Пенсионный советник

«Мы флагман отечественной науки»

Конкурс молодых ученых прошел в Институте органической химии им. Н.Д. Зелинского РАН

Лариса Аксенова 27.11.2013, 14:17
iStockPhoto

Углеводная эра в науке, химические реакции, протекающие в сверхкритических условиях, новые селеносодержащие органические соединения — именно такие вопросы обсуждались на конкурсе молодых сотрудников Института органической химии им. Н.Д. Зелинского РАН. В этом году он был посвящен Екатерине Каплан, легенде российской органической химии.

На конкурс молодые сотрудники института (у многих из них пока нет ученых степеней, но, судя по солидности проводимых ими исследований, это лишь вопрос времени) представили 16 проектов. Традиционно в ИОХ существует два основных направления, которые условно можно обозначить как синтез и катализ. И оба эти направления активно развиваются, о чем можно было судить из докладов: многие работы готовятся к печати или опубликованы в последних номерах престижных профильных научных журналов — PNAS, Organic Letters, Journal of Organic Chemistry.

Особое внимание уделяется химическим реакциям, протекающим в сверхкритических условиях: при таких высоких температурах и давлении вещество, когда оно становится вроде уже не жидкостью, но еще и не газом, сохраняет свойственную жидкости плотность, но приобретает высокую подвижность молекул, характерную для газов. И именно в таком «застигнутом врасплох» состоянии оно становится податливым в руках органика, создающего новые молекулы.

В названиях нескольких работ молодых исследователей прозвучали слова «сверхкритические условия», и именно они вызвали наиболее активное обсуждение среди членов жюри.

Алексей Коколин, например, используя такое состояние вещества, попытался подобрать оптимальные условия протекания реакции, известной уже более 50 лет, но низкоэффективной при обычных условиях катализа, для того чтобы получить высокооктановые компоненты моторного топлива. Алексей Воронин рассказывал о новых подходах в синтезе компонентов ракетного топлива — стабилизированных полиазоткислородных систем, обладающих мощным энергетическим потенциалом. Первый вопрос, который задали после доклада Владимиру Парахину, состоял в следующем: перед тем как докладывать, вы запатентовали свое изобретение? Ответ был утвердительным.

Владимиру удалось синтезировать соединения из группы нитрофурозанов — самые перспективные на сегодняшний день окислители ракетного топлива.

Екатерина Князева сообщила о том, каких успехов ей удалось добиться в синтезе новых селеносодержащих органических соединений, обладающих уникальными проводниковыми и полупроводниковыми свойствами. Артем Земцов работает над синтезом фторорганических соединений, востребованных в медицине. О своей работе он рассказывает так:

«Чем сложнее структура, тем дольше ее синтезировать, да и число методов синтеза ограничено. Мы пошли другим путем и попытались осуществить сборку из трех отдельных компонентов. Разработали новый метод, недавно опубликовали его в Organic Letters».

Ярослав Антонов решает задачи синтеза стероидных соединений, обладающих противопаразитарными свойствами.

По мнению многих биологов, сейчас наступает углеводная эра в науке, поскольку в этой области за последние годы сделано много интересных открытий. Но все эти открытия не стали бы реальностью без непосредственного участия химиков-синтетиков. Марии Ореховой удалось получить фрагменты клеточной стенки аспергилла — болезнетворного грибка, вызывающего тяжелые поражения легочной ткани. Аспергиллезы трудно поддаются диагностике и лечению. Одна из причин — биопленки, которые образуются на поверхности пораженной патогеном ткани. Подход, придуманный Марией Ореховой, заключается в том, чтобы синтезировать полисахаридный фрагмент клеточной стенки вредоносного гриба, пришить его к молекуле-носителю и заставить работать в качестве лекарства, целенаправленно активирующего клетки иммунной системы. В результате гибридные молекулы были созданы, и в настоящее время их испытывают в Институте Пастера во Франции.

Конкурс научных работ в этом году был посвящен столетию со дня рождения Екатерины Павловны Каплан, легенды российской органической химии.

Почти 62 года заведуя отделом аспирантуры института, она воспитала более 1 тыс. молодых специалистов. На должность руководителя аспирантуры ИОХ РАН Каплан была назначена в 1951 году, и приказ о ее назначении, подписанный Александром Несмеяновым, президентом АН СССР, нашли в архивах института. Работая в ИОХе с 1936 года, почти с момента основания, она в трудные годы войны участвовала в эвакуации института в Казань. Тогда, в июле 1941-го, на сборы даны были всего сутки, а по прибытии в Казань надо было расселить и обеспечить продовольствием сотрудников, оборудовать лаборатории и наладить работу. Несмеянов поручил молодой сотруднице руководить расселением научных работников и их семей. Каплан с успехом справилась с задачей.

После войны Екатерина Павловна по поручению Несмеянова много ездила по стране, отбирая лучших студентов для поступления в аспирантуры профильных химических институтов. Сохранились ее воспоминания об этом периоде жизни, опубликованные в журнале «Вестник Российской академии наук», где описывается интересный факт. В 1953 году, приехав в Горьковский университет, она увидела перспективного студента, который мог бы работать в ИОХе. Но комиссия по распределению не согласилась с ее мнением. Причина, как рассказал один из старейших сотрудников института, была в комсомольской характеристике, без которой не обходилось ни одно назначение в те времена. «Способен раздавить голой рукой стакан? Отлично, — сказала комиссии Екатерина Павловна. — Будет заниматься химией высоких давлений». Вернувшись в Москву, она сообщила об этом Несмеянову, тот ничего не ответил, но направил телеграмму ректору университета. И студента распределили в аспирантуру ИОХа. В дальнейшем он проявил себя как яркий, талантливый исследователь. Виктор Михайлович Жулин, именно о нем шла речь, создал единственную в стране лабораторию химии высоких и сверхвысоких давлений, в которой выполняли уникальнейшие исследования.

«Екатерина Павловна Каплан ушла от нас на 99-м году жизни, до последнего оставаясь на рабочем посту. Вся жизнь ИОХа проходила у нее на глазах. Для многих она была как мать родная. К ней приходили со своими проблемами, связанными не только с обучением в аспирантуре, но подчас и с самыми простыми, житейскими, — вспоминает директор института академик Михаил Петрович Егоров. — За молодежь она боролась.

Могла в президиуме академии добиваться мест для талантливых ребят, могла сурово поговорить с заведующим лабораторией, если тот не очень хорошо относился к своим аспирантам.

И неудивительно: многие сотрудники института, и в том числе завлабы, когда-то сами были аспирантами и в их судьбе она так же принимала участие».

«С каждым поступающим в аспирантуру Екатерина Павловна проводила беседу лично, чтоб понять, к какого сорта работе тот готов: экспериментатор он или теоретик? Что ему больше нравится: физическая химия или химия природных соединений? И присматривала ему место, понимала, в какую лабораторию его лучше направить, знала, какие заявки есть, и нас старалась поддержать, «помочь аспирантами», — говорит Николай Эдуардович Нифантьев, член-корреспондент РАН, руководитель лаборатории химии гликоконъюгатов. — Она организовывала встречу выпускника университета с будущим научным руководителем. И в дальнейшем очень многие из нас всю свою жизнь шли под ее опекой. Я, например, когда окончил МГУ, попал в лабораторию к академику Николаю Константиновичу Кочеткову, но первый человек, с которым я пообщался в институте, была Екатерина Павловна. В дальнейшем она стала моим старшим товарищем, прекрасно знала мою семью, детей. Следует пояснить, что ИОХ — это особый социум, особый мир. По всем параметрам (по результативности, наукометрическим показателям) мы флагман отечественной науки. Молодежь в институте работает плодотворно. И роль Екатерины Павловны в этом процессе была системообразующей».

А вот воспоминания академика Владимира Александровича Тартаковского, возглавлявшего ИОХ в 1988–2002 годах: «У нее была великолепная память. Она помнила всю нашу жизнь. И в моей судьбе сыграла определяющую роль. В июле 1955 года я пришел в институт, распределен был в лабораторию академика Назарова. Первый человек, которого я увидел, входя в ИОХ, была Екатерина Павловна Каплан. Она сразу назвала меня по имени, сказала, что я выпускник МГУ такой-то и иду к Назарову, но его сейчас нет, а со мной хотел бы поговорить профессор Новиков. Через пять минут я уже не помнил, зачем я шел, куда. Я попал в аспирантуру к профессору Новикову, и это коренным образом изменило мою дальнейшую жизнь».

Сегодняшним молодым сотрудникам института еще предстоит приобрести весомый научный багаж и солидный жизненный опыт, чтоб с высот своих будущих успехов по-новому вспомнить о Екатерине Павловне, но свой вклад в общую копилку воспоминаний они уже внесли. Кандидат химических наук Надежда Устюжанина выразила свою благодарность ей в фильме, который подготовила специально к конкурсу научных работ молодых ученых ИОХ РАН. И в ее научной судьбе эта женщина сыграла важную роль, придала импульс для будущих свершений: в 2008 году за серию работ, посвященных изучению полисахаридов бурых водорослей и морских беспозвоночных, обладающих ценными лекарственными свойствами, Надежда Устюжанина была удостоена стипендии L'Oreal—ЮНЕСКО «Для женщин в науке».

Другая грань личности Екатерины Павловны Каплан — более 60 собственных научных статей и 8 авторских свидетельств.

«Она была прекрасным химиком, учеником академика Александра Дмитриевича Петрова. Кстати, активно помогала начать работу в его лаборатории Олегу Матвеевичу Нефедову, в будущем академику и вице-президенту РАН», — уточнил Михаил Петрович Егоров.

«Мы думаем, почему она всегда была такой молодой? А она жила работой, работой с молодежью, — пояснил корреспонденту «Газеты.Ru» Нифантьев. — Мы обсуждали, как правильно отметить ее годовщину, и решили, что лучшим воспоминанием о ней будет конкурс молодежных научных работ».