Подпишитесь на оповещения
от Газеты.Ru
Дополнительно подписаться
на сообщения раздела СПОРТ
Отклонить
Подписаться
Получать сообщения
раздела Спорт

«Почему, папа, ты не на фронте?»

Книга Йохена Хелльбека «Сталинградская битва» развеивает множество мифов о легендарном сражении

Тимур Мухаматулин 07.05.2015, 15:22
Уличные бои в Сталинграде, 1942 год Фотохроника ТАСС
Уличные бои в Сталинграде, 1942 год

Кто участвовал в Cталинградской битве, что чувствовали ее участники и какими мифами обросло легендарное сражение Великой Отечественной войны — об этом рассказывает книга Йохена Хелльбека «Сталинградская битва», в которой приводятся многочисленные записи разговоров с красноармейцами и жителями города.

Сталинградская битва заняла очень важное место в нарративах о Второй мировой войне. Победа над нацизмом, одержанная Красной армией на Волге, стала переломной точкой войны. Исследований Сталинградской битвы множество: однако большая часть работ концентрировалась на военных аспектах событий. Действия советской и немецкой армий разобраны едва ли не по часам: внимание к солдатам как к людям, к их восприятию происходящего было заметно меньшим.

Именно восприятию людей на войне посвящена книга «Сталинградская битва: свидетельства участников и очевидцев», вышедшая под редакцией американского историка немецкого происхождения Йохена Хелльбека, представляющего американский Ратгерский университет.

Источником для этой работы стали материалы созданной еще в 1942 году Комиссии по изучению истории Великой Отечественной войны, хранящиеся в Научном архиве Института российской истории РАН (ИРИ РАН). Ей руководил академик Исаак Минц, который начал сбор устных материалов о войне. Масштаб материалов огромен: группа Хелльбека использовала 215 стенограмм. Среди собеседников историков из комиссии Минца — представители самых разных групп.

Это и генерал Василий Чуйков, и снайпер Василий Зайцев, и рядовые солдаты, и даже работница кухни Аграфена Позднякова.

Удивительно, но факт: эти интервью, взятые по горячим следам, не были до этого введены в научный оборот. Записи этих разговоров намного менее «залакированы», чем в последующих воспоминаниях.

Особенно это касается генерала Чуйкова, который рассказал историку, что «мы сразу приняли самые репрессивные меры в отношении трусов... я расстрелял командира и комиссара полка одного, через некоторое время расстрелял двух командиров бригад с командирами». В мемуарах, написанных через 15–20 лет, Чуйков упомянул лишь, что «строго предупредил» командиров об ответственности.

Со страниц стенограмм пробивается и голос рядовых участников боев, представленный в главе «Солдатский хор». В ней есть и жуткие описания бомбежек города и эвакуации людей из охваченного уличными боями Сталинграда, и фронтовая повседневность.

Ожесточение солдат поражает: так, в описании снайпера Михаила Мамекова говорилось, что «если он сегодня не убил фрица, то не может кушать, нервничает исключительно».

Последней частью этой главы стала сдача в плен немецкой окруженной группировки и пленение генерала-фельдмаршала Паулюса. Но значение книги Хелльбека видится намного большим, чем просто донесение до массового читателя огромного и интереснейшего пласта источников. Очень важным достижением группы Хелльбека стала критика многих мифов о Сталинграде.

Преимущественно историк деконструирует стереотипы, циркулирующие в западном мире: о заградотрядах, которые гнали красноармейцев в бессмысленные атаки, — в исследовании показано, что, к примеру, в октябре-ноябре 1942 года число расстрелянных заградотрядами составило 711 человек, хотя в ряде исследований утверждается о 13–14 тыс. убитых, о том, что движущей силой красноармейцев был только страх. Так, Хелльбек приводит слова подполковника Молчанова, что его дочка все время задавала вопрос: «Почему, папа, ты не на фронте, все воюют, а ты не воюешь?Это исключительно подействовало на меня». «Это был исключительнейший подъем людей», — говорил майор Спицкий из Волжской флотилии.

Разрушение традиционной картины Сталинградской битвы в массовом сознании немцев, основанной на жертвенности немецких солдат и объятых страхом красноармейцах, отметили и рецензенты немецкого издания книги — она вышла в Германии в 2012 году.

Впрочем, Хелльбек не идеализирует Сталинградскую битву, отходя от канона, рисующего войну как последовательность героических поступков. На страницах книги можно найти и суждения уставших и изверившихся солдат: так, в одном из писем автор сообщает о том, что «большинство уже не верит в победу... Я зашел в тупик со своими убеждениями, видя всю эту картину...».

Можно сказать, что книга Хелльбека становится примером соединения российских и международных подходов к истории Великой Отечественной войны — примером успешным, но, к сожалению, редким. В историографическом введении соседствуют современные работы российских, английских, американских и немецких историков, не только конкретно-исторические, но и теоретические, а в состав группы входили представители российских, немецких и британских институтов, что показывает: историки в сложной международной обстановке могут сотрудничать друг с другом.

«Сталинградская битва: свидетельства участников и очевидцев. М., Новое литературное обозрение, 2015. — 672 с.