Подпишитесь на оповещения
от Газеты.Ru
Дополнительно подписаться
на сообщения раздела СПОРТ
Отклонить
Подписаться
Получать сообщения
раздела Спорт
Лекция по

Украине ученые важнее?

Почему Украина тратит на академическую науку бóльшую долю ВВП, чем Россия

Лектор: 05.02.2017, 17:41
Алексей Ничукин/РИА «Новости»

Почему Украина тратит на академическую науку бóльшую долю ВВП, чем Россия, и слишком ли много денег тратит на науку государство, рассуждает Евгений Онищенко, член центрального совета Профсоюза работников РАН, научный сотрудник Физического института им. П.Н. Лебедева РАН.

Чиновники любят говорить, что у нас государство тратит на науку слишком много денег, указывая, что Россия в 2014 году по расходам государственного бюджета на исследования и разработки находилась на четвертом месте в мире, если считать по паритету покупательной способности (ППС). Нередко добавляют, что в нынешней сложной геополитической обстановке расходы на науку и без того слишком высоки.

Насколько обоснованы такие утверждения? По данным МВФ, в 2014 году по объему ВВП Россия занимала пятое место в мире, если считать по ППС, так что сложно назвать объем государственных расходов на науку чрезмерным. Кроме того, оценивать расходы на науку по ППС не вполне корректно: производимые за границей современное научное оборудование, комплектующие, реактивы, компьютерная техника, а также участие в крупных международных научных проектах, поездки на научные конференции, подписка на научную литературу и т.д. оплачиваются в валюте по курсу.

Государственные расходы на исследования и разработки в последние годы в России действительно высоки, но не запредельны. Если считать в процентах от ВВП,

то расходы находятся примерно на уровне США, Германии, Японии, Швейцарии, Эстонии, Финляндии, Португалии и значительно уступают показателю Южной Кореи.

Проблема не в заоблачной высоте бюджетных расходов, а в низких в сравнении с развитыми странами расходах бизнеса на науку. Но ответственность за такое положение дел вряд ли возможно целиком возложить на ученых. Имеется целый пласт проблем: низкое качество государственного управления и работы бюрократии, ощущение нестабильности, мешающее бизнесу осуществлять долгосрочные вложения, неразвитость мер государственного стимулирования вложения средств в исследования и разработки, широко применяемых на Западе (налоговые льготы и т.д.).

В любом случае заметного увеличения доли бизнеса в расходах на науку не стоит добиваться путем резкого снижения государственных расходов. Наоборот, следует поощрять бизнес вкладывать средства в науку, снимая бюрократические барьеры и принимая стимулирующие меры.

«Сложная геополитическая ситуация не позволяет…» Может показаться, что существуют отдельно расходы на науку и отдельно расходы, связанные со сложной геополитический ситуацией, ради которых приходится жертвовать всем остальным. Но это не так.

В 2016 году расходы федерального бюджета на исследования и разработки составили около 0,9% ВВП,

однако примерно 60% этих расходов пришлось на «прикладные научные исследования в области национальной обороны».

Эти расходы учитываются в федеральном бюджете как расходы на национальную оборону. Таким образом, высокий уровень расходов государства на науку в 2016 году обусловлен высокими расходами на прикладные исследования оборонного характера и, соответственно, связан как раз со сложной геополитической ситуацией.

Более того, согласно принятому закону о федеральном бюджете на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов, с 2017 по 2019 год государственные расходы на науку планируется снизить примерно с 0,8% ВВП до 0,5% ВВП. Будут снижаться и расходы на гражданскую науку (по оценке комитета Государственной думы по образованию и науке, с 0,39% ВВП до 0,33% ВВП), но в основном спад произойдет за счет снижения финансирования исследований оборонного характера.

Так что, похоже, скоро повод для рассуждений о слишком высоком уровне государственных расходов на науку исчезнет вовсе.

Зона ответственности государства

Отдельный разговор — расходы на фундаментальные исследования. Фундаментальная наука во всем мире является зоной ответственности государства; даже в наиболее развитых странах бизнес вносит лишь незначительный вклад в финансирование фундаментальных исследований, а основные расходы несет государство (см. здесь).

Нельзя сказать, что руководство страны этого совсем не понимает: в 2015 году президент Владимир Путин дал поручение сохранять государственные расходы на фундаментальную науку в отношении к ВВП в последующие годы на уровне 2015 года (0,15% ВВП). Благодаря этому не произошло серьезного падения финансирования фундаментальной науки.

В номинальном выражении расходы федерального бюджета на фундаментальные исследования с 2017 по 2019 год вырастут с 117,5 млрд до 128,9 млрд руб., но в отношении к ВВП они несколько снизятся. Вопрос в том, достаточен ли уровень в 0,14–0,15% ВВП хотя бы для поддержания научной конкурентоспособности страны?

По данным ОЭСР, приведенным в упомянутой выше статье, такой уровень расходов серьезно уступает не только уровню наиболее развитых стран ОЭСР (США, Япония, Франция, Нидерланды и т.д. — 0,4–0,6% ВВП),

но и уровню среднеразвитых стран ОЭСР — Венгрии, Греции, Польши, Португалии, Эстонии (0,2–0,4%).

Однако эти данные не убеждают чиновников: даже указание на то, что находящаяся в гораздо более тяжелом финансово-экономическом кризисе Греция (см, например, здесь) тратит на фундаментальные исследования почти в два раза бóльшую долю своего ВВП, чем Россия, парируется стандартными ссылками на сложную геополитическую ситуацию.

Россия и Украина

Греция, Португалия и Россия сопоставимы по такому показателю, как ВВП на душу населения по ППС, вот только в России богатство распределено заметно более неравномерно. Однако можно найти и существенно более бедную, чем Россия, но в других отношениях (в том числе в плане организации науки) очень близкую к России страну — это Украина. И в России, и на Украине после распада СССР сохранилась система академической науки: на Украине три основные государственные академии наук («большая» Академия, а также академии медицинских и сельскохозяйственных наук) существуют до сих пор, в России институты аналогичных академий в ходе реформы 2013 года были переданы в ведение Федерального агентства научных организаций (ФАНО).

И в России, и на Украине ситуация с наукой очень похожа: и здесь, и там ученые протестуют против продолжающегося сокращения финансирования; и здесь, и там власти говорят о необходимости повышать отдачу от науки.

Даже устанавливаемые властями целевые показатели демонстрируют удивительное сходство.

К примеру, в России указ президента предписывал довести внутренние расходы на исследования и разработки до 1,77% ВВП, а на Украине закон требовал довести этот показатель до 1,7% ВВП (нужно ли говорить, что ни здесь, ни там плановые показатели не были достигнуты?).

Наконец, геополитическую и экономическую ситуацию в двух странах также нельзя назвать благополучной. Причем ситуация на Украине — потеря Крыма, выход из-под контроля центральных властей значительной части территорий Донецкой и Луганской областей, военные действия, экономический кризис и т.д. — однозначно более тяжелая.

Сравнить напрямую расходы на фундаментальную науку в отношении к ВВП в России и на Украине не получится: украинский бюджет не разделяет расходов на фундаментальную и прикладную науку, но можно сравнить бюджетное финансирование академической науки в двух странах. В 2015 году ФАНО получило из федерального бюджета средства в объеме 0,11% ВВП (в основном на фундаментальные исследования),

в том же году три украинские академии наук получили из бюджета Украины средства в объеме… 0,24% ВВП.

Даже если учесть все средства федерального бюджета на фундаментальную и прикладную науку, которые пришли в подведомственные ФАНО институты из других источников (гранты научных фондов, государственные контакты разных ведомств), объем полученных российскими институтами в 2015 году средств вряд ли увеличится более чем на 0,05% ВВП.

Стоит напомнить, что бюджет Украины – 2015 вносился правительством Арсения Яценюка и принимался Верховной радой после тяжелого поражения украинских войск под Иловайском и краха попытки силового решения «новороссийского вопроса».

Комментарии, как говорится, излишни. Выводы также вполне очевидны. Заложенные в законе о федеральном бюджете на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов параметры финансирования науки совершенно неудовлетворительны и низводят Россию на уровень развивающихся стран.

Если России нужна продуктивная и конкурентоспособная фундаментальная наука, необходимо уже в ближайшие годы начать выделять из федерального бюджета на ее финансирование средства, в отношении к ВВП сопоставимые хотя бы с Грецией, Польшей, Португалией и пр., а в качестве долгосрочной цели установить уровень в 0,35–0,4% ВВП.