обеспечением рисков этих потенциальных партнеров, а потому и у самих госкомпаний, что, впрочем, никого не остановило.

Вернемся, однако, к дальневосточному турне Владимира Путина. Сделав по пути остановку во Владивостоке, Путин на встрече с губернатором Приморья Сергеем Дарькиным сделал еще одно знаменательное заявление о том, что Россия получит свою долю в прибыли по проектам «Сахалин-1» и «Сахалин-2» в натуральной форме (газом). Казалось бы, почему «натурой»? Непривычно как-то. То ли деньги отменили, то ли им нет доверия? Невольно возникают ассоциации с оброком, который крепостной крестьянин отдавал своему барину. Если не мешком зерна — так сахарной головой, не бараном — так поросенком…

Воспоминания о бартере 90-х уже успели выветриться из памяти, и тут на тебе — опять начинаем менять пеньку на пряности. Только-только, казалось, нырнули в капитализм, а вынырнули уже в феодализме. Какая такая необходимость, в чем глубокий экономический смысл этого действа?

Почему бы не получить причитающуюся по договору с сахалинскими инвесторами государственную долю деньгами? А потом используй эти деньги как хочешь: хоть на конфеты, хоть на зарплату бюджетникам…

Нужно купить газ у тех же инвесторов сахалинских проектов для газификации — да на здоровье, им же лучше, не надо газ куда-то гнать на продажу, все можно продать на месте.

Сколько надо газа для наших регионов, столько и покупай! А его излишки, если госдоля окажется больше потребностей региональной газификации, в денежной форме останутся в бюджете. В противном случае оператору «натуральной госдоли» еще нужно куда-то эти излишки пристроить. А вдруг на этой операции он прогадает… И вообще, когда на закупки топлива под северный завоз или посевную выделяются деньги, их еще хоть как-то можно контролировать, а вот когда «натурой», тут очень велика опасность возникновения «черных дыр».

Наш человек воспитан еще советской властью так, что сколько ему дадут, столько и «освоит». Хоть солярку, хоть газ.

Идея с оператором госдоли тоже любопытна. Еще бывший премьер Виктор Зубков накануне своей отставки не только поручил передать «Газпрому» без конкурса восемь участков на Ямале и Сахалине, но еще и 6 мая прошлого года дал отмашку своим подчиненным подготовить распоряжение о назначении «Газпрома» уполномоченной организацией по реализации госдоли газа с проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2». С тем чтобы концерн сам осуществлял реализацию полученного топлива и производил взаиморасчеты с федеральным бюджетом. Для компании это, как минимум, комиссионные за работу госагентом по продажам. Вот только остаются сомнения в том, что все затевалось ради комиссионных.

Обычно куда спокойнее, когда своим делом занимаются специализированные фирмы. У каждого сахалинского СРП есть свой оператор, в нем есть маркетинговое подразделение. Оператор «Сахалина-2», например, продемонстрировал недюжинную изворотливость, законтрактовав будущую добычу газа аж на 20 лет вперед. Казалось бы, чего огород городить — почему бы не доверить ему продавать еще и госдолю? До кучи. Проверенными маршрутами. Нашим бюрократам в этом случае остается только организовать эффективный контроль да подсчитывать барыши. Однако, очевидно, правительство уверовало, что «Газпром» на новом для себя рынке Юго-Восточной Азии всем утрет нос: и покупателя найдет, и цену получит поболе, чем зарубежные выскочки.

Другое дело, если, конечно, он и не собирается выходить на внешние рынки, а предполагает ограничиться той самой газификацией. В этом случае имеет смысл аккуратно посчитать, так ли нужна эта газификация, нужна ли она в таких масштабах, нет ли возможности использовать местные энергоресурсы более эффективно, разрабатывая, в частности, местные угольные месторождения, а на газе зарабатывать валюту? Хотелось бы для начала услышать голос экспертного сообщества.

Конечно, в этой самой «натуре» нет ничего криминального. По закону о СРП она разрешена. И каждый год российское правительство принимало соответствующее решение, брать деньгами или натурой. И каждый раз брало деньгами. Так выгоднее: иностранные операторы проектов — тертые калачи и рынки сбыта знают как свои пять пальцев. Нужно иметь в виду, что годы, когда закон о СРП принимался, — это середина 90-х, кредитно-финансовые институты работали с перебоями, администрирование было дырявое. Вот и вписали в закон норму о том, что государство само будет определяться, брать деньгами или натурой. Чтобы таким образом не прогадать и оставить у государства возможность выбирать. Неужели с тех пор ничего не изменилось? А как же успехи последних лет? Или это все привиделось, а нам показывали экономические потемкинские деревни?

Если бы власти были последовательными, то уже несколько лет назад эту норму «про натуру» нужно было бы из закона о СРП исключить как атавизм времен начала рыночных реформ в России. Устарела — отмерла!

Так нет же, все происходит с точностью наоборот: власти начинают использовать эту морально устаревшую правовую норму именно сегодня.

Но на этом «натуральная история» не заканчивается. По словам Путина, подписавшего соответствующее распоряжение о получении доли в прибыли, указанное топливо будет направлено на газификацию Приморского края. И тут губернатор Дарькин добавил, что проект по газификации края, мол, должен быть разработан до конца текущего года. При этом стоимость работ пока не определена. Отсюда следует, что решение о «натуре» уже принято, а строительство и не думало начинаться, да и проект еще только предстоит утвердить. Более того, год назад зампред правления «Газпрома» Александр Ананенков говорил о том, что продажи такого газа возможны только с 2012 года, когда заработает газопроводная система Сахалин — Хабаровск — Владивосток. Но тогда тем более непонятно, зачем эта «газовая натура» кому-то понадобилась уже сегодня?

Беда в том, что энергетический «натуризм» обуял российские власти не только в сахалинском случае. Еще на памяти ярмарка «невест» при выборе партнеров «Газпрому» для работы на Штокмане. Дело кончилось тем, что пригласили Total S.A и StatoilHydro. Однако до этого знаменательного события первые российские лица объясняли всему миру, что деньги — это лишь бумажки, а потому подавайте нам активы на обмен, достойные Штокмана. То есть по сути это означало, что «Газпром» интересует не то, насколько полезными могут быть его стратегические партнеры в проекте, какими технологиями, опытом работы, деньгами они обладают, а какой за этих «невест» дают калым. Так что

навязчивое стремление к натуральной энергетике в сахалинской истории — это не исключение из правил, а развивающееся правило: то обмен активами, то отказ от получения госдоли в проекте деньгами.

Хотя дело это непростое — строить такую экономическую конструкцию, чтобы одновременно и современный рынок был, и натуральный обмен на нем. И становится все более очевидным, что этот очередной экономический и одновременно экзотический эксперимент на глазах у изумленной публики будет продолжен.