«Что мне, задушить его?»: как «Моссад» захватил организатора Холокоста

60 лет назад агенты «Моссада» захватили нациста Эйхмана

Прослушать новость
Остановить прослушивание
11 мая 1960 года сотрудники «Моссада» захватили в Буэнос-Айресе самого разыскиваемого Израилем в то время военного преступника Адольфа Эйхмана. Нациста привезли в Иерусалим и судили, приговорив к смертной казни. Успешная операция израильтян привела к панике среди других сторонников Третьего рейха, укрывшихся после Второй мировой войны в Аргентине.

Почему беглых нацистов искали в Аргентине

После Второй мировой войны многим нацистским преступникам удалось избежать наказания. Посредством системы так называемых «крысиных троп» они бежали из Европы и перебирались в страны Южной Америки, где жили по поддельным документам. Внушительная часть бывших членов НСДАП, верно служивших Третьему рейху, осела в Аргентине, где существовала немецкая диаспора. Нацистам было нетрудно «раствориться» среди соотечественников, к тому же им почти открыто благоволил президент страны Хуан Перон. Более того, на протяжении десятилетий по миру гуляла легенда о том, что успешный побег в Аргентину на подводной лодке совершил и сам Адольф Гитлер. Не так давно выяснилось, что данную версию проверяли американские спецслужбы.

Именно в Аргентине нашли убежище такие одиозные фигуры нацистского режима, как доктор Йозеф Менгеле, ставивший опыты на узниках Освенцима, и один из организаторов Холокоста Адольф Эйхман, руководивший операциями по отправке евреев в лагеря смерти. В составленном властями Израиля списке самых разыскиваемых нацистов после Нюрнбергского процесса они занимали второе и первое места соответственно.

О преступлениях Эйхмана показания Международному военному трибуналу дал высокопоставленный сотрудник СС Дитер Вислицени.

По его словам, однажды Эйхман признался, что «с улыбкой прыгнет в могилу, так как он с особым удовлетворением сознает, что на его совести около 5 млн человек». Если верить Вислицени, при их последней встрече в конце февраля 1945 года Эйхман сказал, что кончит жизнь самоубийством, если война будет проиграна.

На след Эйхмана помогла выйти случайность

На деле же хитрый нацист вовсе не собирался умирать. Благодаря обширным связям, он не только обзавелся паспортом гражданина Аргентины на имя Рикардо Клемента, но и перевез через Атлантику свою семью. В 1952 году Эйхман заново женился на собственной супруге, чтобы легализовать брак на новом месте обитания и получить основания для совместного проживания с ней. Уже в Буэнос-Айресе, где поселилось семейство «Клементов», у преступника родился четвертый сын. Жизнь продолжалась, еще совсем не старый Эйхман (он 1906 года рождения) трудоустроился в местном филиале Mercedes-Benz. В какой-то момент члены семьи перестали бояться разоблачения и снизили бдительность. Им стало казаться, что в Европе все давно забыли о беглом оберштурмбанфюрере СС.

Имеется несколько версий того, как «Моссад» вышел на Эйхмана. Не исключено и то, что раньше всех о местонахождении беглеца узнала разведка ФРГ. Однако там после консультаций с ЦРУ решили не давать информации ход из опасения перед свидетельствами Эйхмана о нацистском прошлом некоторых лиц из окружения канцлера Конрада Аденауэра. Зато перед израильской разведкой подобная дилемма не стояла. Напротив, руководители молодого государства считали делом чести выявить и покарать военных преступников. Почти каждый житель тогдашнего Израиля либо сам пострадал, или же имел родственников, натерпевшихся от репрессивной машины Третьего рейха.

Считается, что ключевую роль в идентификации Эйхмана сыграл немецкий еврей Лотар Герман.

Отсидев в концлагере Дахау еще в 1930-х, после освобождения он покинул Германию и благодаря своей проницательности остался жив, в отличие от многих близких людей. К концу 1950-х годов страдавший катарактой Герман совсем потерял зрение, однако сохранил ясность ума, интересовался международной политикой и, в частности, следил за судьбой известных деятелей нацистского режима.

Еще в 1954 году его 12-летняя дочь Сильвия познакомилась в кинотеатре с 17-летним юношей по имени Клаус. Поговаривали, что между молодыми людьми завязался роман, хотя одна из родственниц девушки впоследствии отрицала факт любовной связи. Как бы то ни было, парень стал появляться в доме Германов. Однажды он опрометчиво похвастался перед Сильвией высоким положением своего отца в нацистской Германии. Прислушиваясь к разговорам дочери с ухажером и сопоставляя факты, Герман понял, что отцом его потенциального зятя является Эйхман. О своих догадках мужчина рассказал сначала лидерам еврейской общины в Буэнос-Айресе, а затем представителям организации DAIA, являющейся аргентинским филиалом Всемирного еврейского конгресса. Обе структуры к большому разочарованию Германа не проявили должного интереса к предоставленным им сведениям. Возможно, причиной тому послужило противодействия аргентинских властей, не желавших новых репрессий.

Тогда эмигрант вступил в контакт с «охотником на нацистов» Тувьей Фридманом, который пытался поймать Эйхмана еще в Европе сразу после войны, и с прокурором Гессена Фрицом Бауэром, имевшим еврейское происхождение. По утверждению директора «Моссада» Иссера Хареля, именно Бауэр передал израильтянам полученные от Германа данные. Он не доверял немецкой юстиции, подозревая, что Эйхмана могут предупредить сочувствующие нацизму, поэтому обратился напрямую к наиболее заинтересованной стороне. На переговорах о репарациях в 1957 году Бауэр улучил момент и пообщался с главой израильской делегации. Затем уже МИД Израиля передал информацию в политическую разведку. Согласно альтернативной версии, в «Моссад» узнали об Эйхмане через Фридмана.

Как агент Малкин захватил нациста

По своим каналам моссадовцы выяснили, что после исчезновения нациста из Германии его супруга вторично вышла замуж и уехала в Аргентину. За домом «Клемента», на который указал Герман, была установлена слежка. Вероятно, чувствуя неладное, Эйхман сменил адрес и пропал из поля зрения. Однако в конце 1959 года вновь «засветился» перед израильскими агентами. После многодневных наблюдений, изучения документов о купле-продажи семейной парой нового дома, а также сравнения фотографий, у моссадовцев не осталось сомнений, что перед ними именно Эйхман, пусть постаревший и облысевший по сравнению с первой половиной 1940-х.

Операцию по задержанию и вывозу преступника в Израиль возглавил лично Харель.

Дальнейшие события известны по его книге «Похищение палача». Все прочие трактовки имеют неофициальный характер.

Итак, для участия в поимке «нациста №1» были отобраны наиболее подготовленные и физически крепкие из добровольцев, выразивших желание отправиться в рискованное путешествие. Все они горели желанием отомстить Третьему рейху. Харель приказал брать Эйхмана живым. Во главе группы были поставлен 33-летний Рафаэль Эйтан (он дожил до нашего времени и умер в глубокой старости в марте 2019 года). Проведение операции было приурочено к официальному визиту израильской делегации в Буэнос-Айрес на празднование 150-й годовщины независимости Аргентины. Поскольку между странами не существовало регулярного воздушного сообщения, вывезти Эйхмана предполагалось на самолете властей. Он должен был прилететь в Буэнос-Айрес 19 мая и вернуться обратно на следующий день.

В аргентинской столице агенты «Моссада» арендовали несколько домов и транспорт, наладили систему связи, проработали все детали под руководством Хареля. Всего к проведению операции были привлечены 30 человек. 12 из них поручалось захватить и вывезти нациста, на остальных возложили вспомогательные функции.

11 мая 1960 года сотрудники спецслужбы караулили Эйхмана на двух автомобилях. Как выяснили агенты в предыдущие дни, обычно немец приезжал с работы на автобусе около 19:00. В этот раз, однако, он задержался и прибыл лишь в 20:05. Уже было темно, а уличное освещение на работало. Включив карманный фонарик, 54-летний Эйхман направился в сторону дома. Задержание произвел 32-летний Питер Малкин. Когда нацист подходил к машинам моссадовцев, он окликнул его по-испански и совершил борцовский захват на шею сзади. Позже силовик признавался, что на проведение приема ему потребовалось 20 секунд.

Вышедшие из авто Эйтан и Авраам Шалом схватили упавшего на землю Эйхмана за руки и за ноги и втащили в салон. Там ему заткнули рот кляпом, крепко связали, надели на глаза темные очки и накрыли одеялом. Цви Аарони сказал по-немецки: «Сиди спокойно, или прикончим!»

Эндрю Нагорски писал в книге «Охотники за нацистами»: «Малкин все еще закрывал рукой рот Эйхману под одеялом, но когда тот кивнул, показывая, что понял приказ, убрал руку. В полной тишине они тронулись. Эйтан и Малкин пожали друг другу руки. Эйхман, который из-за проблем со зрением теперь носил очки с толстыми линзами, лежал совершенно неподвижно. По дороге на главную конспиративную квартиру они остановились, чтобы сменить номерные знаки. На время потеряли из виду второй автомобиль, но тот вскоре тоже подъехал и последовал за ними к вилле, где с нетерпением ждали остальные члены команды. Израильтяне занесли Эйхмана в одну из комнат на втором этаже, уложили на железную кровать и приковали за ногу к ее тяжелой раме. Затем его раздели и обыскали, чтобы удостовериться в отсутствии яда. Пленник утверждал, что, живя свободным человеком, давно от него избавился, однако врач все равно удалил ему все зубные коронки и осмотрел тело».

Под мышкой, где офицерам СС делали татуировку с группой крови, у Эйхмана оказался шрам. Он объяснил, что выжег цифры сигаретой, когда в конце войны попался американцам.

Благодаря этому в 1945 году его не смогли опознать.

Аарони провел допрос пленника на конспиративной квартире, пользуясь знанием языка. Эйхман не стал препираться и раскрыл свою личность. 13 мая разведчики оповестили об успехе операции правительство Израиля. Впоследствии они вспоминали, что испытывали в те дни сильное желание расправиться с Эйхманом на месте. Однако государству требовался громкий показательный процесс.

Сам Малкин так объяснял, почему не ликвидировал эсэсовца во время поимки: «Тогда все помнили бы, что это я убил Эйхмана. А что до его злодеяний, то кто бы вспомнил о них?»

«Мне хотелось узнать, как погибли моя сестра и ее дети, другие мои родственники. Хотелось уяснить себе, как появляются люди, подобные Эйхману. Я говорил с ним как с человеком, он же отвечал мне как нацистский офицер. Я понял, что все бесполезно — до его совести не докричишься. Вот он лежит передо мной в углу, с цепью на ноге — так что же мне, задушить его? К чему тогда сведется величие порученного мне дела», — вспоминал главный герой операции.

Как указывал в своей книге Харель, после допросов нацист в письменном виде признался в совершенных преступлениях и согласился на суд в Израиле.

Эйхмана вывезли в Израиль под видом раненого пилота

20 мая врач-анестезиолог Йона Элиан сделал Эйхману укол транквилизатора. Немца переодели в форму израильского пилота, доставили в аэропорт и при прохождении пограничного контроля выдали за Рафаэля Арнона, якобы пострадавшего в ДТП, которое моссадовцы предварительно подстроили. В ночь на 21 мая самолет с военным преступником на борту вылетел в Израиль. Три сотни нацистов тем временем искали Эйхмана по всему Буэнос-Айресу. Каково же было их удивление, когда 22 мая израильский премьер Давид Бен-Гурион заявил о том, что пропавший в Аргентине нацист находится в Иерусалиме и будет отдан под суд.

В ответ аргентинские власти обвинили израильтян в незаконном похищении и грубом нарушении суверенитета. Глава МИД Израиля Голда Меир принесла официальные извинения за нарушение закона, добавив при этом, что действия по захвату Эйхмана были оправданы ввиду исключительности совершенных им злодеяний.

Следствием громкого похищения явилась паника среди укрывшихся в Аргентине нацистов.

Опасаясь последовать за соратником, в Бразилию бежал доктор Менгеле. Его, впрочем, выследили и там. Но захват еще одного нациста вскоре после похищения Эйхмана в «Моссаде» сочли слишком рискованным.

Процесс по делу Эйхмана начался 11 апреля 1961 года. 15 декабря ему зачитали смертный приговор, признав его виновным в преступлениях против еврейского народа, против человечности и военным преступником, а в ночь с 31 мая на 1 июня 1962 года повесили в тюрьме.

«Да здравствует Германия! Да здравствует Аргентина! Да здравствует Австрия! С этими тремя странами связана вся моя жизнь, и я никогда не забуду их. Я приветствую свою жену, семью и друзей. Я был обязан выполнять правила войны и служил своему знамени. Я готов», — заявил Эйхман в своем последнем слове.

После казни тело нациста сожгли, а прах развеяли над Средиземным морем.