От мертвого слона уши

На экраны выходит фильм «Экватор» — комедия о приключениях советских военнослужащих в Африке от создательницы сериала «Золотой теленок».

Убив в порядке экзотического досуга слона, несущие службу в Африке русские военнослужащие рискуют заполучить коммунальный конфликт с местным племенем. Очевидно, когда убиваешь слона, мысли застит азарт и не думаешь наперед, где упадет слон и что делать впоследствии с его трупом. Труп, как и заведено у трупов, смердит. Под нажимом аборигенов командир части отправляет на поиски трактора двух бойцов — старослужащего Алексея, умеющего находить общий язык с обезьянами, и малоопытного духа Солнцева. В процессе поиска трактора солдаты встречают множество прекрасных людей, но в отличие от героев «Цельнометаллического жилета» не убивают их. Благо перед нами не драма о малоизвестных советских военных операциях на выезде, но комедия.

Режиссеру Ульяне Шилкиной нельзя отказать в личной храбрости.

Убив все живое в «Золотом теленке», экранизированном ранее классиком Швейцером, в «Экваторе» женщина вступила на территорию, обжитую в «ДМБ» небездарным мужчиной Романом Качановым (признан в РФ иностранным агентом). Дополнительная проблема состоит в том, что армейская тема подразумевает глубокое знание вопроса и предельную аутентичность. Обеспечить крах проекту, адресованному в большой степени мужскому населению, могут мелочи в виде неправильной складки на гимнастерке или безграмотно замотанных портянок. В стремлении соответствовать казарменным стандартам Шилкина дает периодически загадочно-брутального («Я не буду стрелять в слона!» — «У тебя чё, Солнцев, матка слабая?»). Но не учитывает того, что воинский юмор не только грубый, но и все-таки изобретательный, и, в общем, смешной, а поговорка «кто в армии служил, тот в цирке не смеется» соответствует истине.

Смешного в «Экваторе» немного, хотя ситуации, призванные повеселить, щедро разбросаны по сюжету и своей стратегической продуманностью напоминают выступления отечественных эстрадных комиков.

Это когда артист, рассказав фрагмент из деликатно стыренного в железнодорожной брошюрке анекдота про женскую гигиену, выдерживает паузу, свято и небезосновательно уверенный, что сейчас грянут аплодисменты. В кадре возникают забавные, потому что маленькие, японские инженеры, приятные солдату в ночи, но способные испугать при свете дня африканские любовницы («А я ее в губы целовал!»), американский бизнесмен, который мало того что имеет ковбойскую шляпу, баки и нарукавники из национального флага, так еще и кричит: «Мои маленькие друзья, вы узнаете, за что я получил кличку Дядюшка Сэм!» Однако всякий развлекательный фокус предсказуем, как кролик в цилиндре. Как в театральном спектакле ружье, висящее на стене в первом акте, обязано выстрелит в третьем, так и у Шилкиной если уж автомат в сердцах забрасывают в поле, то оно непременно оказывается минным.

Поскольку драматичные поиски трактора есть необходимый фон для развития отношений двух главных героев, «Экватор» можно рассматривать как историю зарождения настоящей мужской дружбы.

О ней, как и об армейском быте, у Ульяны Шилкиной довольно удивительные представления.

Неоднозначность отношений волею судеб оказавшихся в одной связке героев вызывает ассоциации не со «Служили два товарища», например, а с самой что ни на есть «Горбатой горой» — собственно, и в «Золотом теленке» бросалась в глаза нехарактерная нежность в общении Балаганова и Остапа. Старослужащий товарищ, имитируя сексуальные телодвижения бедрами, изматывает другу Солнцеву душу вопросами «Ты хоть пилил кого?» или «Ты хоть трахнул ее на память?». А когда по воле случая друзья остаются в пустыне в одних трусах, они не унывают и не отчаиваются, а, забравшись один другому на плечи, скачут себе по пыльной дороге.

К немногочисленным достоинствам картины следует добавить превосходно подобранный саундтрек.

Помимо оригинальной музыки востребованного композитора Игоря Вдовина здесь можно услышать и вовсе неожиданные вещи — например, пронзительную кавер-версию советского хита «На дальней станции сойду» в исполнении Егора Летова, кажется, впервые задействованного в индустрии массового кино. Плюс сотканная из львов, песков, туземцев и закатов африканская фактура. Которая, впрочем, настолько хороша и самодостаточна, что если бы Ульяне Шилкиной удалось ее как-то испортить, то секреты творческой кухни режиссера могли бы вызвать какой-то интерес.