«Погибнем не одни»: как СССР «напал» на Америку

40 лет назад в США ошибочно объявили ядерную тревогу

40 лет назад американские военные зафиксировали ядерную атаку СССР по США. Ответного удара не последовало. Военным удалось оперативно разобраться в ситуации и определить сбой программы. Как выяснилось, Советский Союз вовсе не собирался нападать на Америку. Будить президента Джимми Картера не пришлось.

9 ноября 1979 года мир в течение нескольких минут находился под угрозой ядерной войны. В 3 часа ночи американские военные получили информацию о том, что СССР нанес массированный удар по территории США. Срочно был разбужен советник президента по национальной безопасности Збигнев Бжезинский. Момент был критический – и требовалось в экстренном порядке доложить о происходящем главе государства Джимми Картеру.

Самое любопытное, что семью годами ранее СССР и США подписали договор об ограничении систем противоракетной обороны, предварявший все последующие соглашения о сокращении стратегических наступательных вооружений.

Центром напряжения 40 лет назад стала гора Шайенн в штате Колорадо, глубоко в недрах которой в укрепленном бункере располагается командный пункт Центра объединенного командования воздушно-космической обороны Северной Америки (NORAD).

Именно туда в 3 часа утра по местному времени поступил сигнал о том, что СССР нанес массированный ядерный удар: к США якобы летели 2,2 тыс. советских баллистических ракет.

«Если бы это было правдой, то через полчаса я, мои близкие, Вашингтон и значительная часть Америки прекратили бы свое существование. Я хотел быть уверен, что мы погибнем не одни», — рассказывал Бжезинский в своей биографии, вышедшей в 2011 году.

На пусковые установки межконтинентальных баллистических ракет Minuteman пришла команда подготовки к запуску. Полученные сведения не на шутку разволновали военных. Была объявлена тревога по всей системе противовоздушной обороны, как минимум десять перехватчиков немедленно поднялись в воздух. Также взлетел самолет президентского воздушного командного пункта, правда, без самого президента на борту.

В течение нескольких минут после поступления сигнала о нападении военными были проверены исходные данные, поступившие со спутников раннего предупреждения и радаров, окружающих территорию США. Другие центры воздушно-космической обороны, однако, дали понять, что туда никакой информации о советской атаке не поступало.

И тревога была отменена. Всем самолетам, в том числе борту №1, приказали вернуться на аэродромы.

По версии журналистов, причиной инцидента стала тренировочная лента, которую загрузили в главный компьютер по ошибке. Однако в ходе расследования выяснилось, что причиной ложной тревоги стала ошибка одного из офицеров командного центра ВВС, который запустил учебно-тренировочную программу, имитирующую полномасштабное советское нападение, на компьютере, включенном в единую систему командования NORAD, которая и стала причиной объявления всеобщей тревоги. В дальнейшем такую возможность исключили, физически разъединив учебную и боевую системы.

Президент Картер узнал о ночном ЧП лишь утром. Как объяснил ему министр обороны Гарольд Браун, ложные предупреждения об угрозе практически неизбежны. Хотя человеческий фактор, добавил он, не позволит ситуации выйти из-под контроля.

Просочившаяся в СМИ информация об инциденте не могла не вызвать резонанса в СССР. И последовала соответствующая реакция: Леонид Брежнев через советского посла в США Анатолия Добрынина попытался донести до руководства США свою озабоченность инцидентом.

Случившееся вынудило Брежнева отправить Картеру тайное письмо, в котором сообщалось, что ошибочное предупреждение «чревато большой опасностью».

Особенно не понравилось генеральному секретарю ЦК КПСС, что в момент сигнала о мнимой ядерной атаке не знали высшие военные чины США и президент.

«Я думаю, вы согласитесь со мной, что в таких делах не должно быть ошибок», — подчеркнул Брежнев.

Официальный представитель Госдепа Маршал Шульман, комментируя инцидент, отметил, что «ложные предупреждения такого рода не редкость».

Поскольку отношения между США и СССР в конце 1970-х годов были сложными, характер ответного послания вызвал острую дискуссию в администрации Картера. Победили сторонники жесткой линии.

Шульман оказался прав: в дальнейшем ложные угрозы повторялись неоднократно. Так, 3 июня 1980 года на командные пункты США вновь поступило предупреждение о ракетном нападении, а на пусковые установки Minuteman — команда подготовки к запуску. Экипажи стратегических бомбардировщиков заняли свои места в самолетах, но и теперь сведения не подтвердились. Позднее было установлено, что причиной инцидента стал сбой одной микросхемы в компьютере, что привело к отображению случайных чисел вместо количества запущенных ракет.

26 сентября 1983 года недавно поставленный на боевое дежурство спутниковый эшелон советской системы предупреждения о ракетном нападении выдал сообщение об атаке со стороны США. Возможно, советское военное руководство не дало команды на нанесение ответного ядерного удара, так как считалось, что нападение США должно иметь массированный характер, чтобы вывести из строя советские командные пункты и уничтожить большую часть ядерного потенциала страны, а запуск всего лишь нескольких ракет не укладывался в эту картину.

В 1998 году стало известно, что тревога была признана ложной решением оперативного дежурного подполковника Станислава Петрова.

25 января 1995 года норвежские ученые при поддержке американцев произвели запуск самой крупной до сих пор метеорологической ракеты с острова Аннея у побережья Норвегии. Ракета, предназначенная для изучения северного сияния, поднялась на высоту более 580 км. При наблюдении российским радаром траектория этого полета оказалась сходной с траекторией американской ракеты Trident II (D5), запущенной с борта подводной лодки. Такая ракета могла использоваться для высотного ядерного взрыва, что временно вывело бы из строя российские радары системы предупреждения о ракетном нападении.

Запуск норвежской ракеты поставил мир перед угрозой обмена ядерными ударами между Россией и США.

На следующий день президент Борис Ельцин заявил, что он впервые задействовал свой «ядерный чемоданчик» для экстренной связи с военными советниками и обсуждения ситуации.

Однако начальник Генштаба Михаил Колесников позже признал, что предупреждение из Осло пришло за три недели до инцидента.