Пенсионный советник

Современная скрипка правит бал

Скрипачи предпочитают современные скрипки инструментам именитых мастеров, когда не знают об их возрасте

Раса Леева 12.05.2014, 08:42
Reuters

Скрипачи предпочитают современные скрипки инструментам именитых мастеров, когда не знают об их возрасте, выяснили французские ученые. Таким образом, миф о превосходстве инструментов, сделанных Страдивари и Гварнери, фактически опровергнут.

Исторически сложившаяся репутация старинных итальянских скрипок говорит сама за себя: с точки зрения звучания их признают более совершенными, чем более поздние модели. Широко распространенное мнение гласит, что скрипки Страдивари, Джузеппе Гварнери по прозвищу Дель Джезу и других прославленных итальянских мастеров XVII—XVIII веков обладают уникальными звуковыми качествами, которые легко распознаются опытными музыкантами и считаются недостижимыми в современных инструментах.

Однако исследования показывают, что знаменитые солисты не способны отличить звук старинной скрипки от современной и вообще предпочитают играть на новоделах.

Чтобы выяснить, действительно ли старинные скрипки лучше, исследовательница из парижского Университета Пьера и Марии Кюри Клаудия Фритц пригласила десять знаменитых скрипачей. Музыкантам была представлена дюжина скрипок, половина из которых были новыми, а из шести старинных пять были сделаны рукой Страдивари. Результаты этого исследования в буквальном смысле испытали на прочность убеждение о превосходстве старинных инструментов. Ознакомиться с ними можно в научном журнале PNAS.

Строго говоря, фундаментальное условие превосходства легендарных итальянских скрипок неоднократно требовало подтверждения. Многие исследователи посвятили этому свои труды, изучая свойства лака и дерева, формы и настройку, а также широту диапазона извлекаемых звуков. Тем не менее преодолеть давление этой аксиомы и критически подойти к вопросу получилось лишь недавно благодаря целому ряду тестов, в рамках которых современные скрипки противопоставлялись старинным. И хотя в результате предпочтение чаще отдавалось современным инструментам, этим экспериментам часто не хватало жесткости, необходимой для научного обоснования.

Например, в 2010 году во время Международного скрипичного конкурса в Индианаполисе в комнате отеля было проведено двойное слепое тестирование, в ходе которого 21 опытному музыканту было предложено сравнить три современные скрипки и три старинные. Из старинных две принадлежали руке Страдивари и одна — Гварнери Дель Джезу.

В результате наиболее предпочитаемой скрипкой оказалась одна из современных, а в аутсайдеры попала одна из скрипок Страдивари. Более того, возраст скрипки-фаворита музыканты определить не смогли.

И все же индианаполисское исследование было сравнительно сжатым, задействуя всего лишь шесть скрипок, на оценку которых каждому музыканту отводилось меньше часа. Поэтому Клаудия Фритц и ее коллеги поставили перед собой задачу провести подобный эксперимент в существенно расширенных и более приближенных к реальной жизни условиях.

По сути, эксперимент Фритц отличался лишь использованием большего количества скрипок в нескольких локациях, так как ученые еще решили проверить, изменится ли у испытуемых отношение к той или иной скрипке в зависимости от размеров помещения для игры. Ведь эксперимент в Индианаполисе критиковали за то, что в нем использовалось относительно небольшое пространство. Как заметил один известный скрипач, «вы же не тестируете Ferrari на парковке».

Если индианаполисское исследование опиралось на мнение 21 музыканта различных уровней подготовки, то в эксперименте Фритц было взято за основу мнение 10 знаменитых солистов.

Конечно, резонным будет заметить, что о качестве скрипки помимо мнения скрипача также можно судить и с иных важных для дела точек зрения, как-то слушателей, других музыкантов в ансамбле, звукорежиссеров и (или) оркестровых дирижеров. Нет никаких всеобъемлющих причин полагать, что все стороны сойдутся в консенсусе или что мнение одной стороны вернее, чем остальные. Так, скрипач может предпочесть инструмент, на котором ему будет играться воодушевленно и легко, в то время как слушателям в силу звучания в условиях концерта может быть предпочтителен совсем другой.

Так, может, скрипач не нужен? Размышление подсказывает, что в вопросе оценки инструментов у скрипачей есть двойное преимущество перед слушателями. Образно говоря, они находятся внутри петли обратной связи, значит, судят о скрипке на базе взаимодействия, а не пассивного слушания.

Кроме того, они находятся в ближайшем контакте с инструментом и потому слышат наиболее интенсивный звук без пространственных искажений. И в конце концов, кто же, как не музыкант, выбирает собственный музыкальный инструмент и в силу этого чья оценка наиболее значима?

В исследовании Фритц каждый из десяти знаменитых солистов за две сессии по 75 минут вслепую протестировал шесть старинных итальянских скрипок, пять из которых были сделаны Страдивари, и шесть новых. Процесс происходил в двух локациях на окраине Парижа: первая сессия — в репетиционной комнате в доме семьи профессиональных скрипачей, вторая — в концертном зале на 300 мест. В последнем присутствовали слушатели и был возможен фортепианный аккомпанемент. Идея состояла в том, что из представленного набора требовалось выбрать лучшую скрипку, которой бы солисты могли заменить свою собственную на гипотетическом концертном туре.

Солистам предлагались шесть современных и шесть старинных итальянских скрипок. Современные скрипки, ни одна из которых не засветилась в индианаполисском исследовании, возрастом от нескольких дней до двадцати лет, были родом из Европы и Северной Америки.

В набор старинных итальянских скрипок входили скрипки Гварнери Дель Джезу (после 1740 года), Страдивари и одна — другого знаменитого итальянского мастера XVIII века.

Ни один из инструментов не принадлежал и не был знаком ни одному из приглашенных музыкантов. Все инструменты находились в исправном состоянии и были соответствующим образом настроены.

Тест был составлен таким образом, чтобы как можно больше соответствовать способам поиска идеального инструмента в реальной жизни. Солисты были свободны проверять скрипки так, считали нужным. По заранее проведенному опросу в среднем для оценки потребовался отрезок времени 50 минут. Таким образом, каждому из солистов предстояли две различные сессии по 75 минут. После первой бралось интервью, после второй делался краткий опрос.

В течение обеих сессий солисты носили переделанные сварочные очки, что вкупе с приглушенным общим освещением не давало возможности увидеть инструмент и распознать его возраст. Современные скрипки, в свою очередь, были специально отделаны на заказ под старину, что не облегчало задачу и на ощупь.

На сессиях присутствовали двое из авторов исследования (Клаудия Фритц и Индиана Волльман): они делали пометки о комментариях участников и говорили лишь в случае необходимости или объявления нового задания. Для удобства наблюдения времени в помещении находился большой таймер с подсветкой.

Итак, в начале первой сессии все 12 инструментов были выложены на стол в произвольном порядке. В течение 50 минут каждому из испытуемых требовалось, с одной стороны, исключить неподходящие инструменты, с другой — выбрать четыре подходящих и разместить их в порядке предпочтения. В последние 12 минут сессии испытуемому предлагались три скрипки. Первая — собственная. Вторая — фаворит из набора. Третья же — также лучшая из выбранных, но (вне ведома испытуемого) из противоположной возрастной группы. На процесс заключительного отбора отводилось 30 секунд, в течение которых от солиста требовалось оценить скрипки по десятибалльной шкале, начиная со своей.

На второй сессии опять же были представлены все инструменты на случай, если в большом зале предпочтения вдруг изменятся. Но в этот раз они были поделены на три группы: в первую входили четыре фаворита, снова в случайном порядке; во вторую — инструменты, отвергнутые в ходе предыдущей сессии; в третьей группе оказались все остальные.

На второе задание отводилось 45 минут. Испытуемые имели возможность: а) обратиться к помощи друга в зале; б) попросить присутствующего в зале испытателя (в темных очках) сыграть на скрипке, пока сам солист будет оценивать ее звук из любого места в зале; в) попросить присутствующего пианиста аккомпанировать по любому отрывку из портфолио (соната Франка, второе действие; Крейцерова соната Бетховена, третье действие; соната №1 Брамса, первое действие). В ходе эксперимента девять участников использовали аккомпанемент фортепиано, пятеро попросили оценки слушателей и трое попросили сыграть для них.

Как и в предыдущий раз, солистам нужно было выбрать фаворита. Затем был предложен ряд скрипок, в ходе 30-секундного соло на которых нужно было определить, старинные они или современные. В тест входили старинная скрипка — фаворит испытуемого; предпочитаемая им современная скрипка; старинная и современная — аутсайдеры; старинная и современная, оказавшиеся наверху рейтинга за все время эксперимента; и те же среднестатистические аутсайдеры.

Что же касается результата, то наиболее характерной чертой данного исследования, так же как и предыдущих, является большой разброс мнений относительно скрипок. Дело в том, что профессиональные солисты — люди с исключительно различающимися точками зрения. В итоге пять из двенадцати инструментов хотя бы одним музыкантом избирались в лидеры, а десять попадали в топ-4. При этом каждая из скрипок как минимум единожды была отвергнута.

В ходе эксперимента каждый инструмент оценивался по балльной шкале следующим образом: 4 балла шло за первое место в рейтинге, 3 — за второе и до четвертого места соответственно. Каждый раз, когда инструмент оказывался отвергнут следующим солистом, из его оценки вычитался один балл. Структура эксперимента позволяла музыкантам в течение первой сессии ознакомиться с объектом и затем провести окончательную оценку во второй.

Бесспорным лидером оказалась единственная современная скрипка, набравшая по оценкам 26 баллов и отвергнутая всего лишь дважды. С большим отрывом на втором месте разместилась другая новая скрипка, став идеалом лишь одного солиста (13 баллов). Третьей на пьедестале стала страдивари золотого периода с 11 баллами. Вопрос с ней спорный: хотя три солиста выбрали ее лучшей, а один присудил ей второе место, все же 4 балла ей сняли за непризнание. На другом конце шкалы оказались почти исключительно отвергнутые современная и страдивари с минус 7 и минус 9 баллами соответственно.

Если игнорировать фактор сбрасывания инструментов со счетов и смотреть лишь по степени популярности, то картина несколько меняется, ведь многие скрипки успели побывать лучшими хотя бы для одного солиста, будучи отвергнутыми остальными. Но эта привлекательность выглядит несколько уже. В любом случае если суммировать полученные баллы по общим предпочтениям, то балом правят новоделы со счетом 6:1 (35 и 4 балла). Если не учитывать признание негодности, итог меняется на 3:2, все еще в пользу современных инструментов. Кроме того, если смотреть по скрипкам высшего рейтинга, то здесь снова 3:2 (24 и 16 баллов). Фритц отмечает, что невозможно «определить адекватную шкалу оценок, согласно которой старые скрипки получили бы большее преимущество».

Характерно, что для инструментов на каждом конце рейтинга впечатления, полученные в репетиционной, похоже, эволюционировали в концертном зале. Однако для инструментов центра, что современных, что старинных, исход мог быть любым.

В целом восемь из десяти музыкантов выбрали фаворитов из своего же первоначального топ-4, что дает основание полагать, что основательное суждение об игровых качествах возможно и без акустики концертного зала.

Если говорить о сравнении скрипичных поколений, то некоторые старинные скрипки все же набирали больше баллов в концертном зале, как и было предсказано индианаполисскими критиками, однако некоторые, наоборот, теряли в рейтинге. Во всяком случае, нет никаких доказательств в пользу уверенности в том, что старинные итальянские скрипки полностью раскрываются именно в концертных залах, в то время как новые им проигрывают. В среднем солисты признали старинные инструменты более тихими, но они также гораздо ниже оценили их звучание, в то время как современные скрипки были оценены выше еще и за тембр. Этот критерий, пожалуй, и стал краеугольным камнем выбора.

По мнению авторов эксперимента, было бы интересно рассмотреть полученные результаты в свете вопроса, заданного в конце первой сессии: «Есть ли, на ваш взгляд, существенные различия в качестве звучания современных и старинных скрипок?» На это семь солистов ответили, что есть: шестеро убеждены, что, во-первых, современные скрипки проще в игре и что они более мощные или более непосредственные, чем старинные. Во-вторых, старинным скрипкам может не хватать мощи, чтобы звучать в сопровождении современных оркестров. И в-третьих, старинные скрипки — это более индивидуальные, утонченные инструменты, обладающие большей теплотой и мягкостью. Как же на самом деле оценивать инструменты, похоже, дело сугубо индивидуальное. Тем не менее миф уже пошатнулся.