Пенсионный советник

«Проклятье, этот сукин сын несется на нас!»

40 лет крупнейшей по числу жертв авиакатастрофе на Тенерифе

AP

40 лет назад на Канарах случилась крупнейшая в истории авиации катастрофа — столкновение двух Boeing 747. Как цепочка трагических неприятностей привела к гибели почти шестисот человек, вспоминает «Газета.Ru».

27 марта 1977 года навсегда вошло в историю как черный день гражданской авиации.

В тот день на канарском острове Тенерифе произошло крупнейшее по числу жертв столкновение самолетов в истории, которое унесло жизни 583 человек.

Эта катастрофа стала одним из трагических символов в развитии техники XX века, ярким примером того, к каким последствиям в эпоху огромных скоростей и машин могут привести человеческий фактор и фатальное стечение обстоятельств.

Косвенным фактором, положившим начало трагической цепочке событий, послужил теракт, совершенный в крупнейшем аэропорту Канарских островов Гран-Канария на острове Лас-Пальмас.

Взрыв небольшой бомбы, совершенный террористами «Движения за независимость и автономию Канарских островов», не привел к человеческим жертвам, однако из опасений повторения терактов власти закрыли аэропорт.

При этом единственным аэропортом, способным принимать широкофюзеляжные самолеты, оказался Лос-Родеос в северной части острова Тенерифе. Из-за этого решения аэропорт Лос-Родеос оказался перегружен, в ожидании вылета самолеты многих авиакомпаний вынуждены были часами стоять даже на рулежных площадках. Рейсы KL4805 голландской авиакомпании KLM и PA1736 американской, ныне не существующей Pan American были одними из многих, которым пришлось приземлиться на Тенерифе. Еще одно совпадение — это были два самых крупных на тот момент в мире пассажирских самолета — знаменитые Boeing 747.

В тот день множество самолетов известных авиакомпаний мира приземлялись в этом аэропорту, а местные диспетчеры, отдававшие команды на плохом английском, едва справлялись с работой.

В 15.00 открылся аэропорт Лас-Пальмаса, и в Лос-Родеосе первые самолеты стали выруливать на полосу для взлета. Еще не получив разрешения на взлет, пилот рейса KLM решил воспользоваться задержкой и заправить свой самолет, чтобы сэкономить время в Лас-Пальмасе. Спустя некоторое время пилотам разрешили проследовать до конца 12-й взлетной полосы и ждать разрешения на взлет. В этот же момент погода резко стала портиться, налетевший с моря ветер принес дождевые облака, видимость резко упала.

Пилоты недолюбливают аэропорт Лос-Родеос именно по этой причине: полоса находится между двух потухших вулканов на высоте всего 700 м над уровнем моря, и резкая смена видимости здесь в течение нескольких минут — обычное дело.

Пилоту американского чартерного рейса PA1736, пассажиры которого летели, чтобы пересесть на круизный лайнер, также было предложено следовать по 12-й полосе и сойти с нее на третьем съезде (C-3) налево, чтобы продолжить движение по рулежным дорожкам.

Ван Зантен, командир голландского рейса, спешил: часы показывали уже 17.05, а вылететь из Лас-Пальмаса надо было не позднее 19 часов, иначе — задержка рейса. Второй пилот связался с вышкой: «KL4805. Готовы к взлету».

Диспетчер ответил: «KL4805, после взлета занимайте эшелон 9,0. Правый разворот на курс 040. После прохода ВОР Лас-Пальмаса выходите на связь с диспетчером…»

В это время американский лайнер все еще двигался по полосе, проскочив нужный третий съезд. Его второму пилоту едва удалось вклиниться в разговор голландцев с диспетчерами и сказать: «Мы все еще на полосе Клиппер тысяча семьсот тридцать шесть». Однако его слова наложились на окончание команд диспетчера, который сказал борту KLM: «…будьте готовы к взлету. Я свяжусь с вами, как только освободится ВПП». В кабине голландцев вместо этого услышали треск и не узнали, что на полосе все еще стоит американский лайнер.

Ван Зантен посчитал, что ему дано разрешение на взлет, и, не мешкая, начал разбег.

Уже при разбеге голландский бортинженер Вильям Шредер спросил: «Командир. Они все еще на полосе?» В последний момент перед столкновением второй пилот Pan American Роберт Брэгг увидел огни приближающегося самолета и закричал: «Сворачивай, сворачивай!»

Командир Граббс, тоже увидев их, закричал: «Проклятье, этот сукин сын несется прямо на нас!» Командир голландского лайнера, увидев американца впереди, изо всех сил потянул штурвал на себя, но под завязку заправленная машина отрывалась от полосы с трудом. Оторвавшись на несколько метров, на скорости 265 км/ч KLM врезался в американский лайнер, прорубив в его фюзеляже несколько отверстий.

Через них и удалось спастись некоторым пассажирам экипажа американского самолета.

Wikimedia Commons

От удара стойки шасси KLM отлетели, и самолет рухнул на полосу в 150 м от места столкновения. Взорвались топливные баки, и обломки самолета разлетелись на сотни метров вокруг, загорелся и американский Boeing.

Спасать в голландском самолете было некого. А из 396 человек на борту американского самолета через бреши в фюзеляже удалось спастись 70 пассажирам, уцелел и экипаж Граббса.

Расследование катастрофы продолжалось девять месяцев. Оно показало, что на девятиминутной магнитной ленте не было команды диспетчеров, разрешавшей взлет голландскому экипажу. Главной причиной была названа недисциплинированность и спешка экипажа ван Зантена, решившего взлетать без разрешения диспетчерской службы.

Несмотря на то что голландские власти сначала отрицали вину своего экипажа, в итоге KLM взяла на себя ответственность за катастрофу, согласившись выплатить родным погибших от $58 тыс. до $600 тыс. Одним из результатов расследования стали и меры, принятые на международном уровне Международной организацией гражданской авиации. В частности, после случившегося пилотов обязали вместо кратких ответов диспетчерам «Ok» или «Roger» повторять ключевые требования поступивших указаний.