«Прошлой ночью в Сохо» — ностальгический кошмар Эдгара Райта о 60-х

Рецензия на хоррор Эдгара Райта «Прошлой ночью в Сохо»

До проката наконец добрался психологический хоррор «Прошлой ночью в Сохо» Эдгара Райта, режиссера «Зомби по имени Шон» и «Типа крутых легавых». В нем Элли, студентку Лондонского колледжа моды, преследуют видения из прошлого — эпизоды из жизни начинающей певицы Сэнди. С которой 60 лет назад, кажется, случилось что-то ужасное. Главные роли в ленте исполнили звезда «Кролика Джоджо» Томасин Маккензи, Аня Тейлор-Джой и Мэтт Смит. Кинокритик «Газеты.Ru» Павел Воронков рассказывает, чем картина отличается от предыдущих работ Райта — и почему производит неизгладимое впечатление.

Последовательное погружение в фильмографию Эдгара Райта похоже на бархоппинг — примерно понятно, что тебя ждет, удовольствия это совершенно не умаляет, дело не в том, что пить, а как и с кем. «Прошлой ночью в Сохо» добавляет к истоптанному маршруту неочевидный пункт: после серии пестрых местечек, открытых по постмодерновой франшизе, постановщик заруливает в заведение под вывеской «мета». «Сохо» — не просто блестящая пародия на жанр («Зомби по имени Шон», «Типа крутые легавые») и не просто выдающееся формалистское упражнение («Малыш на драйве»).

Это довольно прямолинейный психологический ужастик, который, да, ностальгирует по итальянскому джалло и хоррорам Романа Полански и Николаса Роуга. Однако вместо слепого обожания пытается их освежить, поместить в новый контекст (композитор Стивен Прайс однажды как будто цитирует хоррор-ремикс «I Got 5 On It» из «Мы» Джордана Пила) и населить новыми смыслами; прежняя комната, другие жильцы. Ужастик прямолинейный — довольно, но не насквозь: Райт все тот же страшный пижон, что, даже слегка насупившись, не упускает возможности поиронизировать и похохмить по поводу происходящего.

В результате получается самая, пожалуй, сложносочиненная из его работ — мрачная сказка (порой картина кажется злым инди-близнецом «диснеевской» «Круэллы») об опасности бездумного ностальгирования и романтизации прошлого. Жила-была девочка Элли (Томасин Маккензи из «Кролика Джоджо»), что хотела стать известной дизайнеркой одежды. А еще мечтала жить не сейчас, но в «свингующих 60-х». Как известно, со своими мечтами следует обращаться аккуратно. Элли начали преследовать видения из прошлого — о девушке Сэнди (Аня Тейлор-Джой), что жила в той же комнате 60 лет назад и стремилась стать певицей. Но ее ждала иная судьба — которая, возможно, сложилась бы иначе, если бы на ее пути не возникало бесчестных мужчин вроде Джека (Мэтт Смит).

Раньше музыка была лучше, кино увлекательнее, а трава в целом зеленее. Так легко думать из настоящего, но некоторые очевидицы и участницы событий могли бы с этим поспорить.

«Сохо» — сказка завораживающая, завлекающая и подчиненная сновиденческой (или даже сновидческой) логике; временами уморительная, временами леденящая душу, временами поражающая ремесленническим мастерством. Если бы Райт не занимался кино, из него бы, наверное, вышел первоклассный диджей (или хотя бы тиктоковский мэшапер): его новый фильм — экранный эквивалент безупречно сведенного микса, где каждый бит раздается в самый нужный момент. Умение режиссера идеально синхронизировать все составляющие своего аудиовизуального текста здесь впечатляет даже сильнее, чем в «Малыше на драйве».

Так вот, «Прошлой ночью в Сохо» — не только сказка, но еще и некоторого рода инструкция по критическому восприятию искусства. Как бы ни переживали кренящиеся вправо публичные интеллектуалы, признание того факта, что Поль Гоген в сущности был педофилом, не вырезает его картины из мировой культуры. Но это необходимо признать: люди имеют право знать, какая цена была заплачена за тот или иной шедевр, и имеют право сделать личный выбор, обладая всем объемом знаний.

Райт окунает карамельный образ «свингующих 60-х» в раствор галлюциногенного кошмара, потому что для бесчисленного числа женщин «свингующие 60-е» и были галлюциногенным кошмаром. Искупает ли количество гениальных произведений, появившихся в ту эпоху, хоть крохотную толику страданий этих женщин? Нет. Запрещено ли теперь все это любить? Нет. Оно уже в любом случае никуда не исчезнет. Ну вот, скажем, «Сохо»: тут отчетливо виден след Поланского — человека, который снял несколько важнейших фильмов в истории кинематографа. И который точно нашел бы с Гогеном общий язык. Без его картин невозможно представить 60-е. А 70-е — без его преступления. Никто не говорил, что будет легко.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть