Пенсионный советник

«Выпускников к ЕГЭ не готовил»

Рассказ об анализе, целью которого было понять, каких студентов МГУ получил благодаря ЕГЭ

Лектор: 01.10.2009, 15:58
ИТАР-ТАСС

Сотрудники кафедры общей химии химфака МГУ провели анализ, целью которого было понять, каких студентов университет получил благодаря ЕГЭ. Доктор педагогических наук Вячеслав Загорский рассказывает о результатах этого исследования.


Идею министра образования о перепроверке итогов вступительных экзаменов мы с коллегами фактически реализуем уже более десятка лет в форме вводного тестирования первокурсников и старшеклассников. Каждый год в сентябре кафедра общей химии химического факультета МГУ встречает почти тысячу студентов смежных факультетов, а в Специализированный учебно-научный центр МГУ (СУНЦ МГУ, интернат имени А. Н. Колмогорова) поступают в 10-е и 11-е классы около 150 новых учащихся.

За судьбой своих школьников и студентов я наблюдаю около 20 лет (см. работы «Интеллектуальные олимпиады: куда уходят «юные дарования», «Русский журнал», и «Личностные аспекты научной миграции из России», электронный журнал «Исследовано в России», 67, стр. 760–768, 2003 г.).

Видно, что результаты экзаменов и олимпиад не связаны напрямую с успешной научной деятельностью

Тем не менее тестирование является важной частью образовательной технологии как средство оперативной обратной связи.

До сих пор мы проводили тестирование не с целью «перепроверки», а для быстрого знакомства с уровнем знаний новых школьников и студентов. Поэтому сами тесты обычно анонимны для респондентов — нас интересуют не персональные данные, а среднее по классу или студенческой группе знание отдельных разделов школьного курса. Простые тесты с фиксированной выборкой ответов наиболее удобны именно для таких исследований. Использование их в качестве контрольно-измерительных материалов для индивидуального оценивания представляется нам сомнительным.

Наши тесты отличаются от части А ЕГЭ: при вполне егэшных формулировках вопросов на каждый из них предлагается 5 ответов, из которых правильным может быть не один, а от одного до четырех.

Ранее мы с коллегами неоднократно выступали против ЕГЭ, критикуя прежде всего его содержание (см. работы: «Единый государственный экзамен — как испортить хорошую идею», Загорский В. В., Менделеева Е. А., Морозова Н. И; «Единый государственный экзамен: Как мы «поиздевались» над нашими школьниками», «Химия в школе», № 3, 2002, с.11–13; «ЕГЭ: путь к всеобщему усредненному», «Караван ЕГЭ идет — по граблям или по плану?»). В сентябре 2009 года мы смогли сравнить знание основ химии первокурсниками, зачисленными в МГУ на основании уже обязательного единого экзамена, с итогами прошлогоднего зачисления по «классическим» университетским вступительным экзаменам.

В отличие от абитуриентов студенты свой «повторный ЕГЭ» выполняют без напряжения, зная, что результат не влияет на их судьбу. Потому и результаты ниже официального единого экзамена, что, как рассказал ректор МГУ Виктор Садовничий, произошло на двух факультетах — механико-математическом и вычислительной математики и кибернетики.


В своем исследовании мы не повторяли летний ЕГЭ, а проводили тестирование, совершенно аналогичное тому, которое выполнялось год назад. Поэтому наши данные можно сопоставлять и анализировать. Кстати, в течение ряда лет студенты в таких тестах показывают результаты, не превышающие 75% от максимального, хотя за два месяца до тестирования они сдавали сложные вступительные экзамены по химии. Даже в первом задании не все студенты правильно выбирают простые вещества из предложенного списка. Мы считаем, что это нормальный эффект сентябрьского «расслабления» после напряженного абитуриентского лета.

В течение первой учебной недели в сентябре 2008/2009 и в сентябре 2009/2010 учебного года нами были протестированы несколько сотен студентов ряда факультетов МГУ, которым предстояло изучать курс общей и неорганической химии для нехимических специальностей.

В обоих случаях студентам предлагали два варианта теста.

Первый вариант предназначен для студентов, не сдававших вступительный экзамен по химии (ЕГЭ по химии в 2009 г.). Он создан на основе «Примерной программы основного общего образования по химии», темы «Вещество», «Химическая реакция», «Элементарные основы неорганической химии» для выпускников 9-го класса.

В нашем сравнении мы использовали данные тестирования студентов 1-го курса географического факультета МГУ (178 человек в 2008 г., 88 человек в 2009 г.). Второй вариант основан на «Примерной программе среднего (полного) общего образования по химии» и демоверсиях ЕГЭ. Он предназначен для студентов, сдававших вступительный экзамен по химии (ЕГЭ по химии в 2009 г.). Приведены данные по тестированию этим вариантом студентов факультета почвоведения МГУ (77 человек в 2008 г., 77 человек в 2009 г.). К сожалению, тестирование студентов химфака в 2008 г. не проводили, поэтому по ним сравнительных данных нет. Кроме того, приведены данные по первокурсникам факультета биоинженерии и биоинформатики — на этом факультете большинству первокурсников в 2009 г. были зачтены вместо ЕГЭ результаты побед в олимпиадах по химии.

Результаты первокурсников-географов 2008 и 2009 годов практически одинаковы.

В 2008 г. тест выполнен в среднем на 57%, в 2009 г. — на 58%. Погрешность результатов (стандартное отклонение) составляет 6%. Одинакова и способность респондентов находить все решения в тестах, содержащих несколько правильных ответов, — мы условно называем ее «креативностью». Эта «креативность» составила в 2008 г. 60%, в 2009 г. — 62%. Практически одинаково и выполнение тестов по всем 10 задачам.

Гораздо интереснее сравнить результаты тестирования студентов, сдававших «классические» вступительные экзамены в 2008 г., с результатами тестирования «егэшного» первого курса. Но у почвоведов — тоже никакой разницы!

Выполнение теста по задачам тоже практически одинаковое (в пределах стандартного отклонения 7%), см. рис. 2.


Бесполезно сравнивать знания респондентов на основании сравнения балов ЕГЭ и нашего тестирования, поскольку баллы ЕГЭ не отражают его выполнения в процентах; пересчет технических результатов в 100-балльную шкалу нелинейный. Средние 72 балла ЕГЭ по химии соответствуют 51 техническому баллу из 66, или 77%. В 66 технических баллов входят и баллы за часть С — задачи с развернутым решением, которых нет в наших тестах.

Из приведенных результатов следует вполне очевидный вывод: замена «классических» экзаменов на ЕГЭ не отразилась на исходных знаниях химии студентами-первокурсниками в 2009 году.

На факультете биоинженерии и биоинформатики, где вместо ЕГЭ по химии можно было засчитывать победу в олимпиаде, мы сравнили баллы тех, кто поступил по ЕГЭ и по олимпиаде (химия). Малое число студентов на факультете приводит к большому стандартному отклонению — не менее 15%. Различия в этих пределах следует считать малозначимыми.

Студенты, поступившие по олимпиадам, выполнили вводное тестирование лучше, однако эта разница находится внутри диапазона допустимой погрешности.

На перечисленных факультетах мы не обнаружили студентов, баллы которых по ЕГЭ и по нашему тесту существенно различались.

Общий итог: по крайней мере, на естественных факультетах МГУ нет большого смысла делать «повторный ЕГЭ». Наши исследования исходных знаний химии на основе тестов показали, что первокурсники 2009 года хорошо адаптированы к тестовой форме контроля. Их способность решать более сложные задачи выяснится в процессе учебы и на сессии.

В то же время как учитель СУНЦ МГУ я (ВЗ) с коллегами практически не готовил своих выпускников именно к ЕГЭ. Основное внимание в 11-м классе мы уделяли задачам «классических» экзаменов и олимпиад. В результате наши школьники поступали в МГУ в основном по олимпиадам, т. е. на основании решения нормальных задач. Из разговоров с первокурсниками мы узнали, что примерно так же их готовили учителя в тех российских школах (иногда расположенных весьма далеко от Москвы), которые традиционно снабжают МГУ хорошо подготовленными студентами.

Вячеслав Загорский, доктор педагогических наук; старший научный сотрудник
Наталья Маряхина, Мария Дуброва — выпускницы факультета почвоведения