Как Брежнев пришел к власти

50 лет назад было восстановлено Политбюро и пост генерального секретаря ЦК КПСС



Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев (в центре), член Политбюро ЦК КПСС Михаил...

Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев (в центре), член Политбюро ЦК КПСС Михаил Андреевич Суслов (слева), председатель Совета Министров СССР Алексей Николаевич Косыгин в президиуме XXIII съезда КПСС

Яков Халип/РИА «Новости»
Ровно полвека назад, 8 апреля 1966 года, завершился XXIII съезд КПСС. Одним из итогов съезда стало упразднение президиума, а также восстановление Политбюро и поста генерального секретаря ЦК КПСС. О том, как Леонид Брежнев возглавил страну и при чем здесь «комплекс марксисткой неполноценности», рассказывает отдел науки «Газеты.Ru».

XXIII съезд, проходивший с 29 марта по 8 апреля 1966 года, стал первым после снятия Никиты Хрущева с поста первого секретаря партии. На этом съезде в качестве главы советского государства Леонид Ильич Брежнев, пришедший на смену Хрущеву, дебютировал с отчетным докладом. Кроме оглашения положительных свидетельств роста экономики, улучшения благосостояния советского человека и укрепления международных связей с коммунистическими партиями других стран Брежнев не упустил возможности еще раз вернуться к пленуму 1964 года.

За два года до проведения съезда по итогам пленума был снят с поста первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев.

К удивлению собравшихся, на съезде не дали возможности выступить идеологам компартии Михаилу Суслову, Александру Шелепину, Петру Демичеву и Анастасу Микояну. Хотя по существовавшим тогда нормам проведения съездов правом высказаться наделялись все собравшиеся. Суслов и Шелепин, вместе с Брежневым готовившие снятие Хрущева с поста, во всем были солидарны с Леонидом Ильичом, и, по сути, их выступления не могли содержать ничего нового, кроме уже сказанного. Опасность мог представлять только Микоян, который симпатизировал Хрущеву и предлагал оставить для него место в партии после лишения высокого поста.

«Добродушный, открытый характер и умение сходиться с людьми»

Долгое время считалось, что во главе группы заговорщиков против Хрущева стоял Леонид Ильич. Однако именно Хрущев еще с конца 1930-х годов помогал Брежневу продвигаться по партийной лестнице, о чем новоиспеченный генсек никогда не забывал. Больше всего в отставке Хрущева был заинтересован бывший председатель Комитета государственной безопасности Александр Шелепин. Он рассчитывал, что Брежнев недолго пробудет на посту главы государства, а затем его сменит сам Шелепин.

Шелепин полагал, что, сместив Никиту Сергеевича, избавиться от Брежнева, бывшего при Хрущеве только тенью, не составит особого труда.

Наблюдая за работой Брежнева в партии, многие отмечали, что он не придерживался собственной точки зрения, а, скорее, прислушивался к мнению сначала Сталина, а затем и Хрущева. Партийная верхушка никогда не рассматривала Леонида Ильича в качестве серьезного руководителя, а среди положительных качеств Брежнева чаще всего назывались «добродушный, открытый характер и умение сходиться с людьми». Единогласное решение по назначению Брежнева на пост первого секретаря после отставки Хрущева было принято в отсутствие других подходящих кандидатур.

Вера в свою непогрешимость и нарушение принципов

В 1964 году с Хрущевым решили бороться его же методами. Не оставалось ничего другого, кроме как обвинить Никиту Сергеевича в создании собственного культа личности, против которого в отношении Сталина он так долго боролся. Многие выступавшие, среди которых был и сам Леонид Ильич, вменяли бывшему первому секретарю «властолюбие, самообольщение своей личностью, веру в свою непогрешимость». 14 октября на втором заседании президиума ЦК КПСС сначала составили бумагу от имени Хрущева, в которой он якобы просил освободить его от занимаемой должности «по состоянию здоровья», а затем официальное постановление, «удовлетворившее» прошение Хрущева. Уход Хрущева с занимаемой должности среди членов президиума мотивировался тем, что

первый секретарь встал на «путь нарушения ленинских принципов коллективного руководства жизнью партии и страны».

Памятуя о деталях отставки Хрущева, сам Брежнев неукоснительно следовал принципам коллективного принятия решения. Про Леонида Ильича рассказывали, что в начале каждого рабочего дня он любил обзванивать других членов высшего руководства и секретарей местных комитетов, чтобы выслушать их мнение по интересующим вопросам. Такое поведение создавало образ чуткого и внимательного ко всему руководителя. Впоследствии это породило расцвет бюрократического аппарата: для одной необходимой подписи требовалось собрать десяток не менее важных других.

«Комплекс марксистской неполноценности»

Преобразование президиума в Политбюро и восстановление поста генерального секретаря также объяснялись следованием ленинским заветам: партийцы ссылались на решения XI съезда РКП(б) в 1922 году, на котором успел поприсутствовать Ленин.

Однако для большинства возрождение должности генсека ассоциировалось с фигурой Сталина и возвращением к его политике.

Советский политический деятель Карен Брутенц, присутствовавший при коллективном составлении отчетного доклада для съезда, позднее вспоминал: «Противостояние [между сталинистами и антисталинистами] приобретало такой характер, что в какой-то момент я вдруг подумал: а не стоим ли мы на пороге чего-то, похожего на новый 37-й год?»

Среди лиц, помогавших Брежневу готовить отчетный доклад, находились Трапезников и Голиков — ярые противники хрущевской политики и сторонники идей Сталина. Зная о том, что Брежнев прислушивается к любым мнениям со стороны своего окружения, они требовали внести в доклад отмену решений XX и XXII съездов и начать обратную реабилитацию вождя.

Брежневу, который нередко признавался в «комплексе марксистской неполноценности», можно было предлагать решения под видом учения Маркса — Ленина.

Однако здесь Брежнев оказался намного рассудительнее: тогда он прекрасно понимал, что гласная реабилитация могла породить возмущения в стране и за ее пределами.

Стоит заметить, что для Леонида Ильича пост генерального секретаря ЦК КПСС путем переименования достался намного проще, чем его предшественникам: Сталину пришлось уничтожить большое количество членов ленинского Политбюро, а Хрущеву бороться с Маленковым, которого Берия называл сталинским наследником.