Цивилизация
Почти половину мирового богатства контролируют всего 147 корпораций, связанные между собой. К такому выводу пришли ученые Швейцарского государственного института технологий в Цюрихе, проанализировав данные более 43 тысяч компаний, пишет британский The New Scientist. Работа швейцарских ученых принята к публикации в научном журнале PloS One.
«Реальность настолько сложна, что мы должны отойти от догм, будь то теории заговора или свободного рынка. Наш анализ основан на реальных данных», — цитирует издание швейцарского ученого Джеймса Глэттфелдера. Предыдущие исследования показывали, что нескольким транснациональным корпорациям принадлежит крупная доля мировой экономики, но эти работы включали ограниченное число компаний и упускали из виду косвенных владельцев, отношения корпораций с аффилированными компаниями. Поэтому сложно было определить, насколько сильным было влияние транснациональных корпораций на глобальную экономику. Новая работа исправляет это упущение.
Швейцарские ученые опирались на базу данных Orbis от 2007 года, в которой записаны 37 миллионов компаний и инвесторов со всего мира. Из них эксперты выбрали 43 060 компаний, принадлежащих транснациональным корпорациям, и выявили их общие активы. На основе этого они построили модель распределения экономического влияния транснациональных корпораций, в том числе через владение фондами, участие в прибыли. В результате ученые выявили ядро из 1318 компаний с взаимными владельцами: каждая из этих компаний связана с другими компаниями, среднее число аффилированных партнеров составляет 20. И хотя доходы 1318 компаний составили 20% от общемировой операционной выручки, через свои фирмы они владели большей частью мировых «голубых фишек» и предприятий реальной экономики, обеспечивающих около 60% от мировой выручки.
Продолжив распутывать паутину собственности корпораций, команда ученых выяснила, что большинство «нитей» идут от «суперорганизации» из 147 компаний: их активы пересекаются друг с другом, что фактически позволяет им контролировать 40% глобального корпоративного богатства.
«По сути, менее 1% компаний контролируют 40% всей сети», — говорит Глэттфелдер. Большинство из них — финансовые институты. В топ-20 вошли Barclays Bank, JP Morgan Chase & Co, Goldman Sachs, Merrill Lynch, Morgan Stanley, UBS, Deutsche Bank.
В работе есть недочеты: анализ приравнивает владение к контролю, что не всегда верно, предупреждает глава Института комплексных исследований Новой Англии Янир Бар-Ям. Так, большинство акций компаний принадлежат управляющим фондам, которые могут и не контролировать активы. По словам Бар-Яма, воздействие этого фактора на систему требует более глубокого изучения.
Анализ показывает, что появление такой «суперорганизации» — это не результат заговора для управления миром.
Транснациональные корпорации покупают акции друг друга по коммерческим причинам, а не из-за желания построить мировое господство, и лозунг протестующих на Уолл-стрит о том, что 1% людей владеет большей частью богатства, лишь «отражает логическую фазу самоорганизации экономики».
Не сможет «суперорганизация» обладать и реальной политической властью: 147 компаний — это слишком много, чтобы поддерживать сговор, ведь они представляют разнонаправленные интересы, говорит эксперт по макроэкономике из Лондонского университета Джон Дриффилл.
Но значение анализа, проведенного швейцарскими учеными, не столько в том, чтобы показать, что небольшая группа людей контролирует экономику, сколько в осознании принципов экономической стабильности, считает он. «Концентрация власти сама по себе ни хороша и ни плоха, в отличие от взаимосвязей внутри ядра. Мир узнал в 2008 году, что такие сети неустойчивы. Если одна компания, такая как Lehman Brothers, терпит бедствие, оно распространяется на всех», — говорит Глэттфелдер.
