В отличие от многих других животных большинство млекопитающие борются за место своего вида под солнцем не числом, а качеством и умением. Отсюда и выдающиеся зрение, нюх или атлетические качества зверей, отсюда и огромный мозг. Да и самую главную отличительную черту млекопитающих – длительное выкармливание уже рождённых детей материнским молоком – можно подвести под тот же основополагающий принцип. Детёныши в течение долгого времени остаются крайне зависимыми от матери или, в редких случаях, отца, и родителям приходится вкладывать все силы во взращивание и воспитание потомства, способное продолжить род, вид и существование уникального семейного набора генов.
(Physeter catodon), водное млекопитающее подотряда зубатых китов; единственный вид рода кашалотов.Самый крупный из зубатых китов. Длина самцов до 20 м, весят до 50–70 т; самки заметно мельче – до 13 м, весят до 30 т. Форма тела каплевидная.
Неестественно большая (до 1/3 длины тела у самцов), квадратная голова выделяет кашалота среди других китов. На голове находится огромная (до 6 т) подушка из спермацета. Её назначение полностью ещё не изучено; согласно одной из версий, она служит для эхолокации, согласно другой – является чем-то вроде плавательного пузыря. Левая ноздря у кашалота открывается в левом переднем углу морды, правая – скрыта под кожей. Правый носовой проход ведёт к мешковидному расширению в лобной части головы – воздушному мешку, благодаря которому кашалот может подолгу оставаться под водой. Нижняя челюсть очень узкая, короче морды, способна опускаться на 90 градусов; несёт 18–30 пар крупных конических зубов, каждый из которых весит примерно 1 кг. На верхней челюсти зубов не больше 1–3 пар, причем они нефункциональны. Строение рта позволяет кашалотам активно всасывать добычу, в зубах они по сути не нуждаются.
В отличие от большинства крупных китов, кожа на боках и спине у кашалота морщинистая. Окраска тела варьируется от серовато-бурой до чёрно-коричневой, с более светлым низом. Грудные плавники короткие и широкие, закруглённые. Спинной плавник в виде толстого и низкого горба, за ним – ещё несколько (2–6) горбов поменьше. Лопасти хвостового плавника большие, разделённые глубокой выемкой.
Кашалот – одно из самых космополитных животных, встречающееся в мировом океане от арктических вод до экватора. Однако самки кашалота редко выходят за пределы субтропической зоны, тогда как самцы совершают длительные сезонные миграции, летом достигая: на севере – Девисова пролива, Баренцева и Берингова морей, на юге – Антарктики. Самки также мигрируют, но на меньшие расстояния, в Северном полушарии проводя лето между 25 и 40° с.ш., зиму – между 0 и 25° с.ш. В Северном полушарии кашалоты чаще встречаются у берегов Африки, Азорских островов и Восточной Азии, чем у берегов Северной Америки, а в Южном – в водах Чили, Перу и Наталя (Южная Африка). В водах России самцы кашалота встречаются у Курильской гряды, на юге Охотского моря, у Командорских островов и Камчатки. Самки изредка заходят к Южным Курилам.
Основа (80%) питания кашалота – головоногие моллюски: кальмары, в том числе гиганты длиной более 10 м, и осьминоги. Именно схваткам с гигантскими кальмарами кашалоты, предположительно, обязаны шрамам и следам от присосок на своих мордах и телах. Также по одной из гипотез «клювы» съеденных кальмаров, раздражая кишечник кашалота, провоцируют появление амбры, пахучего вещества, использовавшегося в парфюмерном производстве. Помимо головоногих, кашалоты питаются, хотя и реже, рыбой (скатами, мелкими акулами, минтаем, треской, сайрой, морскими окунями и др., а также глубоководными видами – макрурусами и удильщиками). Взрослые кашалоты поглощают в сутки до тонны корма, что составляет 3% их веса.
Кашалоты совершают самые глубокие погружения среди млекопитающих. В погоне за добычей они ныряют на глубину до 1,2 км. Изредка они собирают со дна крабов, раков, губок и даже камни. Поскольку камни не разрушаются желудочным соком, они, видимо, нужны кашалотам для механического перетирания пищи в желудке. Кормящийся кашалот способен пробыть под водой до 1,5 ч., чему способствует высокое содержание миоглобина в его мышцах и пониженная чувствительность дыхательного центра к накоплению двуокиси углерода в крови.
Кашалот полигамен: гарем, насчитывающий до 10–15 самок, следует за самцом вместе с сосунками. Если гаремы объединяются в одно стадо, то при нем держатся несколько взрослых самцов. Подросшие детёныши-самцы где-то между 4–21 годами покидают стадо и объединяются в холостяцкие группы. С возрастом эти группы распадаются; зрелые самцы вне периода размножения обычно держатся поодиночке.
Размножение у кашалотов растянуто и происходит в течение всего года. Наиболее интенсивное спаривание наблюдается весной. Гон у самцов протекает бурно и сопровождается драками. Холостяцкие группы молодых самцов в размножении участия не принимают. Зрелые самцы ожесточенно дерутся между собой за место главы гарема, иногда нанося друг другу серьёзные увечья. В целом, в размножении участвует только 10–25% взрослых самцов.
Детёныши (длиной 3,5–5 м и весом в 1 т) рождаются через 14–16 месяцев после зачатия. Самка выкармливает детёныша до 2 лет. Созревают кашалоты в 8–11 лет (самки). Самцы – примерно в 10 лет, хотя в размножении обычно не принимают участия до 25–27 лет. Живет кашалот, по-видимому, 45–50 лет.
Точные данные о численности отсутствуют. На основании экстраполяции результатов наблюдений она оценивается с большим разбросом – от 200 000 до 2 000 000 особей. Несмотря на прежнюю интенсивную добычу, популяция кашалотов более стабильна, чем популяции других китов, вероятно, в связи с тем, что кашалоты питаются глубоководной фауной, которая добывается менее интенсивно.
О заботе китообразных о потомстве известно исключительно немного – в основном из-за того, что наблюдать за ними весьма непросто, а зачастую и откровенно опасно. Это утверждение касается и кашалотов. Между тем именно кашалотам материнская забота особенно важна. Питаются эти гиганты по большей части кальмарами и другими головоногими моллюсками из глубин морей и океанов и за добычей ныряют на среднюю глубину в 600 метров, оставляя приповерхностные слои воды на 30–40 минут; в экстремальных случаях и глубина, и время ныряния могут быть вдвое больше. Всё это время детёныши остаются без матери – хорошо нырять они учатся лишь на втором году жизни.
Кто же заботится о кашалотиках, пока мать не вернётся с добычей?
Кто не позволяет им разбредаться и отбиваться от группы, кто поддерживает силы молодняка и играет с ним, кто защищает беспомощных кашалотов от их главного и, возможно, единственного на поверхности врага – косаток?
Учёные из Канады, Великобритании и Новой Зеландии под руководством аспиранта канадского Университета Дэлхаузи Шейна Джиро попытались ответить на вопрос, чья эта забота, проследив за 23 детёнышами кашалота из 12 групп самок в Саргассовом и Карибском море. Результаты работы описаны в статье, принятой к публикации в Behavioral Ecology.
Как выяснилось, кашалоты Карибского и Саргассова моря совершенно по-разному решают проблему заботы о детях, матери которых отлучились в поисках пропитания.
В Саргассовом море о детёнышах поочерёдно заботились большинство самок группы, и некоторые из них даже кормили чужих детёнышей своим молоком. При этом в огромном стаде из 32 кашалотих вокруг каждого детёныша сформировалось что-то вроде персонального пула нянек, не исключавшего, впрочем, эпизодической заботы о других детёнышах.
В Карибском же море почти в каждой группе выделились одна или несколько «профессиональных нянек», заботившихся о детёныше, пока его мать ныряла на большую глубину за новой порцией пищи и, следовательно, молока. Кроме того, в группах, где было более одного детёныша, матери меняли друг друга в заботе о малышах, но при этом никогда не кормили чужих своим молоком.
Учёные отмечают, что между группами кашалотов в Карибском и Саргассовом море есть и ещё одно заметное отличие — типичное число самок в группе.
Карибские группы меньше, с медианным числом самок в 7–8 особей. Саргассовы существенно крупнее, с медианной численностью в 11 самок (и одним стадом, в котором присутствовали 32 самки).
Возможно, при наличии достаточного ресурса внимания кашалотам не приходится задумываться о специальном обеспечении заботы о детёнышах, поэтому в Саргассовом море с кашалотиками играют все самки, которые встретятся. А в Карибском море группы меньше, и, если не выделить профессиональную няньку, велики шансы, что молодой кашалот, за которым не следит мать, уплывёт слишком далеко от группы. А возможно, что, наоборот, разница в организации заботы о детёнышах через какой-то не понятный пока механизм приводит к отличиям в средней численности группы.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"click": "on",
"id": "2717522",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_3182151_i_3"
}
