Телесность и моральная паника. Что россияне будут читать о политике в 2022 году

Как прошла главная книжная выставка России

Прослушать новость
Остановить прослушивание
В Москве прошла 23-я по счету ежегодная выставка интеллектуальной литературы non/fiction, на которой было представлено много новинок в области политической литературы на различные темы — от реформ Егора Гайдара до «моральной паники», русской эмиграции, денежно-кредитной политики США и цыганского быта. Корреспондент «Газеты.Ru» сходил на выставку и узнал настроения читателей.

Открытие выставки состоялось 2 декабря в Гостином дворе, куда с самого утра потянулись москвичи и гости столицы. Несмотря на коронавирусные ограничения, пространство выставочного комплекса заполнилось довольно быстро, и редкий книжный стенд не собирал вокруг себя публику.

Крупные издательства традиционно привлекали чуть больше внимания — презентации новинок проходили каждый день.

Так, издательский дом Высшей Школы Экономики презентовал книгу известного американского социолога Стэнли Коэна «Народные дьяволы и моральная паника» (1972). Работа Коэна, который пытался объяснить причины общественной паники на фоне новостей о погромах, стычках или насилии в школах, вновь стала актуальной на фоне массовых протестов в США.

Издательство Corpus не отставало по части новинок и также привезло много интересного материала, среди которого больше всего выделялась работа историка Натальи Конрадовой «Археология русского интернета». Конрадова работает в еще не до конца понятной российскому читателю сфере — археологии медиа. Однако это не мешает ей ставить понятные вопросы: как техноутопии и техноэнтузиазм формировали образы будущего, как исследование телепатии повлияло на развитие интернета? — спрашивает Конрадова.

Помимо книг на сугубо антропологические и социологические темы, многие издательства привезли в этом году новинки общественно-политической литературы. Очевидно, что вопросов накопилось много — а главное, что у некоторых авторов нашлись ответы.

На открытии «человека не было»

Одной из первых на ярмарке представили новую книгу заместителя шеф-редактора журнала «Родина» Семена Экштута «Если выпало в империи родиться».

Автор исследовал XIX век в истории Российской империи и попытался понять, как складывалось противостояние Империи и были ли те, кто по-настоящему служил Родине. Экштут прежде всего обратил внимание на исторические личности, которые долгое время оставались вне контекста традиционной историографии.

«История богаче, чем выдумки романистов. История замысловатее, драматичнее и многоплановее. На самом деле в истории так много всего…», — сказал автор во время презентации.

На вопрос «Газеты.Ru» о том, удалось ли автору выявить общую формулу взаимодействия власти и гражданина, Экштут ответил, что такой формулы не существует.

«Попытки вывести формулы применительно к истории доказали свою несостоятельность. Моя этическая позиция — нужно изыскивать все возможности для самореализации в предлагаемых обстоятельствах», — заявил автор.

Одна из черт текущей политической ситуации в России, по словам автора, заключается в росте амбиций, что Экштут называет «бедой нашего времени».

«У политических деятелей, которые чего-то достигли, и у тех, кто стремятся чего-то достичь. Если послушать ряд коллег, они чертовски недовольны. Что тебе лично не додали? По состоянию на сегодняшний день я вразумительного ничего услышать не могу», — заключил писатель.

Обсуждали Гайдара, слушали кофемашину

Обозреватель «Газеты.Ru» и журналист Андрей Колесников совместно с писателем Борисом Минаевым представили биографию Егора Гайдара, экономиста, государственного деятеля и реформатора.

Презентация прошла на «задворках» выставочного комплекса — между буфетом и проходной зоной. Специфическое расположение, впрочем, не помешало организаторам презентации собрать несколько десятков человек. Биография политика вышла в серии «Жизнь замечательных людей».

Борис Минаев попытался объяснить, почему фигура Гайдара и эпоха 1990-х все еще остаются явлениями, по которым в российском обществе нет консенсуса.

«Если с 1930-ми и 1950-ми годами общество разберется в течение ближайших десятилетий, то 1990-е — это зона полемики, которая будет продолжаться еще лет сто. У всех разное отношение к моменту распада СССР. Думаю, что, когда страна более-менее обретет идентичность в отношении вещей, что мы не просто что-то потеряли, а шли дальше, тогда и вспомним Гайдара»,

— сказал автор.

Андрей Колесников в свою очередь рассказал, должны ли современные политики, как когда-то делал Гайдар, писать книги и публиковать научные труды.

«Объяснять — важно, поскольку это одна из задач политика. Гайдара часто упрекали, что он выражался непонятным научным языком. Но он был блестящим популяризатором науки. Он объяснял свои действия настолько, насколько позволяло время. В самые напряженные годы реформ он выступал и писал статьи. Тогда была жесточайшая полемика и политическая борьба, но в этой полемике объяснялись многие вещи», — сказал Колесников.

Вопросы тела

На второй день выставки эксперты Фонда Общественное мнение провели презентацию серии книг «Социология пандемии». Коллектив авторов представил анализ проблем, с которыми столкнулись медицинское сообщество и малый бизнес; попытались ответить на вопрос, как изменилось экономическое поведение россиян, а также предложили свои трактовки новой «пандемической» реальности.

Один из аналитиков ФОМа, Артем Рейнюк, попытался объяснить «Газете.Ru», почему многие люди осторожно относятся к вакцинации и повсеместному введению QR-кодов.

«Существуют разные варианты ответа. Российское государство в последние годы старалось не вникать в вопросы тела. То есть телесность была за рамками интересов государства. Предполагаю, что влезание в эти вопросы может вызывать у людей агрессивную реакцию, в том числе спонтанную политизацию»,

— отметил Рейнюк.

Кино как политика

Известные кинокритики Михаил Трофименков и Денис Горелов представили свои новые книги «XX век представляет. Избранные» и «Дежавю. История России в очерках и кинорецензиях».

На презентации шла речь о том, как в кинематографе отразились исторические и политические процессы XX века. Авторы затронули и возросшую популярность ретроспектив советского кино. Денис Горелов предложил два возможных объяснения.

«В любом случае вопрос ностальгии по непрожитому присутствует. У нас с 2014 года — с ампутации Украины — произошел поворот на интровертное развитие. «Мы занимаемся только собой. Есть ощущение, что русская идентичность развивается по американскому направлению. Есть 146 млн [людей] между Брянском и Южно-Сахалинском, а остальные нас интересуют меньше», — рассказал писатель «Газете.Ru».

Михаил Трофименков, когда услышал вопрос о «языке современного российского кино», сказал, что «в России есть фильмы, но нет кино».

«Кино — это то, что фотографирует время. Ты можешь по немецкому кино 1920-х годов понять реалии Германии того времени. По самым жизнерадостным голливудским фильмам эпохи кризиса можно увидеть отпечаток 1930-х. По советскому кино мы видим СССР 60-х и 70-х. А когда смотришь современные российские фильмы, те фильмы, действие которых происходит здесь и сейчас, хочется спросить: где это происходит? Это началось с фильма «Такси-блюз» (Павел Лунгин, 1990 год — «Газета.Ru»). Это было хорошо сделано и разыграно, но я не понимал, в какой стране это происходит».

«В 99% фильмов, действие которых происходит в России, я не понимаю, где это, что это и кто это», — заключил критик.

«Рухнули универсальные критерии культурного арбитража, — добавил Горелов. — Если в XX веке на кинофестиваль можно было отбирать работы из разных стран и можно было понятно, где величина, а где — не очень, потому что общие правила и устремления были очевидны, то сегодня каннский конкурс с картинами о том, как мужчины осознают гомосексуальность, и где арабы осознают приверженность халифату, просто не может быть универсальным. По этой причине резко падает внимание к «Оскару». Пропали общие универсальные правила. В этой ситуации верить в наш молодой кинематограф, что он установит эти правила — значит давать слишком большие авансы».

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть