Пенсионный советник

«Экзамены в Китае — единые и тестовые»

Как устроено китайское образование, и как оно реформировалось за последние 30 лет

Александра Борисова 31.05.2012, 10:26
Китай фактически выполнил задачу создать самую грандиозную систему образования Reuters
Китай фактически выполнил задачу создать самую грандиозную систему образования

Залогом экономического успеха Китая в последние 30 лет стало развитие системы образования, считает доктор исторических наук, г. н. с. Института Дальнего Востока РАН Нина Боревская. В интервью «Газете.Ru» она рассказала о том, как устроено китайское образование и какой путь оно прошло за последние десятилетия.

— В чем причина столь серьезного прогресса Китая в последние десятилетия?
— Одна из важнейших причин — стремительное развитие системы образования.

Когда Китай начинал свои реформы, то согласно, например, переписи 1982 года 22,8% населения страны были вообще неграмотными и малограмотными.

Среди работающего населения этот показатель доходил до 15%. А что мы имеем сегодня? В прошлом году в авторитетном рейтинге высших школ газеты Times Пекинский университет занял 49-е место. Для сравнения: Московский университет там находился во второй сотне. И это при том, что все китайские университеты очень молодые: университетов в европейском смысле слова там не было очень долгое время.

— Как удалось добиться таких успехов?
— В 80-е годы происходила модернизация, проводимая китайским правительством при помощи советников Всемирного банка, которые выступали консультантами. Проводилась параллельная ликвидация неграмотности населения и распространение базового образования. В результате этого к 2000 году доля неграмотных людей в возрасте от 15 до 55 лет (работающее население) упала в два раза: с 15% (показатель 1982 года) до 8%. К 2010 году эта доля снизилась и вовсе до 4%.

Все усилия были направлены на то, чтобы быстро распространять среди населения неполное среднее образование. Более сложно было широко распространить ступень полной средней школы: туда до сих пор нужно держать очень сложный экзамен, а сами школы традиционно находятся только в городах. Однако китайцам удалось довести процент охвата населения и этой ступенью с 40% до 80% за последние 5 лет. Таким образом,

в 1980-м году доля охваченных полной средней школой детей была 12%, а сегодня — 80%.

Этого удалось добиться, так как полная ступень — 10—12-й классы — стала развиваться в не только в городах, но и в поселках городского типа. Не менее стремительно развивали и высшее образование.

С 1999 года прием в вузы ежегодно увеличивался на 20–30%, то есть на 40–50 тысяч человек.

Образование в Китае полностью платное, но существует очень продуманная система стипендий и кредитов под достаточно низкие проценты. Китай фактически выполнил задачу создать самую грандиозную систему образования.

— Как устроено среднее образование в Китае?
— Фактически это американская модель 12-летки: это шесть лет начальной школы, еще три года — неполное среднее образование, и еще три — полное среднее.

Экзамены в Китае единые и тестовые.

У них никогда не было отдельных экзаменов в вузы — так, как у нас. У них всегда была система единого экзамена. Правительство несколько раз предлагало им перейти на систему типа нашей, но каждый раз вузы сами от этого отказывались по разным причинам. В частности, говорили, что им это дорого. Но они внимательно изучают наш опыт (они вообще внимательно изучают все варианты). В последние годы (до того как мы ввели ЕГЭ) они стали смотреть и на нашу систему экзаменов в отдельные вузы и думать, что из нее можно взять. На сегодняшний день, несмотря на то что они признают, что тестирование дает лишь поверхностную проверку знаний, они не собираются отказываться от этой системы, но они ее дифференцируют и модернизируют. Вводится отдельный тест для особенно талантливых. Ведущие вузы (как у нас Московский университет) получают право проводить собеседование. Они дают право провинциям проводить экзамены в краткосрочные вузы. Они постоянно находятся в поиске, что-то меняют, пробуют.

— По какому образцу устроено высшее образование в Китае?
— Китай в 1980 году принял положение об ученых степенях, по которому он перешел на бакалавриат и магистратуру. Сейчас половина всех вузов — краткосрочные, то есть это тот самый прикладной бакалавриат, о пользе которого сейчас очень много говорится и у нас.

Не похожа на нашу и система аспирантуры: у них после бакалавриата может идти либо магистратура, либо аспирантура.

— Как Китаю удалось провести такие коренные реформы в относительно короткие сроки?
— Приоритет развития образования записан в законе, но в Китае это часть культуры. Издревле в трудах философов вы найдете слова о том, что процветание государства зависит от образования. Это было глубоко в ментальности китайцев. Когда начались реформы, была реализована приоритетность образования, его опережающие темпы роста по сравнению с темпами экономического развития. Государстве в 80-е годы было бедным и не могло обеспечить школы, но для опережающего роста образования оно пошло по пути многоканального финансирования.

С самого начала Китай отверг модель догоняющей модернизации. Он заимствовал на западе формулировку теории сравнительных преимуществ.

Китайское руководство считает, что у них нет богатых природных ресурсов, зато есть огромные человеческие ресурсы и нужно делать ставку на превращение этих избыточных людских ресурсов из тяжелой демографической ноши в богатый человеческий капитал.

Цзян Цземинь, генеральный секретарь КПК с 1989-го по 2002 год говорил, что Китай должен «перехватить инициативу в международном сотрудничестве и конкурентной борьбе и встать в ряды держав, поставляющих на мировой рынок новые технологии».

Поразительно то, что китайское государство, называющее себя социалистическим, пошло на концентрацию ресурсов на ключевых направлениях. Уже с 80-х годов был выделен ряд пилотных школ, где были лучшие преподаватели, учебники, оборудование. То же самое было сделано и в вузах. Причем об этом открыто писали в газетах: да, это нарушает принцип равенства, но на данном этапе мы можем позволить себе фокусироваться на равенстве только в системе базового образования; по мере развития экономики мы будем концентрироваться и на равенстве шансов в высшем образовании.

У нас в стране только недавно появилась аналогичная система приоритетных исследовательских университетов, федеральных университетов, а в Китае еще в 1995 году был запущен проект «100 вузов навстречу XXI веку». Эти 100 вузов должны были стать лучшими и получали дотации от государства. В 1998 году был проведен конкурс для вузов, которые должны были выйти на уровень лучших международных университетов — сейчас их в Китае 39. Таким образом, можно сказать, что

в Китае политика концентрации ресурсов на прорывных направлениях сработала и дала возможность подготовить высококвалифицированные кадры.

— Китайская система высшего образования интегрирована с мировой?
— Да, сегодня Китай вышел на международный рынок образовательных услуг и активно готовит свои кадры за счет лучших умов других стран. При вступлении в ВТО Китай четыре года думал, открывать или не открывать свои вузы и на каких условиях. В результате было принято решение не полностью открывать свои образовательные рынки — не только в силу их незрелости, но и для защиты от конкуренции и, конечно, чтобы поставить заслон проникновению чуждой идеологии. Однако есть приоритетные направления, по которым студентов отправляют учиться за рубеж — для этого есть специальные стипендии. Ведется очень интересная политика возвращения обучавшихся за рубежом на родину. Границы открыты: можно уехать и вернуться или уехать и не вернуться, но много делается для того, чтобы китайцы возвращались. Например, таким людям предлагается стартовый капитал для открытия своего бизнеса.

Из тех, кто прошел обучение и вернулся в университеты, создаются отдельные лаборатории; их не смешивают с теми, кто все время работал в Китае и отстал, не может работать на современном уровне и оборудовании.

В результате этой политики из 1,9 млн человек, обучавшихся за рубежом, к сегодняшнему дню треть вернулись на родину.

— Какие проблемы у сегодняшнего образования в Китае?
— Проблем масса, ничего не бывает идеального. Конечно, они совершили колоссальный рывок, но нужно понимать, что этот рывок они совершили с очень низкой ступени. То есть чем ниже ступень, тем больше может быть рывок. Дальше расти будет сложнее – как при подъеме на гору, когда при приближении к вершине темпы движения замедляются. Когда я в первый раз попала в Китай в 1984 году, я была шокирована тем, какая это неграмотная, бедная страна. Мы были не в провинции, а в крупном городе, Харбине. На улице стоят бедные, неграмотные, грязные люди, рассматривают нас, пытаются трогать руками. В университете преподаватели смотрели на нас как на «американского дядюшку». У них были низкие зарплаты, маленькие бедные квартиры с общей помывочной на первом этаже. А уже в 90-е годы я ниоткуда не возвращалась такая расстроенная, как из Китая. Когда вы приезжаете из западной страны, это вроде бы нормально, что там высокий уровень: это развитые страны, они впереди. Но в 90-е годы в Китае уже местные преподаватели по сравнению с нами были «американскими дядюшками». У них были хорошие зарплаты — в 150–200 долларов, университет строил для них хорошее жилье, обеспечивал пенсии. Это был разительный контраст.