Gazeta.ru на рабочем столе
для быстрого доступа
Установить
Не сейчас

«Мы можем нанести удар по Ирану». Что стоит за заявлениями Израиля

Эксперт Сажин считает, что Запад и Израиль не смогут вести широкомасштабную войну в Иране

Пока западные страны пытаются вернуть Иран за стол переговоров по ядерной сделке, Тегеран рапортует о готовности произвести ядерное оружие в кратчайшие сроки. В ответ на это Израиль грозит атаковать Исламскую Республику для «сдерживания атома». «Газета.Ru» разбиралась, насколько высока вероятность перехода от обмена громкими заявлениями к полномасштабному военному столкновению.

К бою готовы

Израиль готов нанести удар по Ирану, чтобы остановить развитие иранской ядерной программы, заявил 26 июля израильский министр обороны Бени Ганц. «Иран — проблема всего мира, а не только частная проблема Государства Израиль. Мы можем нанести удар для сдерживания атома», — заявил Ганц.

Это не первое громкое заявление израильской стороны в адрес Ирана. Чуть больше недели назад начальник Генштаба Армии обороны Израиля Авив Кохави рассказал местным СМИ о подготовке тыла израильских Вооруженных сил на случай боевого столкновения с Ираном. Подготовку военного сценария против иранской ядерной программы Кохави назвал «моральным долгом» и вопросом национальной безопасности.

По убеждению израильского премьера Яира Лапида, Иран в принципе невозможно остановить дипломатическим путем.

«Единственное, что может остановить Иран, — это осознание, что свободный мир готов применить силу, если они продолжат развивать свою ядерную программу», — сказал Лапид в ходе совместной пресс-конференции с президентом США Джо Байденом.

С аналогичными заявлениями выступил и сам Байден — 13 июля политик дал интервью израильскому 12 каналу, в ходе которого его спросили о готовности применить силу в отношении Ирана, если Тегеран не оставит попыток разработать ядреное оружие. Байден, в уже привычной для себя манере, ответил утвердительно.

«В качестве крайней меры, да», — сказал американский президент, воздержавшись прочих спекуляций по этой теме.

Примечательно, что через несколько дней после выступления Байдена на израильском телевидении, глава стратегического совета Ирана по международным отношениям Камаль Харрази заявил, что у Тегерана имеется технический потенциал и возможности для производства атомной бомбы. Впрочем, чиновник не стал дальше повышать ставки и отметил, что окончательного решения от руководства страны по данной теме нет.

Слова Харрази косвенно подтвердил глава ЦРУ Уильям Бернс. По его данным, Иран в настоящее время не ведет работу над созданием ядерного оружия, хотя значительно нарастил возможности по обогащению урана.

Фоном для заявлений израильских и американских политиков служат непрерывные кибератаки на ядерные и промышленные объекты Ирана. В конце июня Исламская Республика пережила одну из крупнейших хакерских атак, которая парализовала работу одного из сталелитейных заводов. Ответственность за атаку взяла на себя хакерская группа Predatory Sparrow, деятельность которой связывали с официальным Тель-Авивом.

Вместе с тем Израиль активизирует усилия, связанные с диверсионно-разведывательными операциями. В начале июня стало известно, что в Иране задержали генерала Али Насири, который с 2017 года занимал должность руководителя службы защиты информации Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Его, как и несколько других высокопоставленных иранских чиновников, подозревают в шпионаже на Израиль.

Параллельно с хакерскими атаками и предполагаемыми диверсиями власти Ирана сталкиваются с убийствами ведущих специалистов, занятых в разработке ядерной программы.

Накануне был найден мертвым старший инженер-ракетчик КСИР Саид Тамардар Мутлак. До этого Тегеран заподозрил израильскую разведку «Моссад» в убийстве двух других ученых, связанных с иранскими ядерными разработками — Аюба Энтезари и Камрана Агамолаи, погибших с разницей в несколько дней при невыясненных обстоятельствах.

Ряд ближневосточных СМИ уверены, что теневая война может стать еще более интенсивной, поскольку стороны не могут прийти к компромиссу по ядерной сделке.

Впрочем, широкомасштабная война между двумя государствами едва ли возможна, рассказал «Газете.Ru» старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН Владимир Сажин.

«Израиль может атаковать ядерную инфраструктуру любыми средствами: либо прямым авиационным ударом по объектам, либо с помощью американцев. Широкомасштабной войны здесь не будет.

Высаживаться на территорию Ирана никто не будет, потому что это не Ирак. Армия Ирана по некоторым данным составляет 700-800 тыс. плюс силы сопротивления. Вести традиционную сухопутную войну против Ирана невозможно», — заявил Сажин.

Доцент Института общественных наук РАНХиГС, эксперт-востоковед Сергей Демиденко также считает, что полномасштабный военный конфликт между Ираном и Израилем невозможен ввиду географии и ряда технических причин.

«Между Ираном и Израилем сложно организовать регулярные боевые действия хотя бы потому, что у них нет общей границы. А воевать через Ирак, Сирию или Иорданию сложно. Относительно воздушной операции тоже возникает множество трудностей, поскольку тогда придется летать через Ирак или Иорданию, которые не обязательно предоставят Тель-Авиву такую возможность», — рассказал Демиденко «Газете.Ru».

В то же время со стороны Израиля возможны отдельные удары или диверсионные операции по объектам ядерной инфраструктуры Ирана, уверен эксперт-востоковед.

«Но даже два-три удара не решат проблему иранской ядерной программы. Объектов много, они масштабные, они защищены средствами ПВО. Поэтому, скорее всего, заявления израильского руководства надо рассматривать в качестве пропагандистского информационного шума, чтобы показать свою решительность в деле пресечения иранской ядерной программы», — сказал Демиденко.

По словам Демиденко, израильские силы также могут совершать отдельные вылазки на территорию Сирии чтобы ликвидировать высокопоставленных офицеров КСИР, но не более того.

Остановить неизбежное

Переговоры о возобновлении ядерной сделки стартовали в середине 2021 года и проходили в столице Австрии Вене. Однако уже в марте 2022-го стороны зашли в тупик, поскольку США отказались исключить из списка террористических организаций КСИР. Израиль приветствовал решение, но для Ирана вопрос носил принципиальное значение, поскольку «стражи революции» представляют собой элитную военно-политическую организацию, имеющую неограниченное влияние внутри страны.

В июне ситуацию удалось выправить верховному представителю Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозепу Боррелю, который посетил страну ради встречи с министром иностранных дел Ирана Хосейном Амир-Абдоллахианом. Тогда европейский дипломат объявил о возобновлении переговоров. С тех пор именно Боррель стоит во главе миротворческих усилий по деэскалации напряженности в регионе.

26 июля в газете Financial Times вышла программная статья Борреля под заголовком «Настало время спасти ядерную сделку с Ираном». В заметке дипломат говорит о значении СВПД в 2015 году, сожалеет о выходе из соглашения США под руководством экс-президента Дональда Трампа и призывает стороны к мирному урегулированию.

Кроме того, Боррель признался, что уже «положил на стол» текст нового соглашения, в котором подробно рассматривается механизм снятия санкций с Ирана, а также конкретные шаги для восстановления СВПД.

«Этот текст представляет собой наилучшую возможную сделку, которую я, как координатор переговоров, считаю осуществимой. Это не идеальное соглашение, но оно охватывает все существенные элементы и включает в себя с трудом достигнутые всеми сторонами компромиссы. Решения должны быть приняты сейчас, чтобы воспользоваться этой уникальной возможностью добиться успеха и высвободить огромный потенциал полностью реализованной сделки. Я не вижу никакой другой всеобъемлющей или эффективной альтернативы в пределах досягаемости», — написал Боррель.

Глава европейской дипломатии также упрекнул Вашингтон за «политически поляризованный» взгляд на сделку в преддверии промежуточных выборов в Конгресс, которое состоятся в ноябре 2022 года.

«Если сделку не удастся заключить, мы рискуем столкнуться с опасным ядерным кризисом на фоне перспективы усиления изоляции Ирана и его народа», — резюмировал Жозеп Боррель.

Главный переговорщик Ирана Али Багери Кани подтвердил, что Тегеран уже ознакомился с драфтом нового соглашения и через некоторое время предложит собственные корректировки «как по существу, так и по форме».

Впрочем, как считает доцент Института общественных наук РАНХиГС Сергей Демиденко, переговоры по иранской ядерной сделке могут продолжатся «вечность», поскольку за предшествующие годы стороны так и не достигли конкретных результатов.

«У Ирана скорее всего нет никаких технологических возможностей по созданию ядерного оружия. Когда иранские власти в 2003 году подписали Договор о нераспространении ядерного оружия, их начали обвинять в разработке ядерного арсенала. Но ни одна инспекция этого не подтвердила. И тогда возникла полумифологическая история о двухминутной готовности Ирана создать оружие массового поражения. И этой истории уже больше десяти лет», — объяснил Демиденко.

Владимир Сажин отмечает, что в действительности Тегеран не намерен производить ядерную бомбу в настоящий момент, поскольку это не является их основной целью.

«Они хотят достичь развития ядерной науки и технологий такого уровня, который мог бы позволить им при необходимости создать оружие в течение нескольких месяцев. Такие возможности представляют важный фактор иранской политики, потому что фактически и без ядерного оружия Иран может угрожать свои оппонентам», — заключил эксперт.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть