«Запад выигрывает от наших склок»: зачем Турции нужна Россия

Эксперт — о том, зачем Турции нужна Россия

Исследователь дипломатических отношений России и Турции, доктор исторических наук, научный сотрудник Стамбульского университета и приглашенный профессор Института стран Азии и Африки МГУ Мехмет Перинчек рассказал «Газете.Ru» о характерных особенностях нынешнего сближения двух стран, назвал врагов Москвы и Анкары, объяснил, почему на его родине не желают восстановления Османской империи, и напомнил, как белогвардейцы научили турок купаться и ходить по ночным ресторанам.

— У Турции и России весьма непростая общая история: это и более десятка войн в XVI-XIX веках, и нахождение по разные стороны баррикад в Первую мировую вкупе с борьбой за Кавказ, и последние события в Сирии. Можно ли вообще нормально дружить, имея за плечами такой бэкгрунд?

— Начну с того, что войны сильно вредили как Османской, так и Российской империям. При изучении российско-турецких отношений мы видим железный закон: когда две эти страны враждуют, нормально развиваться они не могут. Соперничество препятствует потенциальному сотрудничеству. Выигрывает от наших склок только Запад, чья стратегия в нашем регионе всегда строится в том числе на противоборстве Турции и России. А планов у Запада в нашем регионе много. Напротив, в случае взаимовыгодных отношений мы и вы можем реализовать свои национальные интересы.

Сохранение мира в регионе зависит от Турции и России.

Вот вам исторический пример. Во время Первой мировой войны на Кавказском фронте погибло много турецких и российских солдат. Они воевали за Кавказ, однако он тогда достался не тем и не другим, а англичанам, французам и американцам. Потом Ленин и Ататюрк начали сотрудничать, обеспечив стабилизацию региона.



Мехмет Перинчек

Мехмет Перинчек

Mehmet Perincek/Facebook.com

— В современной Турции все сильнее просыпается интерес к эпохе Османской империи. У нас тот период знают в основном по сериалу «Великолепный век». Анкара намерена продолжать знакомить со своей историей остальной мир, в том числе Россию?

— Надо понимать, что популяризация истории Османской империи — это не часть неоосманизма, как некоторые пытаются преподносить. А сам неоосманизм — это отнюдь не национальный проект, а проект проамериканских сил в Турции во главе с бывшим главой МИД и премьер-министром Ахметом Давутоглу. США потеряли лицо на Ближнем Востоке и стремились улучшить свой имидж через Турцию.

Теперь непосредственно об Османской империи. Конечно, это наша история, наше наследство. Но это уже прошлое. Возродить ее сейчас невозможно. Если вы хотите восстановить Османскую империю, вам придется воевать со своими соседями — с Россией, Ираном, арабами, даже с балканскими государствами. Нужно это? Конечно, нет!

Турции надо не воевать, а сотрудничать.

Нам не требуется расширять свои границы. Наоборот, Турция старается сохранить свою территориальную целостность. Идет борьба с курдскими сепаратистами, которых поддерживают Вашингтон и Израиль. Неоосманизм — химера. Пропаганда таких идей испортит наши отношения с потенциальными союзниками.

— Один из членов турецкой делегации в Санкт-Петербурге выразил сожаление из-за того, что Россия «слишком хорошо» относится к Рабочей партии Курдистана. Пресловутый «курдский вопрос» способен осложнить наметившееся сближение России и Турции?

— Не считаю, что Москва лояльна к РПК. Помимо Турции этот проект направлен против еще нескольких стран. Имею ввиду Ирак, Иран. РПК при помощи своих покровителей хочет создать так называемый Великий Курдистан, который стал бы плацдармом, в том числе, и против России на Кавказе и в Средней Азии. России надо понимать, что Турция борется с курдскими сепаратистами не только за свои интересы. Если наше население спросить о том, кто главный друг Турции, более 50% ответят — Россия. И если эти люди вдруг увидят, что русские помогают РПК, будет очень большое разочарование. Кто хочет завоевать сердце турок, должен выступать решительно против курдского сепаратизма. Для нас это жизненный вопрос. Вот вам еще пример:

как бы чувствовали себя русские, если бы турки в 1990-е поддержали чеченских террористов? Это равнозначные ситуации.

— Перейдем к делам Сирии. Как должны действовать Россия и Турция, чтобы положить конец конфликту в этой стране?

— Наша главная общая задача – обеспечить территориальную целостность Сирии. Для этого нужно ликвидировать радикальные движения от РПК до исламистских фундаменталистов. Турция должна наступать в Идлибе вместе с сирийской армией, Россией и Ираном, выбросить оттуда всех террористов. Решить проблему на самом деле очень легко. Если Россия учтет интересы Турции по «курдскому вопросу», Анкара может пойти на компромисс в Идлибе.

— Под угрозой полного разрушения в Сирии остается огромное количество уникальных памятников культуры и истории. Анкара хотела бы участвовать в их восстановлении после завершения войны?

— Конечно, ведь это в том числе и наша общая с Сирией история.

Мы не только соседи, есть много смешанных семей, представители которых живут и здесь, и там.

Я не имею ввиду последние потоки беженцев. Так издавна сложилось. У нас культура, кухня, музыка — все очень похоже. В Сирии по-прежнему значительно наследие Османской империи. Турция заинтересована заниматься реставрацией культурных и исторических объектов.

— На РТФО турецкая сторона презентовала книгу о жизни белогвардейцев из армии Петра Врангеля в эмиграции в Галлиполи. Почему вообще всплыла такая тема?

— Думаю, как раз из-за сегодняшних отношений России и Турции. Если вы хотите что-нибудь создать, вам обязательно надо найти помощь в прошлом. Тема белой эмиграции стала актуальной у нас потому, что Турция хочет создать действительно хорошие отношения с Россией. Сотрудничество уже развивается в самых разных областях, начиная со сделки по С-400. Россия сейчас интересна Турции — и люди ищут общие связи, что нас бы объединяло.

— Многое ли вообще осталось в Турции от белогвардейцев? Следят ли за русскими кладбищами?

— Да, государство занимается этим. В Стамбуле функционируют три русские церкви. До сих пор работают рестораны, которые 100 лет назад открыли белогвардейцы. Русские эмигранты открыли для Стамбула новую эпоху. До них в Турции не существовало ночной жизни. Бары, дискотеки — все это дело рук белых.

Или вот еще: до прибытия к нам изгнанных из Крыма русских турки не купались в море.

Мы впервые узнали об этой забаве также от белогвардейцев. Можно даже сказать, они натолкнули нас на идею о туристическом бизнесе. Есть еще целая куча вещей, которые туркам показали или которым научили русские эмигранты. Сегодня, конечно, мало кто вспомнит, откуда что пошло. Но это так — ваша эмиграция оказала значительное влияние на население Турции.

— Иными словами, произошел глобальный культурный обмен?

— Да. Одна эмигрантка — увы, не помню ее имя — стала одной из первых балерин Турции. Она показала турчанкам, как танцевать. Ее вклад в развитие этого искусства невозможно переоценить.

— Тем не менее, в 1920 году Турецкая Республика установила дипломатические отношения с РСФСР. Как это увязывается с разрешением для эмигрантов жить на территории Турции?

— Белогвардейцев позвали не турки, а оккупанты из Антанты. В Турции в это время шла своя война за независимость. Султану помогали англичане. В Стамбуле сидело прозападное правительство. Напротив, Ататюрк обратился за помощью к Ленину.

Кемалистскую Анкару и большевистскую Москву объединило неприятие империалистов. У двух сторон появились общие интересы.

Анкара была вместе с Москвой, Стамбул и Лондон — с белогвардейцами. Хотя офицеры из армии Врангеля ненавидели англичан, потому что те очень плохо к ним относились. Было немало случаев, когда белые бежали в Анкару, чтобы воевать на стороне Ататюрка (вероятно, так поступил убийца генерала Ивана Романовского, ближайшего соратника Антона Деникина, — поручик Мстислав Харузин. – «Газета.Ru»).

— Кто был прав в русской междоусобице, на ваш взгляд?

— Красные. Они были более русскими, если так можно сказать.

Беседа с Мехметом Перинчеком состоялась на полях Российско-турецкого форума общественности (РТФО) в Санкт-Петербурге, в рамках которого страны наметили векторы сотрудничества в самых разных сферах от туризма и спорта до истории, культуры и искусства.