Газета.Ru в Telegram

«Свобода слова не дала еды»

Нищета и диктатура. Как живет Тунис после Арабской весны

Одной из главных причин, которые вывели граждан Туниса на улицы, стали экономические трудности и прежде всего — безработица, особенно среди молодежи. В 2010 году, накануне Жасминовой революции, которая положила начало Арабской весне, уровень безработицы в 10-миллионном государстве достиг 13%. Но последствия протестов и свержения власти по масштабам бедствия значительно превзошли эти проблемы. В этой части проекта «Газеты.Ru» «Цена Арабской весны» мы расскажем о том, как в Тунисе прошли десять лет после революции.

Спустя годы момент всепоглощающей радости и освобождения сменился отрезвлением. Небольшая страна изо всех сил все еще пытается найти свой собственный путь, несмотря на экономический застой, постоянную коррупцию и резкую политическую и культурную поляризацию.

«Говорят, теперь у нас есть свобода слова. Может, это и хорошо. Но для других, не для нас. Не для бедных. Свобода слова не дала нам достаточно еды», — цитирует Independent 33-летнего Самара.

Безработица, ставшая одним из спусковых крючков к протестам в Тунисе, за последние 11 лет только выросла. Буквально в первые годы после революции она достигла практически рекордных 19%, после чего плавно снижалась. С 2015-го и в последующие годы она держалась между 15% и 16%, и в последние годы кривая снова резко пошла вверх.

В прошлом году безработица в Тунисе достигла 18,4%, причем подавляющее большинство всех нетрудоустроенных — молодые люди.

Этот процесс накладывается на рост цен: индекс потребительских цен с 2010 по 2022 год вырос с примерно 85 до 148 пунктов. Продовольственная инфляция только в апреле 2022-го составила 8,7%, уровень общей инфляции за месяц достиг 1,4%.

Структурные проблемы в экономике страны видны и по уровню ВВП. До 2010 года ВВП в натуральном исчислении планомерно рос, и за 10 лет, с 2000 по 2010-й, он увеличился больше, чем в 2 раза: с $21,47 млрд до $44,05 млрд. После революции прирост замедлился, а затем и вовсе стал снижаться. В 2020 году ВВП достиг $39,24 млрд.

Еще более драматически эти цифры выглядят в процентном измерении. Например, в 2000 году прирост ВВП составлял 4,7% в год, в 2010-м — 3,5%. В год, наступивший после революции, прирост ВВП достиг минусового показателя — минус 1,7%. После непродолжительной стабилизации этот показатель достиг минимальных значений — минус 9,2% в 2020 году.

Переломить тенденцию к сокращению экономики помешала пандемия COVID-19, поскольку туризм занимает значимую часть источников пополнения бюджета страны.

Экономическая ситуация вновь и вновь выводит людей на улицы. Последние крупные волнения прошли в январе 2022 года — в день 11-й годовщины бегства из страны президента Зин аль-Абидина Бен Али. Демонстранты пытались прорваться через блокированные улицы, что привело к столкновениям с сотрудниками правопорядка. Полиция в ответ применила против демонстрантов водометы и газовые шашки.

И такие случаи не редкость. В 2017 году ситуация также чуть было не вышла из-под контроля.

Отличие нынешних протестов заключается в том, что в них все более отчетливо к экономическим требованиям добавляются политические. Демократия, установившаяся в Тунисе после свержения Бен Али, оказалась хрупкой, а компромисс держится исключительно на основе договоренностей, а не на разрешении политических противоречий.

Демократизация не удалась

После завершения Жасминовой революции прошли первые в истории страны демократические выборы. В октябре 2011 года к власти пришла умеренно-исламистская партия «Ан-Нахда», тесно связанная с международным движением «Братья-мусульмане» (организация запрещена в России). Спустя пару месяцев Тунис получил временного президента — им стал Монсеф Марзуки. Но политические разногласия среди партий, прошедших в Учредительное собрание, помешали политикам сформировать текст новой конституции и организовать досрочные выборы.

К 2013 году под шквал критики попала и «Ан-Нахда» — партию стали обвинять в причастности к политическим убийствам, которые произошли в республике. Все это в конечном итоге привело к новым протестам — на этот раз направленным против тех, кто пришел к власти на волне революции.

Летом 2013-го в Тунисе был запущен национальный диалог, целью которого стало преодоление политического кризиса. В результате в январе 2014 года в Тунисе появилось новое временное правительство и была принята конституция. В октябре прошли парламентские выборы, на которых победила светская партия «Нидаа Тунис» (Призыв Туниса»), в декабре к власти пришел президент Бежи Каид эс-Себси.

Эс-Себси был вынужден считаться с парламентом — поправки к конституции от 2014 года предполагали существенные ограничения полномочий президента. Большинство в парламенте все еще удерживала «Ан-Нахда».

Ситуация резко меняется после смерти Эс-Себси в 2019 году. На выборах тогда победил независимый кандидат Каис Саид. Эксперты связывают такой исход голосования с тем, что тунисцы устали от правительства «Ан-Нахды», которому так и не удалось провести реформы, чтобы справиться с теми проблемами, из-за которых началась революция.

С приходом к власти Саид приступил к реставрации президентских полномочий. В этих целях была установлена тесная коммуникация с командованием армии и полиции.

К 2021 году усталость народа от «Ан-Нахды» достигла своего пика, на улицах тунисских городов начались многочисленные акции протеста. 25 июля Саид отстранил от власти премьер-министра, а также некоторых членов правительства. Работа парламента была приостановлена — работу депутатов блокировали военные.

К началу 2022 года вся законодательная и исполнительная власть была сосредоточена в руках Каиса Саида. В январе и феврале ряд бывших членов правительства были задержаны.

В феврале Саид принял ряд мер, направленных на дальнейшую монополизацию власти: 6 февраля он упразднил Верховный совет, а 13-го — реорганизовал судебную систему. Теперь количество членов Верховного судебного совета сокращено с 48 до 21 человека, 9 из них президент назначает лично. Кроме того, президент получил право отстранять судей.

Таким образом, революция, поднявшаяся против авторитарного режима, привела к формированию нового авторитарного режима. Пока что Саид пользуется поддержкой населения, однако удастся ли ему сохранить доверие избирателей в условиях надвигающегося на страну финансового кризиса, вопрос открытый.

Террористы на марше

Существенно пострадал Тунис и из-за роста экстремизма. Из-за политической и экономической нестабильности, по приблизительным оценкам, 6 тыс. граждан присоединились к «Исламскому государству» (ИГ, организация запрещена в России). Этот показатель является одним из самых высоких по концентрации граждан одной страны в структуре террористической организации.

С 2010 по 2022 годы Тунис пережил несколько террористических атак, целями которых в основном стали объекты туристической инфраструктуры — это также оказало негативное влияние на важный для страны турсектор экономики.

В 2013 году смертник подорвался возле отеля Ryadh Palms в популярном у иностранцев городе Сус. В результате действий смертника пострадавших не было. В тот же день спецслужбам удалось предотвратить второй теракт — в Монастире.

В 2015 году Тунис потрясли сразу два крупных теракта. В марте боевики планировали захватить парламент, однако это им не удалось. Тогда террористы обстреляли автобусы, которые находились возле музея «Бардо». Им удалось пробраться внутрь здания и взять в заложники более 40 человек. В результате атаки 21 человек погиб, еще 39 пострадали.

В июне того же года вооруженный боевик подплыл к пляжу в городе Сус, ворвался на территорию отелей «El Mouradi Palm Marina» и «Riu Imperial Marhaba» и расстрелял всех встречных отдыхающих. Пострадали более 70 человек, 39 погибли. Большинство погибших были из Британии, также жертвой теракта стала 54-летняя россиянка Татьяна Хоменко. Ее дочь была ранена в ногу, но ей удалось спастись.

За обе трагедии ответственность на себя взяла ИГ.

В 2019 году произошел двойной теракт — возле туристического центра столицы Туниса и возле здания Национального контртеррористического управления. Погибли 9 человек.

В 2020 году два террориста напали на патруль полиции рядом с посольством США. Боевики совершили самоподрыв, они погибли. Ранения разной степени тяжести получили 6 человек, среди них — 1 мирный житель.

За десятилетие, предшествовавшее революции, теракт в Тунисе случился лишь однажды — в 2002 году возле синагоги на острове Джебра взорвался грузовик. Тогда погиб 21 человек.

«Фамилия Буазизи кажется проклятием»

17 декабря 2010 года уличный продавец Мохаммед Буазизи в небольшом тунисском городке Сиди-Бузиде совершил акт самосожжения в знак протеста против произвола властей, которые часто конфисковывали его товары или штрафовали. Этот отчаянный поступок всколыхнул весь Ближний Восток, а сам Буазизи на долгое время стал символом бесправия простых граждан Туниса, которые оказались выброшены на обочину экономической жизни страны.

Однако время не пощадило память о герое. Сначала он стал символом революции — в его родном городе Сиди-Бузид был установлен его гигантский портрет перед штаб-квартирой правительства.

Спустя более чем 10 лет Буазизи «вышел из моды» — как и пиетет к революции, им запущенной. Семья молодого торговца фруктами переехала в Канаду и разорвала практически все связи с Тунисом и родным городом.

Теперь же Буазизи тоже символ, но не революции, а трагедии, случившейся на рубеже 2010-2011 годов и последующих лет после бегства Бен Али из страны.

Каис Буазизи, двоюродный брат Мохаммеда, в 2020 году говорил газете The Guardian: «Теперь город Сиди-Бузид и фамилия Буазизи кажутся проклятием».

Буквально через несколько дней после бегства Бен Али из Туниса волнения начались в соседней Ливии. О том, как они привели к убийству Муаммара Каддафи и кровопролитным гражданским войнам – в следующей части спецпроекта «Газеты.Ru» «Цена Арабской весны».

Дальше вы перейдёте на сайт нашего партнера