Пенсионный советник
онлайн-табло
Вчера
Сегодня
Завтра
Развернуть
Товарищеские матчи (сборные)

«За одну тренировку в Питере я условно умираю три раза»

Павел Брутт: изначально не поверил в смерть Скарпони

Велогонщик российской команды «Газпром-РусВело» Павел Брутт в отрыве Официальный сайт команды «Газпром-РусВело» / Sirotti
Велогонщик российской команды «Газпром-РусВело» Павел Брутт в отрыве

Велогонщик российской команды «Газпром-РусВело» Павел Брутт в интервью «Газете.Ru» рассказал о тактике коллектива на заключительные этапы многодневки «Джиро д'Италия – 2017», признался, что изначально не мог поверить в смерть гонщика «Астаны» Микеле Скарпони, а также объяснил, почему не любит тренироваться в Санкт-Петербурге.

— На «Джиро-2017» в самом разгаре пора горных этапов. Какую тактику команда будет применять на предстоящих гонках в горах?

Реклама

— Сейчас действительно идет самая тяжелая часть — последняя неделя, развязка всей многодневки случится именно на заключительных этапах. Тактика?

Работаем на Александра Фолифорова: там (в горах. — «Газета.Ru») его территория, он там главный специалист из нас, поэтому стараемся ему помогать.

— Какой результат на этих этапах можно будет назвать близким к идеальному для команды?

— Скажу так: если у нас получится победить в одной из гонок, это будет идеально.

— А в генеральной классификации?

— Генеральная классификация на сегодняшний день значения уже не имеет.

— Текущая «Джиро» — сотая в истории многодневки. Ощущаете ли вы праздничность события по ходу гонок и после них?

— «Тур Италии» в целом всегда имеет высокую организацию. Возможно, юбилей «Джиро» ощущается со стороны зрителей, но вот на гонщиков в плане организаторских моментов это не влияет.

— С кем-то из велосипедистов других команд плотно общаетесь или, может, даже дружите?

— Общаюсь с парнями, которые были в прошлом году в «Тинькофф», но это не какая-то особая дружба, выходящая за рамки чего-то обычного, — на гонке есть чем заняться и помимо этого.

— Если бы вам предоставили возможность посоревноваться с любым великим гонщиком прошлого или, к примеру, наоборот, стать его партнером по команде, кого бы вы выбрали?

— Даже не знаю, мне, в принципе, хватило и того, что в минувшем году я выступал вместе с Петером Саганом, был частью его группы на «классиках».

Но на самом деле помериться силами с кем-то из великих может быть забавным лишь с точки зрения удовлетворения личных амбиций, однако со стороны профессионального спорта — нет. Так что скажем так: мне это не интересно.

— Как вы пришли в велоспорт?

— У меня было много свободного времени и было желание к чему-то интересному себя пристроить

Таким вот образом, через пробы и ошибки, перебирая различные секции, я и попал в секцию велоспорта. Тогда мне было приблизительно 11–12 лет.

— Что можно сделать для популяризации велоспорта в России, как можно привлечь детей в этот вид?

— Это очень сложный вопрос, на него нельзя ответить как-то односложно. Да и привлечение детей в велоспорт является далеко не самой первой и не самой необходимой вещью, которую необходимо сейчас сделать, на мой взгляд.

— В преддверии старта «Джиро-2017» во время тренировки погиб великий велогонщик Микеле Скарпони, выступавший за «Астану». Повлияла ли психологически на вас как-то эта трагедия?

— Честно сказать, когда я увидел данную новость, не поверил этому… А уже после подтверждения факта был шокирован, находился в какой-то прострации, потому что

буквально накануне мы вместе закончили многодневку «Альпийский тур». И из-за этого было чувство некой нереальности происходящего.

— Этот случай стал далеко не первым, когда велоспортсмены получали травмы — иногда фатальные — во время тренировок. По чьей вине преимущественно это происходит — водителя или самого гонщика?

— Не могу сказать, что велогонщики постоянно калечатся в ДТП. То есть условно за последние несколько лет можно набрать меньше десятка таких случаев.

И мне кажется, что вешать вину на кого-то одного в данных ситуациях неправильно.

— Это все равно много…

— Понятно, что велосипедист является наименее защищенным участником дорожного движения. Допустим, почему я не люблю тренироваться в Санкт-Петербурге? Потому что

в среднем за четырехчасовую тренировку я условно умираю три раза.

Поясню. Банальная ситуация: стоит автомобиль, пропуская поток встречных машин, и поворачивает налево в меня. И водитель меня вроде бы даже видит, но, как выясняется, он никогда не думал, что велосипедист может ехать со скоростью 40 км/ч, практически со скоростью потока.

Другая ситуация: меня обгоняет машина, вместе со мной поворачивая направо, хотя я двигался прямо. Это для него норма. И на вопрос по поводу мотива данного маневра он говорит, что не видел меня, причем этот ответ является самым частым.

Вот до тех пор, пока велосипедистов не будут видеть, это будет продолжаться.

То же самое касается и людей, которые вылезают на дороги общего пользования на мотоцикле или на велосипеде и считают, что им кто-то обязан.

Получается какой-то взаимный дефицит культуры.

Я считаю, что если ты вылезаешь на дорогу, то должен знать, куда ты попал и по каким правилам тут двигаются транспортные средства и участники движения. И вопрос здесь даже не в соблюдении или несоблюдении негласных правил, временами противоречащих ПДД, а в том, что

пока не появится эта самая культура, будет много глупых и странных жертв.

— Это касается России в большей степени?

— По сути, проблема одна и та же, просто где-то ее больше, где-то — меньше. В той же Италии, например, водители сильнее привыкли к велосипедистам, так как и сами ездят на этом виде транспорта. Однако за счет большего числа велосипедистов и инцидентов больше происходит.

— В последние годы в некоторых крупных городах России на многих дорогах появились велосипедные дорожки. Нужны ли они, по вашему мнению, при практически полном отсутствии понимания у людей занимаемого велосипедистами места в ПДД, ведь чаще по ним либо передвигаются машины, либо — если речь идет о парках — пешеходы?

— Все опять упирается в нехватку культуры, информации, люди просто не придают этому значения. И с этого все начинается. Среди автомобилистов приходится часто слышать мнение, что велосипедист не является участником дорожного движения, а значит, должен убираться прочь с дороги на тротуар.

И иногда просто хочется собрать группу считающих так людей и проехать мимо них со скоростью под 50 км/ч, не задев, конечно. После чего поговорить с ними, кто должен ездить по дороге, а кто — ходить по тротуару.

То есть наглядно показать, объяснить, что может произойти в случае столкновения. Ведь не всем понятно, что будет, если условный 70-килограммовый велосипедист на условном десятикилограммовом велосипеде заденет пешехода тормозной ручкой и удар придется в мягкие ткани.

А возможные последствия этого должны заставить задуматься, зачем туда идти и почему там не стоит гулять, что вполне может стать первым шагом на пути к улучшению ситуации на дорогах — и для велосипедистов, и для пешеходов, и для автомобилистов.

С другими новостями и материалами вы можете ознакомиться на странице хроники, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».