Пенсионный советник

Казнить ниндзя помиловать

В прокате «Черепашки-ниндзя» — фильм продюсера Майкла Бэя с Меган Фокс в роли Эйприл О'Нил

Владимир Лященко 08.08.2014, 09:33
kinopoisk.ru

В прокате «Черепашки-ниндзя» — перезапуск знаменитого комикса, устроенный продюсером Майклом Бэем без всякого почтения к восьмидесятым годам, родным для подростков-мутантов, зато с Меган Фокс в роли журналистки Эйприл О'Нил.

Репортер 6-го канала Эйприл О'Нил носится по Нью-Йорку в поисках материала, который превратит ее из девочки на побегушках в уважаемого журналиста. Город тем временем терроризируют неуловимые представители преступного клана Фут. Пытаясь зафиксировать на телефонную камеру очередное их злодеяние, Эйприл становится свидетелем столкновения правонарушителей с невидимыми защитниками порядка. При следующей встрече девушка выясняет, что плохим ниндзя противостоят хорошие и они большие человекоподобные черепахи.

Не оставляя места догадкам, сами герои докладывают новой знакомой: «Мы ниндзя!» И сразу уточняют: «Но вообще-то мы еще и черепахи, мутанты и подростки».

Эйприл остается только суммировать полученную информацию: «То есть вы подростки-мутанты-ниндзя-черепашки?!» — так складывается название оригинальных комикса, мультсериала и нового фильма «Teenage Mutant Ninja Turtles». В российском прокате короче — «Черепашки-ниндзя», без мутантов и тинейджеров. Собственно, студия так и собиралась назвать свое кино в оригинале, но взбунтовались фанаты, после чего дикое сочетание из четырех слов вернули.

Фанаты, как положено, бурно реагировали на любые новости об отклонении авторов нового фильма от канона. Панику и гнев подогревало и имя продюсера картины: ругать на чем свет стоит Майкла Бэя — обычное дело и для критиков, и для многих коллег, вот и поклонники черепашек нервничали. Одно дело Marvel, студия, самостоятельно формирующая собственную киновселенную, четко контролирующая любую информацию о будущих проектах, раз за разом радующая поклонников и заработавшая огромный кредит доверия.

А тут мало того, что Майкл Бэй, так еще и каждое сказанное слово превращается в повод для интернет-волнений.

То сам продюсер брякнет, что черепашки станут инопланетянами. То просочится сценарий, в котором Шреддер превратился в Полковника Шрадера. То съемки заморозят, то возобновят.

В итоге версия происхождения черепашек-мутантов и их наставника — крысы по прозвищу Сплинтер (оцифрованное тело Дэнни Вудберна и голос Тони Шалуба) — отличается от изложенной в оригинальной серии комиксов и фильме 1990 года, но и долгое время пугавший фанатов вариант с инопланетянами все-таки не прошел. Получилось похоже на распространенный в комиксах сценарий:

лаборатория, двое ученых, авария, пожар, гибель отца героини, внеплановая мутация нескольких существ — что-то подобное, помнится, случилось с Человеком-пауком.

Вариант сравнительно безопасный: в необъятном мире комиксов сценариев появления супергероев не так много, а юных мутантов-ниндзя-черепашек Кевин Истмен и Питер Лэрд в свое время придумали как пародию на популярные комиксы. Кажется, создатели нового фильма оказались настолько запуганы народными массами, что отказались от диких фантазий и пошли по пути наименьшего сопротивления.

Увы, кроме радости узнавания героев детства, авторы не смогли придумать ничего захватывающего, так что приходится довольствоваться шутками про любовь к пицце и смакованием слова «мутаген». На фоне безликого, почти лишенного примет времени Нью-Йорка это выглядит неубедительно.

И черт с ним, с происхождением панцирных ниндзя, но как можно было именно в этой истории забыть про дух времени?

И мультипликационная версия второй половины 1980-х, и фильм 1990 года существовали в контексте наивных боевиков, упадочного Нью-Йорка, ирокезов, граффити, диких костюмов, химической завивки, высоких кед, кислотных расцветок плащей и магнитофонов на плече. Увлечениям шпаны, которой тогда еще можно было пугать добропорядочных обывателей, мудрая крыса пыталась противопоставить имена художников эпохи Возрождения и дисциплину японских боевых искусств.

Это время фильма «Карате-кид» и золотой эры хип-хопа.

Без всей этой ностальгической мешанины нунчаки, шесты, мечи, кинжалы-сай (ими орудует Рафаэль) и прочие звездочки из арсенала адептов карате не работают. Нельзя же просто перечислять милые сердцам зрителей детали, из которых состоит исходный материал, забыв о проработке мира, о визуальной, простите, культуре.

Да, современные технологии позволяют показать героев настолько реалистичными, насколько это вообще возможно, когда мы говорим о четырех двухметровых прямоходящих черепахах и чуть меньшего роста крысе. При этом они все равно остаются мультяшками, которых не оживят 3D-очки. Скорее наоборот. На фоне новых созданий мультипликационные прыгуны из 1980-х становятся только милее, а костюмированные недотыкомки из фильмов 1990-х обретают очарование несовершенства, рукодельной глупости, нелепицы, о которой вспоминаешь с умилением.

Самое интересное, что затянувшийся проект дождался лучшего момента для своей реализации: 1980-е и 1990-е снова в моде. И даже на отсутствие чувства стиля у Майкла Бэя результат не свалить. Эстетику, которая идеально подошла бы этому фильму, он недавно воспроизвел в «Анаболиках: кровью и потом», но то был его «личный маленький фильм». Здесь же большой голливудский проект в худшем смысле: парад упущенных возможностей, резиновая пицца.