Цивилизация
Российские государственные активы в очередной раз «окончательно» защищены от притязаний швейцарской фирмы Noga. Министерство финансов России уверено, что больше российские активы в Швейцарии по этому делу арестовываться не будут, сообщило ведомство на своём сайте в пятницу.
Уверенность министерства основывается на обнародованном накануне Федеральным судом Швейцарии решении, которое тот принял ещё 9 декабря 2008 г. Суд отклонил апелляцию Noga на решение нижестоящего швейцарского суда, который по запросу Российской Федерации подтвердил необоснованность попыток фирмы преследовать российские активы на территории Швейцарии.
Таким образом, по мнению российских чиновников, почти двадцатилетняя история тяжбы завершена. Претензии Noga к России имеют корни в начале 90-х, когда она заключила с российскими госорганами несколько контрактов на поставку потребительских товаров и пестицидов в обмен на нефть и нефтепродукты. Эти контракты вскоре оказались расторгнутыми, а претензии Noga были через посредников в конечном итоге выкуплены Россией. Тем не менее
владелец швейцарской фирмы Нессим Гаон утверждал, что Россия остаётся ему должна, и неоднократно подавал иски, по которым арестовывалось имущество России в Швейцарии и во Франции.
Решающим этапом в скандальной эпопее стал арест год назад банковских счетов ряда российских госорганов и госкомпаний в Париже. Впрочем, и это мероприятие по своим итогам не отличалось от всех прежних попыток Гаона взыскать долги с российского государства. Арест российских активов во Франции был снят, а иск швейцарской фирмы признан необоснованным. Впрочем,
Noga надеялась, что у неё ещё остаётся возможность попортить крови России на родине, в Швейцарии.
Но позиция российского министерства финансов оказалась сильнее. Она основана на «окончательном решении» арбитражного суда при Международной торговой палате в Париже от 5 июня 2007 г., согласно которому любые попытки Noga преследовать российские активы являются необоснованными. Суд отмёл и главную «зацепку» швейцарской фирмы. Она утверждала, что в 2002 г. подписала соглашение со швейцарским адвокатом Мартином Шварцем, действовавшим от имени российского правительства.
Якобы по соглашению двух швейцарцев Россия, убоявшись судебного преследования Noga, соглашалась выплатить отступные в размере $800 млн плюс набежавшие проценты по долгу. Но парижский суд вынес определение о том, что это соглашение «никогда не вступало в юридическую силу и не содержало в себе признания Российской Федерацией какой-либо задолженности» перед фирмой,
сообщается в пресс-релизе Минфина.
«Ввиду окончательности самого решения оспариваться могла только его исполнимость на территории Швейцарии,
– поясняет старший юрист группы международных проектов юридической фирмы «Вегас-Лекс» Анна Овчарова. – Исходя из предоставленной информации, стадии оспаривания прошли все инстанции вплоть до федерального суда, который, вероятно, является высшим судом по такой категории споров в Швейцарии».
Помимо того, что апелляция швейцарцев отклонена, а в праве подать следующую им отказано,
Noga будет обязана возместить судебные издержки суду и расходы России в связи с ответом на жалобу швейцарцев на общую сумму в 210 тыс. франков.
«Предписание о выплате компанией значительных по швейцарским меркам сумм дополнительно свидетельствует о негативной реакции швейцарских судебных органов на подачу… необоснованной апелляции», – порадовались в Минфине.
Впрочем, «окончательно» радоваться российским госорганам ещё рано, и решение швейцарского федерального суда не означает конец эпопеи «Noga против РФ», не исключают юристы.
«Процессуальное право так устроено, что, изменив предмет и основание иска, швейцарцы могут продолжать свои обжалования,
– считает партнёр юридической фирмы Lidings Андрей Зеленин. – Например, не доказав наличия задолженности по контракту, компания может сослаться на «внедоговорные убытки», настаивая на том, что определённые услуги были оказаны и должным образом не оплачены, и Кремль получил «необоснованное обогащение».
Но даже при нахождении новых оснований для исков
перспективность таких дел сомнительна, поскольку уже существует окончательное решение указанного арбитражного суда,
рассуждает Овчарова. А значит, «практически минимизируются риски, связанные с возможным наложением ареста на активы РФ по данному делу», говорит эксперт.
