Закрыли дело с подкопом

Иркутские полицейские завершили расследование громкого побега четырех заключенных

В Иркутской области завершено расследование дела о побеге четырех осужденных из колонии строгого режима. Прорыв 36-метровый тоннель на волю, зэки, которым националисты приписывали славу народных мстителей, несколько месяцев скрывались в тайге. Теперь им грозит дополнительно до пяти лет лишения свободы. Чем завершилось расследование халатности в отношении руководства колонии, пока неизвестно.

Полиция Иркутской области завершила расследование громкого побега четырех заключенных из колонии строго режима №19 в мае прошлого года. Тогда 27-летний Юрий Прохоров, 28-летний Александр Рыбаков, 26-летний Константин Павловец и 37-летний Владимир Авдеев, осужденные на длительные сроки лишения свободы, вырвались на волю, соорудив 36-метровый подземный тоннель. Как установило следствие, «технические работы по подготовке к групповому побегу путем подкопа» они начали еще в марте 2013 года.

«Через 2,5 месяца незаметно от сотрудников администрации ИК-19 им удалось вырыть с территории промышленной зоны подземный тоннель длиной 36 м», — говорится в сообщении ГУ МВД по Иркутской области.



Источник: Главное управление МВД России по Иркутской области

Источник: Главное управление МВД России по Иркутской области

Работая столярами в промышленной зоне колонии, зэки ухитрялись параллельно рыть многометровый подкоп. В ночь на 18 мая преступники наконец бежали. Их отсутствие заметили только на утренней проверке. К этому времени зэки скрылись в тайге. По тревоге на поиск беглецов были мобилизованы все подразделения полиции, службы исполнения наказания и внутренних войск.

Несмотря на усилия по прочесыванию местности, к которому подключили даже казаков на квадроциклах, первый зэк попался только через месяц.

Осложнял поиски и тот факт, что националистически настроенные интернет-ресурсы приписывали бежавшим славу борцов за справедливость. Авдеев, Прохоров и Рыбаков получили 25, 20 и 16 лет строгого режима за жестокое убийство в 2005 году гастарбайтеров, которых жители села винили в убийствах несовершеннолетних односельчан.

Под руководством экс-десантника Авдеева несколько родственников погибших подростков ворвались в барак, где проживали мигранты, и нанесли им множественные ранения штыковыми лопатами. Двое гастарбайтеров скончались на месте, а еще несколько человек стали инвалидами. Позже правоохранители опровергли причастность погибших к смерти подростков, но симпатии населения остались на стороне осужденных. Четвертый беглец — Константин Павловец — получил 8 лет за разбой.

Как выяснилось, первое время все четверо прятались в лесу всего в 25 км от колонии — позже полиция нашла их лежки с остатками продуктов питания и вещами. Жители стоящего рядом села Моты в первые дни после побега видели мужчину, похожего на старшего из беглецов и предполагаемого организатора побега Авдеева. Незнакомец пытался с помощью селян найти лодку, которая перевезла бы его на другую сторону реки Иркут. Но задержать кого-то по горячим следам не удалось.

Только 9 июня уже за сотню километров на север от колонии полицейские нашли 27-летнего Прохорова. Он выбрал маленькую деревушку в Осинском районе и попытался устроиться там пастухом. По словам жителей, молодой человек сильно болел, носил медицинскую маску и загорел, но они все равно узнали в нем беглого заключенного — портреты разыскиваемых распространили по всей области. Сопротивления прибывшим в деревню людям в форме Прохоров не оказал. Полицейские установили его личность, опознав по татуировкам на левой руке.

Еще через месяц, 3 июля, в руки полиции попал 28-летний Рыбаков. Он отправился на юго-восток от Иркутска, обогнул озеро Байкал и доехал до Улан-Удэ, где попытался снять квартиру. Судя по всему, к тому времени у него имелись при себе деньги, но из-за отсутствия документов все арендодатели ему отказывали, а одна из жительниц города в итоге узнала его по ориентировке и сообщила в полицию. В тот же день Рыбаков был задержан. При досмотре у него нашли заряженный револьвер и самодельный нож. Женщина, сообщившая о беглеце, получила денежное вознаграждение, заявили в полиции. Всего полицейские к тому моменту получили от граждан уже более 2 тыс. сообщений, каждое было проверено, но большинство не подтвердилось.

26 июля МВД по Иркутской области объявило о задержании и третьего сбежавшего — Константина Павловца уговорил сдаться родной отец.

Молодой человек преодолел за два месяца 500 км от Иркутска до родного села Косой Брод в Нижнеудинском районе области. Он постучался в дом ночью, но отец, встретивший сына, не стал ему помогать с укрытием. «К утру отец уговорил его добровольно прийти в полицию и позвонил заместителю начальника районного ОМВД», — говорится в сообщении ГУ МВД по Иркутской области. В полиции подчеркнули, что с родными и знакомыми Павловца была проведена профилактическая работа.

Дольше всех на свободе оставался экс-десантник Владимир Авдеев.

Среди особых примет в ориентировке на Авдеева были перечислены татуировки: на левой кисти — «За ВДВ», а на левом плече — герб воздушно-десантных войск. К моменту побега у него уже был опыт выживания в бегах в тайге: три месяца он скрывался в лесу после того, как был объявлен в розыск за совершение преступления. Однако и его удалось задержать. В сентябре, спустя четыре месяца после побега, Авдеева обнаружили недалеко от колонии — его заметили лесорубы между поселками Олха и Большой Луг. Сопротивления полицейским десантник не оказал.

Еще полгода следователи ждали результатов всех необходимых экспертиз, опрашивали сотрудников колонии и заключенных. Всем четверым предъявили обвинение по ч. 2 ст. 313 УК (побег из места лишения свободы, совершенный организованной группой). Статья предусматривает наказание до пяти лет лишения свободы. Свою вину все четверо признали полностью. После утверждения обвинительного заключения в прокуратуре материалы дела будут переданы в суд.

После побега заключенных из колонии было возбуждено и уголовное дело по статье «халатность» в отношении начальника ИК-19 Сергея Бородая и его заместителя по безопасности и оперативной работе Павла Николаева. Они были отстранены от занимаемых должностей на следующий день после побега. В СК высказали предположение, что руководство колонии не обеспечило должным образом требования безопасности и охраны учреждения, однако о результатах расследования в ведомстве до сих пор ничего не сообщили.