Космическая контрабанда? Что искали у директора ФИАНа

Стало известно, что искали силовики у директора ФИАНа

Стали известны причины обысков дома и на рабочем месте директора ФИАНа. Силовики заинтересовались деятельностью учёного после сигнала от таможенников о его причастности к вывозу линз, якобы запрещённых к экспорту. О том, что это за изделия «Газете.Ru» рассказала свидетель по данному делу — предприниматель Ольга Канорская.

Накануне в Москве силовики провели обыски в рабочем кабинете директора Физического института Российской академии наук Николая Колачевского. Сотрудники Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД ворвались в его кабинет в помещении ФИАНа на Ленинском проспекте и сообщили, что он подозревается в пособничестве контрабанде оптических элементов.

Претензии к директору ФИАНа Николаю Колачевскому связаны с поставкой за рубеж оптических изделий,

которые сначала прошли, а потом не прошли по непонятной причине экспертизу.

Об этом «Газете.Ru» рассказала Ольга Канорская, гендиректор ООО «Триоптикс», небольшой фирмы, которая арендует помещение в Технопарке ФИАНа в Троицке и занимается оптикой. Ее отец, Сергей Канорский, оптик, является сотрудником ФИАНа, он же является учредителем другой компании, работающей в технопарке – «Альбедо оптикс».

Ольга Канорская

В мае 2018 года «Триоптикс» заказала в Китае шесть так называемых подложек из стекла марки К8. Это бесцветное оптическое стекло, которое варят во многих странах мира, но с незначительными отличиями в составе. Так, химический анализ может отличить аналог российского К8, сваренный не в России. Подложки были заказаны для немецкой фирмы, на их основе «Триоптикс» методом напыления обязалась выполнить специальные окна для метеорологических станций новейшего поколения.

Заготовки были официально ввезены в Россию в августе сервисом UPS и прошли внуковскую таможню. Затем на подложки при помощи вакуумной установки компанией «Триоптикс» было нанесено специальное напыление, и четыре готовых окна со всем пакетом разрешительных документов благополучно были отправлены в Германию.

При этом, поскольку изделие было изготовлено из стекла К8, согласно письму ФТС РФ #14-68/54972 от 2017 года на его вывоз не требовалось разрешение Федеральной службы по техническому и экспортному контролю (ФСТЭК). Ранее компания неоднократно отправляла за рубеж изделия из стекла К8, среди российских заказчиков фирмы – научные институты РАН, но больше она ориентировалась на экспорт.

В отличие от К8 стекло марки К108 – радиационно устойчивое, потому может использоваться в космосе, и в связи с этим ограничено к вывозу. Когда пришло время отправки оставшихся двух окон, брокер UPS предложил перестраховаться и получить на этот товар разрешение ФСТЭК.

«Поданные документы лежали там несколько недель, нам говорили то «да», то «нет». Наконец мне сообщили, что там просматривают заявки за сентябрь, а на дворе был ноябрь, и я уже стала буквально кричать в космос, потому что с этим надо было что-то делать, — пояснила Канорская. – И мне посоветовали фирму, аккредитованную при ФСТЭК, которая за деньги передвигает твои документы из конца очереди в начало».

Вскоре разрешение на вывоз было получено, правда в документах вместо «окно» было написано «заготовка». В середине декабря окна были переданы к вывозу UPS, однако на следующий день «Триоптиксу» сообщили, что таможня хочет получить образец и отправить его на проверку.

По словам Канорской, одно изделие под видеозапись было изъято таможней, второе осталось лежать на складе. В середине января UPS сообщила, что таможенники хотят взять и второе окно на экспертизу. Канорская согласилась его отдать, но, так как это было последнее изделие, она расписалась на нем под камеру, «чтобы с ним ничего не сделали».

Через 20 дней пришло заключение таможенного эксперта, в котором говорилось, что ему не понятно, какой марки стекло – К8 или К108. При этом незадолго до этого ФСТЭК по непонятной причине аннулировала выданное ранее разрешение на вывоз этих изделий.

Далее всплыла экспертиза, на которой основывал свое решение таможенный эксперт. «Она была проведена «106 Экспериментальным оптико-механическим заводом», который на тот момент даже не числился в списках организаций, имевших право производить таможенные экспертизы», — пояснила предпринимательница. – Их эксперт ни на секунду не сомневался, что это оружие,

при этом ссылался на книжки 1933 года».

Против компании таможней было возбуждено административное дело, из-за того, что в документах было вместо «окна» указано «заготовка». В середине апреля 2019 года представителям фирмы заявили, что оба окна отправляются на дополнительную экспертизу. На этот раз оба изделия были отправлены в холдинг «Швабе». Первая часть экспертизы была сделана «Лыткаринским заводом оптического стекла» — признанным авторитетом в области изготовления стекла.

«Окно было разрушено, и анализ показал – это аналог российского стекла К8, сваренный не в России, и это правда, — пояснила Канорская. – Таким образом на единственный вопрос, который был поставлен таможней, был дан ответ».

Ольга Канорская

Однако к удивительным выводам (экспертиза есть в распоряжении «Газеты.Ru») пришел некий эксперт Красногорского завода имени Зверева (тоже холдинг «Швабе»). «Он заявил, что ему не известно гражданское применение данных окон, зато ему известны всяческие, самые извращенные формы его применения в комплектующих оружия.

И якобы эти изделия подпадают под указ президента, описывающий оптику, которая может использоваться в космосе. Учитывая то, что речь идет о К8 – это абсолютно «заряженная» экспертиза», — считает предпринимательница. – Кем заряженная, пока не знаю».

В мае административное дело было закрыто за отсутствием состава преступления по просьбе ФТС, окна были конфискованы сотрудником ФСБ, при этом акта конфискации фирме не выдали.

24 октября по факту попытки контрабанды было возбуждено уголовное дело, и 30 октября обыски прошли в помещениях ФИАНа на Ленинском проспекте и в Троицке. По словам Канорской, сама она проходит по делу, как свидетель, ее допрашивали в течение семи часов.

«Я не раз заявила, что это не оружие, что характеристики изделия соответствуют заявленным, но больше всего следователям не нравится тот факт, что четыре аналогичные окна были вывезены за рубеж. Конечно, я хотела бы провести независимую экспертизу, но я готова отвечать лишь за то изделие, которое в декабре сдала на таможню».