Слушать новости

«Люди падали в море»: как погибла «Лузитания»

105 лет назад немецкая подлодка потопила «Лузитанию»

Прослушать новость
Остановить прослушивание
7 мая 1915 года немецкая подводная лодка U-20 торпедировала у берегов Ирландии британский пассажирский лайнер «Лузитанию». Корабль затонул в течение 18 минут. Погибли 1198 человек из 1958, находившихся на борту. Случившееся настроило общественное мнение многих стран против Германии, а также в конечном счете способствовало вступлению США в Первую мировую войну.

Самый быстроходный лайнер на Атлантике

На рубеже XIX и XX веков в Великобритании в сфере трансатлантических перевозок конкурировали две судоходные компании — White Star Line и Cunard Line. Визитной карточкой первой из них были проекты «Олимпик», «Титаник» и «Британик». Они поражали современников размерами, высоким уровнем комфорта и роскошью, но обладали средними скоростными характеристиками. Каждый из трех лайнеров походил на целый город, имея бассейн, хамам, спортзал и другие развлечения. Лайнеры Cunard Line — «Лузитания», «Мавритания» и «Аквитания» — имели меньше удобств и уступали в размерах, зато значительно превосходили корабли-конкуренты по скорости.

Эти пароходы называли «гончими океана». Они постоянно соперничали с немецкими аналогами за Голубую ленту — почетный приз, присуждаемый океанским лайнерам за рекорд скорости при пересечении Атлантики. Так, «Лузитания» в 1909 году побила державшееся семь лет достижение немецкого судна «Кронпринц Вильгельм». Ей удалось достичь Северной Америки за 4 дня 16 часов и 40 минут, следуя со средней скоростью в 25,85 морских узлов (47,87 км/ч).

Свое название «Лузитания» получила от древнеримской провинции в западной части Пиренейского полуострова. При этом по соглашению с британским правительством, выделившим часть средств на постройку судна, оно в любое время могло быть реквизировано под военные нужды. С началом Первой мировой данное право приобрело особую актуальность. Начиная с 1914 года, современные пассажирские теплоходы переоборудовались в транспорты для переброски воинского контингента или в плавучие госпитали.

До поры «Лузитанию» не трогали из-за большого расхода угля, что делало ее эксплуатацию военными слишком затратной.

Она оставалась одним из немногих лайнеров, курсировавших по Атлантике и перевозивших людей из Старого Света в Новый и обратно. Тем не менее, с целью уменьшить расходы от «Лузитании» добились сокращения ежемесячных рейсов. Четыре ее котла были запечатаны: отныне максимальная скорость корабля-рекордсмена не превышала 21 узел (39 км/ч). Но даже теперь «Лузитания» оставалась самым быстрым коммерческим лайнером в Атлантическом океане. Любую подлодку она превосходила в среднем на 10 узлов или 19 км/ч. Военные присвоили лайнеру статус вспомогательного крейсера.

Немецкие дипломаты пытались спасти пассажиров

24 апреля 1915 года «Лузитания» прибыла в Нью-Йорк из Ливерпуля, выполнив свой 201-й рейс. Руководство корабельной командой осуществлял капитан Уильям Тернер, называвший себя «морским волком старой закалки». Перед обратным рейсом посольство Германии в США сочло нужным предупредить пассажиров о высоком риске и настойчиво рекомендовало воздержаться от путешествия, опасаясь тяжелых последствий. В Атлантике вовсю шла неограниченная подводная война: Германия и Великобритания стремились нарушить атлантические коммуникации друг друга и установить морскую блокаду. Пока что враждующие стороны, как правило, нападали на военные суда, но доставалось и коммерческим. До атаки подлодки U-20 на «Лузитанию» немцы успели потопить несколько британских пароходов. Особо жестокую охоту они развернули у Британских островов.

Разный подход к практике подводной войны привел к разногласиям среди германского командования. Противником подобной тактики был кайзер Вильгельм II, в то время как гросс-адмирал Альфред фон Тирпиц призывал подводников не знать пощады к любым кораблям неприятеля.

29 апреля 1915 года немецкие дипломаты распространили рядом с пирсом №54 компании Cunard Line в Нью-Йорке, у здания посольства в Вашингтоне, а также в американских газетах заявление следующего содержания: «Путешественникам, намеревающимся пересечь Атлантику, мы напоминаем, что Германия и ее союзники находятся в состоянии войны с Британией и ее союзниками, что военная зона включает в себя воды вокруг Британских островов, а также что в соответствии с официальным предупреждением правительства суда, идущие под флагом Британии или любого ее союзника, могут быть атакованы и уничтожены без предупреждения, а пассажиры этих судов, путешествующие в зоне военных действий, делают это на свой страх и риск».

И все же капитан Тернер принял решение выйти в море. Отплытие состоялось 1 мая, а 5 и 6 мая в адмиралтейство поступали известия о потоплении немецкой субмариной U-20 под командованием Вальтера Швигера трех кораблей. Получив предупреждение о том, что подлодка неприятеля орудует у южного берега Ирландии, Тернер принял все меры предосторожности. Он распорядился закрыть водонепроницаемые двери, задраить все иллюминаторы, удвоить количество наблюдателей, расчехлить спасательные шлюпки.

Как атаковала подлодка U-20

7 мая «Лузитания» старалась держаться ближе к суше. Ее капитан ошибочно полагал, что немецкие подлодки опасны только в открытом море и не посмеют напасть возле берега. Около 13:00 лайнер заметил один из матросов U-20. А в 13:40 о приближающемся судне с четырьмя трубами и двумя мачтами доложили капитану Швигеру. Он рассмотрел «Лузитанию» в перископ и принял решение атаковать цель. Встреча «охотника» и жертвы произошла во многом случайно. Подлодка к тому моменту израсходовала большую часть топлива и планировала возвращаться на базу, обойдя Ирландию с восточной стороны. Тернер, напротив, во избежание встречи с врагом скорректировал курс за несколько часов до трагедии.

Попадание в густой туман примерно в 30 морских милях (48 км) от ирландского берега явилось причиной снижения «Лузитанией» скорости до 18 узлов. До промежуточного пункта назначения — порта Куинстаун (ныне Коб) — оставалось 43 мили (70 км), когда в 14:10 правый борт лайнера поразила торпеда, попав под капитанский мостик.

Впередсмотрящий Лесли Мортон лишь успел крикнуть: «Торпеда по правому борту!»

Взрыв взметнул столб обломков стальной обшивки и воды. Сразу последовал второй, более мощный внутренний взрыв, после чего «Лузитания» начала сильно крениться на правый борт.

Радист безостановочно посылал сигнал бедствия. Капитан Тернер приказал покинуть судно, пытаясь развернуть его и посадить на мель. Лайнер продолжал движение, из-за чего вода быстрее поступала внутрь. Через шесть минут бак «Лузитании» начал погружаться. Крен на правый борт сильно усложнял спуск спасательных шлюпок. В итоге удалось спустить только шесть лодок — остальные смыло в море. Несмотря на принятые капитаном меры, лайнер не дошел до берега. На борту поднялась паника.

Рассматривая тонущую «Лузитанию», Швигер обратил внимание на густой дым и сильные разрушения палубы и надстроек. Немецкие моряки предположили, что взрыв торпеды вызвал детонацию угольной пыли или взрыв значительного количества боеприпасов, которые находились в трюме в районе угольных бункеров. Эта точка зрения стала общепринятой в Германии. Впоследствии министр морского флота Тирпиц отмечал в мемуарах:

«Немедленная гибель «Лузитании» была вызвана вторым взрывом погруженных в трюмы боеприпасов».

Согласно же официальной версии британцев, «Лузитания» погибла в результате взрыва двух немецких торпед. Ответственность за гибель пассажирского корабля была возложена на командование германских военно-морских сил, которое разрешило капитанам подводных лодок без предупреждения нападать на мирные суда.

В 14:25 Швигер опустил перископ и ушел в море. На «Лузитании» тем временем взрывались котлы и рушились трубы. Судно прошло еще около 2 миль (3 км) от места торпедной атаки, оставляя за собой шлейф из обломков и выпавших людей. В 14:28 лайнер опрокинулся килем вверх и затонул в 8 милях (13 км) от Кинсейла.

Что вспоминали о трагедии выжившие русские пассажиры

На место гибели роскошного корабля начали прибывать другие суда: английские пароходы «Этониан» и «Сити оф Эксетер», американский танкер «Наррагансет», английский крейсер «Джуно». Самым смелым оказалось греческое грузовое судно «Катарина», которое подобрало большую часть выживших людей. Также отвагу проявили рыбаки с побережья Ирландии, которые увидели крушение судна и приплыли спасать пассажиров. Они нашли и вытащили из воды капитана Тернера, проведшего в воде три часа.

Из 1958 пассажиров и членов команды, находившихся на борту, погибли 1198, включая трех германских безбилетников, обнаруженных в самом начале рейса. Жертвами катастрофы стали около 100 детей. Из 33 младенцев спасти удалось лишь шестерых. Тела почти 600 пассажиров так и не были найдены. Примерно 10% погибших имели американское гражданство. Опасаясь вступления США в войну, кайзер Вильгельм II потребовал от своего ВМФ оставить в покое пассажирские суда.

Подлодка U-20 еще не вернулась в доки Вильгельмсхафена для заправки и пополнения запасов, когда по всему миру пронеслась волна негодования из-за вероломной атаки. Много писали о трагедии в русской прессе. К примеру, «Биржевые ведомости» сопоставляли потопление «Лузитании» с катастрофой «Титаника».

«Если с внешней стороны сравнение это уместно, какая полярность во внутренней сути! «Титаник» натолкнулся на бессмысленную ледяную глыбу, «Лузитания» — на осмысленный шедевр культуры; гибель «Титаника» проявила высшие качества человечества, гибель «Лузитании» – низшие. Путь от «Титаника» к «Лузитании» — путь от неба к аду», — констатировала газета.

А «Русские ведомости» приводили количество подданных Российской империи на злополучном лайнере — 62 человека, половина из которых погибла. По данным Чрезвычайной следственной комиссии, на пароходе было 82 русских пассажира, и спастись удалось 20-ти.

Девять из них возвращались в Россию как запасные и подлежащие очередному призыву. Иван Тарасевич рассказывал газетчикам о взрыве торпеды следующее:

«Это случилось как раз тогда, когда большинство пассажиров стало выносить свой багаж из кают на верхние палубы, ибо капитан парохода сообщил, что мы в 6-ти часах езды от Ливерпуля.

Я видел, как одна дама с ребенком в отчаянии бросилась в воду и стала медленно тонуть. Как теперь вижу двух женщин, цепко ухватившихся за бревно, отколовшееся от борта парохода, и моливших о спасении. Их вместе с сотнями других жертв засосала образовавшаяся воронка воды».

Московская газета «Русское слово» 24 мая опубликовала очерк 37-летнего Юдко Бланкмана из Бердичева. Он рассказывал, что в своем отделении 3-го класса не слышал о предупреждении германцев. Там обратили внимание только на то, что «Лузитания» шла очень медленно, делая не более 17 узлов в час вместо обычных 24-х.

«В субботу, 6 мая, около 2 часов дня, после завтрака, я уснул в своей каюте. Проснулся я от страшного толчка. В то время я ничего не понял. Мне пришел в голову случай с «Титаником», и я подумал, что с нашим пароходом произошло какое-то несчастье. В каюте было темно. Я бросился к электрической кнопке, но лампочка не зажигалась. Надо мной были слышны свистки, крики и топот сотни людей. Плач женщин и детей смешивался с ревом сирен. Я понял, что произошло что-то страшное», — делился впечатлениями Бланкман.

По словам подданного Российской империи, в спешке ему пришлось бросить в ящике стола $1200, которые он заработал в Америке и вез семье в Киев. На палубе, писал Бланкман, «творилось нечто неописуемое». Яркое солнце освещало пароход и около тысячи обезумевших людей, метавшихся с одного борта на другой.

«Замешательство публики и некоторая растерянность команды, мне кажется, сыграли роковую роль в напрасной гибели сотен людей, — продолжал он. — Пассажиры бросились к спасательным шлюпкам. Люди падали в море, а лодки, наткнувшись на них, разбивали несчастным головы. Между тем, «Лузитания» погружалась все больше и больше. Неожиданно раздался второй ужасный взрыв паровых котлов. В воздух полетели трубы, куски железа, все обволокло дымом. В этот момент я, зажмурив глаза, головой вниз бросился в воду. На мне был спасательный пояс. Сколько времени я находился под водой – сказать не могу. Мне казалось, что прошла целая вечность. Когда я очутился на поверхности воды, «Лузитания» исчезла, а кругом на огромном пространстве плавали сотни людей, оглашая море душераздирающими криками».

Будучи хорошим пловцом, Бланкман сумел спастись, был подобран и выхожен местными рыбаками. По приезде в Петроград его вызвали в министерство иностранных дел, где расспрашивали о том, было ли на «Лузитании» оружие. По одной из версий, капитан Тернер невольно подставил своих пассажиров, тайно перевозя в трюмах 4,2 млн винтовочных патронов. Выжившие с «Лузитании» указывали, что взрывов было два. Но капитан субмарины Швигер утверждал, что выпустил лишь одну торпеду. Как написал он в судовом журнале, причиной второго взрыва мог стать «котел, уголь или порох».

В июне 1915 года посольство Австро-Венгрии в США направило в Госдепартамент «конфиденциальное письмо». Австрийские дипломаты подробно показали, как взрывчатые вещества американского химического концерна «Дюпон» были погружены на борт «Лузитании» в трюмные носовые помещения. Это были сорокафунтовые ящики, обшитые холстом, похожие на упаковки с сыром. Однако прямых свидетельств перевозки вооружения через Атлантический океан, равно как и фактов переделки каких-либо помещений лайнера под другие цели, не существует.

Русские пассажиры позже вспоминали, что в день их прибытия в Ливерпуль состоялось несколько манифестаций с английскими и русскими флагами.

Возмущенная толпа разгромила 150 магазинов, принадлежащих немцам. Нападения на немецкие предприятия продолжились и на следующий день.

По всей Англии прокатилась волна германских погромов. Расклеивались листовки с подробным описанием «варварской жестокости немцев». Через несколько дней после трагедии администрация президента США Вудро Вильсон вручила немецкому послу Иоганну Берндорфу ноту, в которой резко осуждалось «ничем не спровоцированное жестокое нападение на гражданское безоружное судно, повлекшее за собой человеческие жертвы». В личном ответном письме Вильсону кайзер Вильгельм II приносил соболезнования американскому народу. Одновременно отмечалось, что «Лузитания» являлась вспомогательным крейсером британского флота, то есть комбатантом.

Капитан Тернер дожил до 1933 года и умер от рака в возрасте 76 лет, а капитан Швигер погиб осенью 1917-го в результате попадания подлодки на мину. Ему было 32 года, и он успел потопить 49 кораблей.

Поделиться:
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть