Слушать новости

Им желали приятной прогулки. Как Москва отразила «таранный удар» люфтваффе

80 лет назад немецкая авиация впервые атаковала Москву

Прослушать новость
Остановить прослушивание
В ночь на 22 июля 1941 года нацистская авиагруппировка из двух сотен самолетов совершила первый налет на Москву. Историки сравнивают эту атаку с «таранным ударом» в сердце страны. К удивлению немцев, их встретила мощная система ПВО города. Имея до конца 1941 года господство в воздухе, люфтваффе так и не смогли разрушить важнейшие объекты в Москве и вызвать панику среди населения.

Спустя месяц после начала Великой Отечественной войны нацистская авиация впервые совершила первый массированный налет на Москву.

«Ускорить катастрофу русских»


13 июля 1941 года командир 8-го авиакорпуса генерал В. Рихтгофен заявил, что «ускорить катастрофу русских» поможет воздушный налет на Москву, населенную 4 млн жителей. Однако, согласно немецким планам, использование авиации для разрушения городов должно было состояться не раньше, чем наземные войска достигли бы своих оперативных целей.

И хотя к середине июля они не были достигнуты, уже 14 июля Гитлер сформулировал для люфтваффе новую задачу: «...Нанести удар по центру большевистского сопротивления и воспрепятствовать организованной эвакуации русского правительственного аппарата».

К участию в московской спецоперации были привлечены четыре из пяти немецких авиакорпусов, действовавших на Восточном фронте. Группировку авиации, способную достичь Москвы, составили из частей, действовавших от Прибалтики до западной Украины, к ней также были присоединены резервные части из Франции. Не тронуты были только силы люфтваффе в Заполярье и на юге Украины. Ответственным за организацию налетов был назначен командир 2-го авиакорпуса генерал Бруно Лёрцер.

20 июля 1941 года командующий 2-м воздушным флотом генерал-фельдмаршал А. Кессельринг провел совещание с командирами в связи с предстоящим рейдом. По его словам, русская авиация была уже практически разгромлена и оказать серьезного сопротивления не в состоянии. По воспоминаниям участника нападения на город, немецкого летчика фельдфебеля Л. Хавигхорста, Кессельринг так обратился к экипажам люфтваффе перед вылетом:

«Мои авиаторы! Вам удавалось бомбить Англию, где приходилось преодолевать сильный огонь зениток, ряды аэростатных заграждений, отбивать атаки истребителей. И вы отлично справились с задачей. Теперь ваша цель — Москва. Будет намного легче.

Если русские и имеют зенитные орудия, то немногочисленные, которые не доставят вам неприятностей, как и несколько прожекторов. Они не располагают аэростатами и совершенно не имеют ночной истребительной авиации. Вы должны, как это всегда делали над Англией при благоприятных условиях, подойти к Москве на небольшой высоте и точно положить бомбы. Надеюсь, что прогулка будет для вас приятной. Через четыре недели войска победоносного вермахта будут в Москве, а это означает конец войне...»

Как указывает известный исследователь авиации Второй мировой войны Дмитрий Хазанов в книге «1941. Война в воздухе. Горькие уроки», экипажам нацистских самолетов определили конкретные цели, на которые предполагалось сбросить осветительные, зажигательные и фугасные авиабомбы. Бомбардировщики эскадры KG55 наносили удар по Кремлю, МОГЭСу, зданию ЦК ВКП(б), эскадры KG53 — по Белорусскому вокзалу и фабрике им. Клары Цеткин, KG4 — по мостам в западной и северной части столицы. Авиаторов снабдили подробными картами города масштабов 1:25 000 и 1:40 000, а также фотопланшетами. Наиболее опытные экипажи брали на борт новейшие бомбы массой 2500 кг.

По данным Дмитрия Хазанова, на сохранившейся в сбитом немецком самолете карте Москвы были отмечены все крупные авиазаводы: № 1 им. Авиахима, № 22 им. Горбунова и № 24 им. Фрунзе. Он полагает, что сведения о многих целях для бомбометания были получены немцами еще до войны от сотрудников германского посольства и торгпредства, а также от пилотов авиакомпании «Люфтганза», совершавших регулярные рейсы по маршруту Москва — Берлин. Кроме того, отмечает историк, еще в мирные дни в Москву и область абвер заслал агентов-сигнальщиков, которые оказали существенную помощь экипажам люфтваффе.

Налет

«Налет на Москву в ночь на 22 июля напоминал таранный удар. В 21 ч с линии Рославль — Смоленск от постов ВНОС поступили первые данные о появлении в воздухе большой авиагруппы противника, 195 самолетов (по советским данным, их было 220) засветло взлетели с аэродромов Брест (Тересполь), Барановичи, Бобруйск, Дубинская и др. При этом 127 машин шли компактной группой, выдерживая направление Вязьма — Гжатск — Можайск. С наступлением темноты на маршруте полета специальные команды разложили костры, служившие экипажам ориентирами. На подступах к городу самолеты рассредоточились и проникали к назначенным им целям с разных направлений», — восстанавливает ход событий Дмитрий Хазанов.

С советской стороны нацистские летчики противостояли силы Московской зоны ПВО. Входящий в нее 1-й корпус ПВО защищал непосредственно Москву и имел на конец июля 1941 года более 1000 зенитных орудий и более 300 пулеметов, около 600 прожекторов и более сотни заградительных аэростатов. С воздуха город защищал 6-й истребительный авиационный корпус ПВО, имевший на вооружении ко дню налета люфтваффе около 600 истребителей, более половины — самолеты новых типов.

Два полка ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи) включали по четыре батальона каждый, и в каждом полку предусматривалось развертывание 304 постов.

В 22 часа 20 минут 21 июля 1941 года вражеская авиация обрушилась на город. Удивлению немцев не было предела, когда они встретили сплошную стену разрывов от выстрелов зенитных орудий, ослепляющий вал прожекторного света и аэростаты на высоте 4500 метров (англичане не поднимали свои выше 2000).

Якобы несуществующие ночные советские истребители выполнили 173 вылета. В 25 боях они сбили 12 немецких самолетов и многие повредили. По другим данным, в ту ночь люфтваффе потеряло 22 самолета.
Прорвавшиеся к Москве вражеские бомбардировщики, несмотря на активное противодействие служб ПВО, сбросили за 4 часа атаки на город 104 тонны фугасных бомб, а также более 46 тыс. зажигательных. В результате чего были полностью разрушены 37 жилых домов, завод «Москватоль», склады, мастерские, два пищевых комбината. Частичные разрушения получили заводы «Серп и молот», «Динамо», фабрика «Трехгорная мануфактура» и многие другие объекты. Возникло несколько разрушительных пожаров (всего 1166 очагов, 38 — на военных объектах), в том числе на Белорусском вокзале. Только к девяти часам утра пожары удалось локализовать, а в течение следующего дня — потушить.

Одна из бомб пробила свод Георгиевского зала Кремля и не взорвалась. По разным оценкам, получили ранения от 662 до 792 человек, 130 москвичей погибли.

Удар отражен

Несмотря на явное превосходство люфтваффе в воздухе, советская сторона сочла себя выигравшей, и не без основания. Большинство историков сходятся во мнении, что Москва оказалась очень хорошо подготовлена к противовоздушной обороне, а страшный удар немецкой авиации был отражен вполне успешно. ПВО города оказалась более развитой, чем у Берлина и Лондона вместе взятых.

В московском метрополитене были организованы бомбоубежища для больших скоплений людей, а все москвичи прошли подготовку по воздушной охране. Из 200 тыс. добровольцев было сформировано 13 тыс. пожарных дружин. Витрины были забаррикадированы мешками с песком или досками, соблюдалось строгое затемнение, движение транспорта сведено к минимуму. Не пожалели и усилий по маскировке — были детально переработаны очертания почти всего города. Площадь Свердлова и Большой театр с воздуха выглядели как группа домиков. Стены Кремля стали похожи на стоящие в ряд дома, золотые купола церквей были окрашены в зеленый цвет. Крупные улицы покрыли зигзагообразные линии, напоминающие сверху крыши домов. Все узнаваемые места города, в том числе излучины реки Москвы, скрыли за разнообразными бутафорскими конструкциями.

Что было дальше

Битва за Москву на земле начнется только через два месяца с лишним — 30 сентября 1941 года, но не прекратится в столичном небе.

Уже в следующую ночь (на 23 июля 1941 года) командование люфтваффе вновь бросило на город около 200 бомбардировщиков и около 15 из них потеряло. Значительные повреждения получил московский метрополитен. Крупная бомба прошила перекрытие тоннеля на перегоне между станциями «Смоленская» и «Арбат», другая попала в эстакаду метромоста, а третья разорвалась у входа в вестибюль на Арбатской площади. Пострадали более 100 человек, из которых 60 погибли. На лестнице эскалатора случилась паника, которая и привела к наибольшим жертвам. На восстановление работы метро ушло два дня. В дальнейшем поврежденный участок был продублирован на значительной глубине и стал частью Арбатско-Покровской линии.

До конца оборонительного периода битвы за Москву налеты продолжались. Почти каждую ночь на город направлялись от 150 до 250 самолетов, каждая атака длилась до 6 часов. При этом люфтваффе несло значительные потери — до 10 и более процентов летающих машин.

Согласно сводке Главного управления МПВО НКВД, только за первый месяц бомбардировок Москвы с 21 июля по 22 августа люфтваффе сбросило на город 531 фугас, из них не разорвались и были обезврежены по меньшей мере 124.

При этом за все время бомбардировок преимущественно деревянной советской столицы было разрушено лишь два процента зданий, что можно считать примером успешной работы советских авиаторов, зенитчиков и всех служб ПВО в целом.

Ответ на удары с воздуха по Москве не заставил себя долго ждать. С 7 августа по 5 сентября 1941 года дальняя советская авиация совершила серию авианалетов на столицу гитлеровской Германии. Нацисты спокойно пропустили бомбардировщики СССР к ярко освещенному Берлину, приняв их за свои. И после еще долго не могли поверить, что их бомбят не англичане.

Слаженная система советской обороны помогла сорвать все попытки врага разрушить столицу СССР с воздуха. Лучшие бомбардировочные эскадры люфтваффе были разгромлены под Москвой. Врагу был нанесен такой ущерб, что ему пришлось отказаться от планов посеять панику и нарушить работу городского хозяйства и оборонных предприятий. Уже в конце ноября — начале декабря 1941 года число налетов резко сократилось, а с апреля 1942 года они прекратились почти совсем. С весны 1942 года московские летчики-истребители продолжили борьбу с вражескими разведчиками, вели бои на больших высотах. Опасность для города сохранялась до самого Дня Победы.

Поделиться:
Подписывайтесь на наш канал @gazeta.ru в Telegram
Подписаться
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть