«Главное — ничего не сломать»

Российские саперы едут разминировать Пальмиру

,
Михаил Воскресенский/РИА «Новости»
Российские саперы отправились на операцию по разминированию Пальмиры, которую сирийская армия отбила у террористов ИГ. Их ждет специфическая работа по разминированию в условиях города — к тому же в большей мере состоящего из памятников архитектуры.

Начальник Генштаба Валерий Герасимов объявил об отправке в Сирию российских саперов, которые займутся разминированием Пальмиры, отбитой у «Исламского государства» (группировка запрещена в России и других странах. — «Газета.Ru»). В начале недели стало известно об отправке первой, а в среду, 30 марта, — о второй и третьей группах саперов и кинологов, которые вылетели в Сирию с подмосковного аэродрома Чкаловский.

Таким образом Москва выполняет обещание, которое дал президент Владимир Путин в ходе телефонного разговора с сирийским лидером Башаром Асадом.

«Министерству обороны Российской Федерации дано поручение оказать максимальное содействие сирийской стороне в разминировании освобожденных территорий с учетом их значимости для мировой культуры», — говорилось в материале пресс-службы Кремля.

Саперные работы будут вести специалисты из Международного противоминного центра (МПЦ), созданного при Министерстве обороны в 2014 году, — и это будет «первая заграничная миссия» подразделения. Ранее саперы МПЦ работали на Керченской переправе, где очищали территорию от мин времен Второй мировой перед началом строительства моста в Крым.

Сложность предстоящих работ связана в первую очередь с тем, что найденные бомбы необходимо будет именно обезвреживать, а не уничтожать — так как взрывы могут повредить находящиеся в Пальмире памятники древности.

Военный эксперт Олег Валецкий, занимавшийся разминированием территории Югославии, в беседе с «Газетой.Ru» подчеркнул, что работа саперов в городских условиях — сложнее, чем на других типах местности.

«Это сложнее хотя бы по той причине, что в городах тяжелее работать с миноискателем из-за большой загрязненности металлом. Часто используется управление по кабелю, поэтому закладки находятся на очень большой глубине и миноискатели их могут вообще не обнаружить», — говорит Валецкий.

Эксперт отметил, что особую сложность при работе в городе могут представлять радиоуправляемые бомбы, против которых необходимо использовать специальные блокираторы — джаммеры.

«Часто применяются радиоуправляемые устройства — хорошо, если на базе радиостанций и мобильных телефонов, тогда они легко блокируются. Но если они делаются на базе кодируемых устройств, то блокируются они гораздо тяжелее», — отмечает эксперт.

Один робот вместо 20 саперов

Саперы вылетели с одного из аэродромов Московской области на транспортном Ан-124 вместе со спецмашинами, миноискателями и радиолокаторами. Источник агентства РИА «Новости» подчеркнул, что снабжение саперов рассчитано на их автономную работу — кроме собственно саперной техники в Сирию отправлены «электрогенераторы, многоместные палатки, станция очистки воды».

Отдельным самолетом в Сирию отправят саперные робототехнические комплексы. В распоряжении у российских инженерных войск есть несколько видов роботов и самоходных саперных установок. По данным СМИ, в Сирию точно будут отправлены многофункциональные комплексы «Уран-6».

«Уран-6» — это гусеничная бронемашина на дистанционном управлении. Специалист получает сигнал с установленных на ее корпусе видеокамер.

На корпус крепится различное оборудование в зависимости от типа саперных работ: бойковые, катковые или фрезерные тралы. Управление осуществляется с пульта, который может находиться на расстоянии до километра.

«За счет установки соответствующей специальной аппаратуры комплекс может проделывать проходы в минных полях или расчищать от взрывоопасных предметов крупные участки местности», — писало в 2015 году «Военное обозрение» по итогам выставки инноваций ЮВО. Кроме уничтожения мин, «Уран-6» также может кроме всего прочего разбирать завалы.

В ходе разминирования машина двигается со скоростью менее 5 км/ч и при обнаружении мины воздействует тралом на снаряд и инициирует его подрыв, принимая ударную волну на себя. При взрыве «Урал-6» не получает существенных повреждений и может продолжать работу.

Эта машина способна очистить полосу шириной 1,6 м вне зависимости от типа используемого трала, что, как говорят разработчики, эквивалентно работе 20 саперов. В 2014 году при помощи системы «Уран-6» очищали от мин горные районы Чечни, где робот-сапер уничтожил 50 снарядов.

Специалист по разминированию Олег Валецкий сказал «Газете.Ru», что система «Уран-6» подходит и для работы в Пальмире — у саперов есть возможность использовать робота без подрыва взрывных устройств.

«Роботизированный комплекс должен просто извлечь взрывное устройство для последующего обезвреживания.

Это страховка жизни сапера», — говорит Валецкий.

Для пожаротушения в условиях разминирования российские саперы используют комплекс «Уран-14». Как и «Уран-6», он перемещается на гусеницах. Робот может работать в условиях высоких температур и опасности подрыва необезвреженных мин — когда есть опасность для работы пожарных.

«Уран-14» рассчитан на тушение объекта сплошной пенной струей на дальности от 25 м с напором в 2000 л в минуту. Струю извергает ствол-монитор, который может поворачиваться в любую сторону без необходимости маневра. При необходимости этот робототехнический комплекс можно подключить к внешнему источнику воды — к гидранту или к обычному пруду.

Широко известна система разминирования УР-77 «Змей Горыныч», созданная в 1977 году на базе самоходной гаубицы 2С1 «Гвоздика».

Прозвище установки связано со спецификой ее работы: УР-77 запускает удлиненный заряд разминирования, вызывающий ударную волну и разрывающий все снаряды на проходе шириной 6 м и длиной 80–90 м.

По данным открытых источников, одна машина может нести два снаряда разминирования. На перезарядку уходит 30–40 минут.

Подмосковные саперы против арабского «хендмейда»

Основной же силой при выполнении этой задачи станут специалисты Международного противоминного центра, который базируется в подмосковном Нахабино. Там же находится и 766-е Управление производственно-технологической комплектации (766 УПТК) — предприятие, которое производит «Уран-6», «Уран-14» и боевые комплексы БМРК.

По мнению Олега Валецкого, российские военные саперы обладают достаточной квалификацией для работы в Сирии, и в Пальмире в частности.

«Так как российские саперы имеют практику работы в горячих точках, естественно, среди них много достаточно опытных людей для этой задачи. Как и в любой армии, которая воюет или сталкивается с взрывными устройствами», — говорит Валецкий.

При этом, подчеркнул эксперт, в этой работе крайне важно учитывать региональную специфику.

«Специфика работы в таких странах, как Сирия и Ирак, в большом количестве так называемых самодельных взрывных устройств, которые они делают на базе взрывчатых веществ домашнего приготовления», — поясняет Валецкий.

По словам Валецкого, в этих взрывных устройствах нередко применяется нитрат аммония, в то время как поисковые собаки инженерных войск, как правило, натренированы вынюхивать лишь тротил и гексоген.

«В Пальмире саперы будут работать просто в режиме поиска данных устройств — понятно, что они ничего не будут там взрывать. А если будут — то накладными зарядами», — уверен аналитик.

У российских военных саперов накопился существенный опыт работы в зоне вооруженных конфликтов, в том числе за рубежом. Кроме Северного Кавказа, они разминировали и другие горячие точки, например в зоне боевых действий в бывшей Югославии.

Экс-командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак рассказал «Газете.Ru» об одном из эпизодов, связанных с разминированием, в котором принимал участие его сын Олег.

«В 1994 году его взвод стоял на одном посту в Югославии, и вокруг были минные поля — и хотя там были флажки, которые запрещали заступать, но одному солдату захотелось нарвать яблок. Он полез, и тут-же раздался взрыв — ему оторвало ступню. И мой сын, лейтенант, догадался бросить ему шнур, раненый солдат привязал его за руку, и его вытащили след в след, как он шел. Ему крикнули, чтобы он захватил свою ногу: срочно загрузили его в машину, повезли в госпиталь, и он до сих пор с ногами и пляшет», — рассказал Шпак.