Пенсионный советник

Как построить столицу на чужой территории

315 лет назад состоялась битва при Нарве

Екатерина Шутова 30.11.2015, 14:58
Картина А. Е. Коцебу «Битва при Нарве» Wikimedia Commons
Картина А. Е. Коцебу «Битва при Нарве»

30 ноября 1700 года, 315 лет назад, состоялось одно из первых сражений Великой Северной войны между русской армией Петра I и шведской армией Карла XII. Отдел науки «Газеты.Ru» вспоминает подробности битвы, окончившейся тяжелым поражением русских войск.

«Ни одной деревни не уступим, хотя бы и до войны дело дошло»

В конце XVII века Шведская империя, символом которой был лев под тремя коронами, по праву считалась господствующей державой на Балтийском море. В ее владения входило все побережье Финского залива, часть южного побережья Балтийского моря и современная Прибалтика.

Когда в 1667 году скончался шведский король Карл XI, а на престол взошел его сын — пятнадцатилетний Карл XII, Датско-норвежское королевство, Саксония и Россия решили, что это обстоятельство позволит им реализовать свои территориальные претензии к великой державе. Так, Петр I намеревался отменить унизительные условия Столбовского мира. Столбовский мир — это договор, заключенный между русским царем Михаилом Федоровичем и шведским королем Густавом II Адольфом и положивший конец русско-шведской войне 1614—1617 годов. Согласно документу Россия уступала Швеции Ивангород, Ям, Копорье, Орешек, Корелу — то есть весь выход к Балтийскому морю. В течение долгого времени российские дипломаты пытались отменить условия Столбовского мира. «Ни одной деревни не уступим, хотя бы и до войны дело дошло», — решительно отвечали на это гордые шведские послы.

А иногда они просто прерывали переговоры, собирали вещи и уезжали домой.

Впрочем, юный Карл XII изо всех сил хотел подружиться с Петром I и не допустить войны: так, например, швед подарил российскому лидеру 300 пушек для Азовского моря. Летом 1700 года император отправил в Стокгольм грамоту со своими заверениями в дружбе. А спустя несколько дней в Москве было объявлено о начале войны со шведами. По словам современников, Петр I «весь отдался духу войны» и изо всех сил рвался в бой против Швеции. Началась Северная война, которая продлится до 1721 года.

«Есть некий сомнительный этический момент в истории с началом войны, — рассказал корреспонденту отдела науки «Газеты.Ru» доктор исторических наук Евгений Анисимов. — Саксония и России напали на Швецию внезапно, вероломно, что считалось в те времена недопустимым, осуждалось как недостойный поступок (да и позже — в 1941 году также было сказано о вероломном нападении Германии на СССР). Буквально накануне войны Петр не просто взял в подарок 300 пушек от Карла XII, но и принял шведское посольство, прибывшее в Москву с объявлением о вступлении на престол Карла. Он подтвердил все действующие на тот момент международные соглашения, заключенные между Швецией и Россией, включая договоры о границах. Более того, он послал в Швецию посольство А.Я. Хилкова, который вручил королю дружественную грамоту Петра чуть не в тот день, когда Россия объявила войну Швеции. Узнав через несколько дней о нападении России, Карл был в ярости — он приказал заключить Хилкова и его товарищей в тюрьму и на протяжении многих лет отказывался иметь дело с Петром как с государем, нарушившим принятую этику общения джентльменов и бывшего в глазах Карла клятвопреступником и обманщиком. Именно поэтому война тянулась так долго. Ко всему прочему Петр — еще до заключения мира со шведами — основал на отвоеванной шведской территории не просто город Санкт-Петербург, но в 1712 году объявил его столицей! И только спустя девять лет по Ништадтскому миру территория, на которой стоял Санкт-Петербург, стала де-юре российской!

Такого в мировой истории не бывало — построить столицу на чужой территории. Впрочем, политика — грязное дело».

Дисциплина и божья воля

По мнению Петра I, многочисленная российская армия была готова разгромить шведов. В то время отечественные войска насчитывали до 200 тыс. солдат, однако, как впоследствии признавался сам правитель, «в армии недоставало дисциплины, обучения и материального обеспечения». Шведские же военные, как пишут историки, были более подготовленными и выносливыми. Армию Карла XII поддерживала Лютеранская церковь, которая объясняла успехи шведских военных походов «волей божьей».

11 сентября 1700 года российские войска подошли к Нарвской крепости. По оценкам современников, армия, собиравшаяся разгромить шведов, насчитывала до 40 тыс. солдат. Впрочем, битва началась только поздней осенью — дело в том, что российским войскам пришлось ждать, когда им подвезут осадные орудия. Без конца лил дождь, в лагере стали распространяться болезни, солдаты пребывали в плохом расположении духа — им сообщили, что Карл XII окружил столицу Дании и датчане сдались, тем самым разорвав Северный союз — договор, заключенный между Русским царством, Речью Посполитой, Данией и Саксонией против Швеции в результате российской дипломатической миссии в Европу. Юный король Швеции оказался блестящим полководцем.

Кроме того, Карл XII прекрасно чувствовал себя даже в самых сложных походах, мужественно терпел боль, всегда сдерживал эмоции, обходился без алкоголя и не отвлекался на женщин.

«С капитуляцией или гибелью царя война была бы безвозвратно проиграна»

Вскоре отечественная армия была ошарашена еще одной неприятной новостью — Яков Гуммерт (родом эстляндец), капитан бомбардирской роты Преображенского полка, изменил Петру I, бежал в Нарву и доложил шведам о состоянии российских войск. Узнав об этом, Петр немедленно выслал из-под Нарвы всех офицеров шведской нации и определил их в другие полки. Доверие к иноземным военным было подорвано.

28 ноября отряд Шереметева принес Петру известие о наступлении шведов. Получив эту новость, самодержец в сопровождении генерал-фельдмаршала Ф.А. Головина и поручика А.Д. Меншикова уезжает в Новгород, оставив командование генерал-фельдмаршалу герцогу де Круа.

Таким образом, битва при Нарве, состоявшаяся 30 ноября, была проведена без царя.

«Нет оснований обвинять Петра в трусости — под стенами Азова он показал себя с самой лучшей стороны. Возможно, не зная воинских талантов Карла, он думал, что тот не решится сразу же атаковать превосходящие силы русских, а будет маневрировать, искать возможности соединиться с осажденным гарнизоном. Возможно, Петр, покидая лагерь под Нарвой, решил не рисковать, ибо с капитуляцией или гибелью царя война была бы безвозвратно проиграна. Несмотря на всю свою смелость, Петр всегда избегал ненужного риска», — пишет Евгений Анисимов в книге «Императорская Россия».

Ночью 30 ноября шведская армия выступила к русским позициям. Карл XII прекрасно знал, что в петровских войсках сильнее всего укреплен центр — и поэтому решил сосредоточить атаки на флангах. Король сам командовал шведской армией, предупредив своих солдат, что собирается прижать русских к крепости и сбросить их в реку.

Шведы получают викторию

Сам бой начался после полудня — шел сильный снег, и благодаря этому войскам Карла удалось совершить неожиданную атаку и прорвать оборону русской армии. Петровские войска были слишком растянуты, и поэтому их не спасло даже численное преимущество. Скоро прорыв линии обороны русских был уже в трех местах. В рядах петровских солдат началась паника. Воины стали убегать с поля боя в надежде спастись, но очень многие тонули в реке. Иностранные офицеры русской армии один за другим сдавались в плен. Только правый фланг, который защищали Преображенский и Семеновский полки, а также Лефортовский полк не отступили и продолжали оказывать сопротивление неприятелю. На левом фланге дивизия под командованием русского генерала Вейде Адама Адамовича также успешно отражала атаки шведов. Сражение продолжалось до поздней ночи.

На следующее утро российские полководцы приняли решение о капитуляции. Князь Долгоруков договорился о свободном проходе войск на правый берег с оружием и знаменами, но без артиллерии и обоза. Шведы заполучили 20 тыс. мушкетов, царскую казну в 32 тыс. рублей и 210 знамен. Потери русской армии составили около 7 тыс. человек убитыми, утонувшими и ранеными, включая дезертиров и погибших от голода и холода. В плену у шведов остались 700 человек.

«Итак, над нашим войском шведы викторию получили, что есть бесспорно, — писал о результатах битвы Петр I. — Но надлежит разуметь, над каким войском оную получили. Ибо один только старый Лефортовский полк был, да два полка гвардии были только у Азова, а полевых боев, паче же с регулярными войсками, никогда не видели: прочие же полки, кроме некоторых полковников, как офицеры, так и рядовые сами были рекруты. К тому ж за поздним временем и за великими грязями провианта доставить не могли, и единым словом сказать, казалось все то дело яко младенческое играние было, а искусства — ниже вида. То какое удивление такому старому, обученному и практикованному войску над такими неискусными сыскать викторию?»

Спустя 21 год, когда память о Нарвском поражении стала давним преданием, окончилась Северная война — а вместе с тем образовалась новая империя — Российская, обладающая мощной армией и флотом и имеющая выход в Балтийское море.

Интересно, что в книге «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» историк и публицист Николай Костомаров рассказывает о том, как однажды после Полтавской битвы Петр I пригласил к своему столу пленных шведских офицеров и провозгласил следующий тост: «Пью за здоровье моих учителей в военном искусстве!» Шведский фельдмаршал Реншильд спросил, кого император имеет в виду. Петр I уточнил, что имеет в виду шведов, в том числе и присутствующих здесь. «Ваше императорское высочество! Вы очень неблагодарны, раз так дурно поступаете со своими учителями», — оскорбился Реншильд.

По преданию, Петру I так понравился ответ Реншильда, что он велел тотчас же вернуть ему шпагу.