Пенсионный советник

Трусы проголосуют за Маккейна

Политические убеждения американских граждан оказались связаны с индивидуальными физиологическими особенностями

Алексей Петров 19.09.2008, 15:23
Reuters

Политические предпочтения американцев достоверно коррелируют с чувствительностью к страху. Чем сильнее человек боится мышей или пауков, тем более консервативных взглядов он придерживается.

Политики, проводя очередную выборную кампанию, до сих пор взывают к разуму избирателей и часто обращаются к урокам истории и опыту сограждан, убеждая принять тот или иной политический курс.

Как показывает научный опыт, многие из людей, до последнего не способных отдать свой голос и на которых подобная агитация направлена в первую очередь, на самом деле заранее «запрограммированы» своим подсознанием на тот или иной выбор. Потому миллионы долларов, потраченные на агитацию, на самом деле не гарантируют эффективности.

Более того, на это самое подсознание тоже не так уж просто повлиять.

«Запрограммированная» реакция на то или иное политическое событие зависит от лимбической доли головного мозга, а точнее, от способа её активации. Причины многообразия ученым детально не известны, так что большинство исследований сводится исключительно к демонстрации связи между конкретными физиологическими особенностями и политическими предрасположенностями.

Статья Джона Хиббинга из Университета Небраска-Линкольн, опубликованная в Science, не стала исключением, хотя и приятно отличается своей оригинальностью. Психолог оценивал состояние подопытных, исходя не из их собственных ответов, а с помощью объективных приборов, благо чувство страха, на котором он решил сфокусировать свое внимание, такой оценке поддается. Выбор Хиббинга не случаен: известна связь между чувством отвратительного и политической позицией людей, это же касается и боязни получить физические повреждения. Все это связано с чувством страха, в мире животных отвечающим за выживаемость, а в мире людей и за социальное поведение, часть которого — регулярный выбор вожака, будь то президент, директор или же управдом.

Так что связь с политическими убеждениями вовсе не иллюзорна, да и физиологические проявления этого чувства легко отследить.

Это быстрые движения сгибающих и разгибающих мышц уже в первые миллисекунды, позволяющие нам практически мгновенно сомкнуть веки, защищая глаза, или отпрянуть всем телом от падающего кирпича. Затем сигнал поступает в стволовую часть мозга, запуская норадренергические реакции голубого тела. После этого ацетилхолин стимулирует выброс эфедрина, активизирующего всю вегетативную нервную систему. Этот принцип работает для всех без исключения: у специально обученных морпехов и коммандос он ничем не отличается от пятилетнего ребенка, трясущегося от страха при виде кактуса в темноте. Различия заключаются лишь в самом восприятии угрозы, а точнее, в индивидуальной чувствительности к сигналам.

Первоначально команда Хиббинга провела телефонный опрос жителей города Линкольн в штате Небраска на предмет основательности их политических убеждений. После чего сорок шесть самых рьяных и уверенных «счастливчиков» вне зависимости от их политических убеждений пригласили для участия в эксперименте.

Сначала все испытуемые прошли дополнительные тесты, призванные охарактеризовать их политические взгляды, особенности характера и некоторые демографические признаки (для того чтобы впоследствии скорректировать результаты в зависимости от возраста и пола). В эти анкеты входило около двадцати политических вопросов, позиция по которым сильнее всего объясняется индивидуальным чувством страха и чувствительностью к угрозам, освещаемым журналистами. Например, респонденты должны были ответить, поддерживают ли они:

увеличение бюджета на укрепление военной мощи, проведение несанкционированных обысков в офисах компаний и домах людей, смертную казнь, Закон о борьбе с терроризмом в США, покорность и патриотизм нации, школьные молитвы, войну в Ираке и, наконец, принятие библейских истин в качестве главных жизненных ориентиров.

Кроме того, необходимо было отметить, выступают ли подопытные против оголтелого пацифизма, иммиграции, контроля распространения оружия, поддержки иностранных государств, стремления к компромиссу, половой жизни до брака, однополым бракам, абортам и порнографии.

При этом авторы работы не имели намерений в ходе теста разделить людей на демократов и республиканцев — приведенные пункты, с которыми люди могли согласиться или нет, должны были выявить среди добровольцев всерьез опасающихся разрушения современных устоев американского общества и не приветствующих изменений в современном политическом курсе.

После этого ученым оставалось только измерить чувствительность людей к страху.

В этом им помогла электрической проводимости человеческой кожи, которая значительно меняется с потоотделением. Потоотделение же — один из признаков сильного испуга. Такие тесты являются частью рутинной процедуры исследования на детекторе лжи. Пугали «счастливчиков» страшными картинками: в набор из тридцати трех изображений были подмешаны три картинки, изображающие наиболее общие для всех людей страхи. Первая показывала искаженное гримасой ужаса человеческое лицо, по которому полз огромных размеров паук, на втором лицо человека выражало полубессознательное состояние, да еще было сильно окровавлено, третья же показывала открытую гнойную рану с копошащимися в ней личинками.

Чем больший ужас на людей наводили эти картинки, показанные вперемежку с изображениями смеющихся детей, ваз, наполненных фруктами и безобидных кроликов, тем больше был сигнал полиграфа. Кроме того, меру испуга ученые для надежности отслеживали и по резкому моргательному движению мышц глаз испытуемых, являющемуся также одним из рефлекторных откликов на испуг.

В результате по чувствительности к страху группу удалось довольно хорошо разбить на две части, одна из которых состояла из очень пугливых людей, вторая из тех, кто, либо посмелее, либо более толстокож.

После сравнения результатов тестов на чувствительность к страху и предрасположенность к тем или иным политическим принципам в числе «трусов» оказались борцы за сохранение устоев американского общества.

Однако корреляция между физиологическим откликом на угрозу и политическими убеждениями — это только половина научных результатов. Ученые отмечают, что вряд ли способность бояться влияет на политические убеждения, равно как маловероятно и обратное. Скорее всего, и общефизиологическое чувство страха, и политические воззрения, связанные с боязнью потерять существующий общественный порядок, имеют один и тот же источник. По мнению Хиббинга, находится он в головном мозге, в районе миндалевидного тела.

Активность этой доли головного мозга играет большую роль в формировании отклика на изображения объектов и событий, представляющих угрозу, и потому может быть связана и с политическими воззрениями и предубеждениями. Более того, так как очень часто политические и социальные убеждения передаются от родителей к детям и то же самое было отмечено и для активности миндалевидного тела, ученые высказывают предположение о том, что между партийной принадлежностью людей и их генетической наследственностью есть связь.

Окажется ли выявленная корреляция между политическими предубеждениями и физиологическими особенностями людей еще одним инструментом черного политического пиара или, наоборот, с помощью экспресс генетического анализа станет возможным выявлять политиков, работающих во вражеском лагере, покажут выборы будущих лет.