«Роль Вали Будейко из «Универа» — не клеймо на всю жизнь». Интервью с Александром Мартыновым

Актер Александр Мартынов рассказал о семье, новой фамилии и дружбе с Анной Хилькевич

У Александра Мартынова в жизни много перемен. Актер, когда-то сыгравший Валентина Будейко в сериале «Универ», находится в поиске интересных ролей и совмещает это с миллионом других дел: он занимается образованием, получает профессию психолога, воспитывает троих детей и борется со слизнями в огороде. «Газета.Ru» пообщалась с актером Александром Мартыновым.

— Когда я искала информацию в интернете, чтобы подготовиться к интервью, столкнулась с проблемой — оказывается недавно ты поменял фамилию. В сети есть биография Александра Стекольникова, но практически нет ничего про Александра Мартынова. Почему ты решил поменять фамилию?

— У меня по обеим ветвям в семье были Мартыновы. Такая фамилия — у мамы в девичестве. По папиной линии дед был Мартыновым. Собственно дед и решил в 1930-х годах, приехав за паспортом в Новгород, назваться Стекольниковым. Эту фамилию он взял из-за профессии уже своего отца — тот работал стекольщиком. Дед был сталинистом, очень праведным, принципиальным. Я поменял фамилию, потому что считаю, нужно верить в силу рода, помнить предков, корни. Сперва взял просто псевдоним в социальных сетях, а буквально год назад уже получил паспорт с новой фамилией.

У меня много белых пятен в родословной. В скором времени, когда закрою ипотеку, надеюсь вложить деньги в поиск родственников. Знаю, что есть фирмы, которые помогают узнать информацию о предках с помощью архивов.

— А твоя жена и дети тоже взяли новую фамилию?

— У нас вообще все очень сложно. Супруга оставила фамилию от первого брака — она Филатова. Я не против. Мне важнее, чтобы дети были с моей фамилией.

— В сериале «Универ. 10 лет спустя» тебя подписывали уже как Александра Мартынова. Скажи, как актер, ты столкнулся с какими-то трудностями из-за того, что у тебя новая фамилия?

— Случилась обратная история. После выхода «Универа» вокруг меня образовалась тишина. Ни одного звонка, ни кастингов, ни приглашений для участия в съемках. Ничего. Считается, что кастинг-директора не любят приглашать в проекты актеров, долго играющих одну роль. Я много лет исполнял роль Валентина Будейко в сериале «Универ». И это не клеймо на всю жизнь. Я не из КВН. Я — профессиональный актер. Я не играл самого себя в «Универе». Я проработал персонажа. Об этом многие забыли. Поэтому, став Александром Мартыновым, я увидел в этом возможность начать все с начала. С новой фамилией в моей жизни почему-то стало больше приглашений, интервью. Сейчас делаю все возможное, чтобы меня заметили. Хочу, чтобы мир увидел мой потенциал.

— Как-то раз твоя коллега Аня Хилькевич сказала, что готова сниматься в «Универе» всю жизнь. У тебя такое же отношение к этому проекту?

— У моей хорошей подруги Анечки Хилькевич первоначальная цель – не съемки в кино и не работа в театре. Она успешная бизнесвумен, блогер. Аня прекрасно показывает себя во многих проектах. Так что я понимаю ее, когда она говорит, что готова сниматься в «Универе» снова и снова. У меня другая история. Я хочу развиваться дальше в актерстве. Да, я снялся в продолжении. Поступит еще одно предложение про «Универ», приму и его. Это работа, и я делаю ее добросовестно, профессионально. Вряд ли это будет какая-то долгая история. Если и снимут новый «Универ», то, наверное, в формате «20-30 лет спустя». В таком проекте будет 10-12 серий по часу, без ситкомовского погружения с тонной серий на несколько сезонов.

— Скучаешь иногда по своему персонажу Вале Будейко?

— Я никогда не скучаю по персонажам (улыбается). Я сосредотачиваюсь на роли, а как только слышу: «Стоп! Снято!», переключаюсь. В реальной жизни у меня другие роли — мужа, папы. Чаще всего на съемочной площадке мне приятно находиться не из-за персонажа, а из-за коллег. Во время «Универа» мы действительно все очень сдружились! Подобрался хороший коллектив из актеров, съемочной группы. Но я не ностальгирую. Я живу настоящим. Сейчас получаю второе высшее образование — учусь на психолога.

— Ты будешь совмещать работу актера и психолога?

— Да, думаю, найдется какой-то баланс времени, сил. Более того, я сейчас задумал сделать некий продукт, который смогу продавать и рекламировать — это и актерские упражнения, и тренинги личностного роста. Так как я танцующий актер, то включу туда еще и мастер-классы по танцам. Думаю, в скором времени я о себе еще заявлю, как коуч (улыбается).

— Ты уже упомянул, что вы хорошо общаетесь с Анной Хилькевич, дружите ли вы семьями?

— Думаю в дальнейшем так будет, но пока мы только с Аней общаемся. У нас у обоих замечательные семьи. Пока мы не ездили с детьми друг к другу в гости. Только я несколько раз приезжал к ней. Аня правда до меня так и не добралась, надеюсь, приедет.

— Недавно актер Николай Наумов, давая интервью, рассказал, что запрещает своим детям смотреть сериал «Реальные пацаны». А ты своим детям позволяешь «включать» «Универ»?

— Мои дети включают телевизор ради мультфильмов, он не работает фоном, знаешь, как было в нашем детстве. У детей есть гаджеты — так что телевизор им не нужен. Старшему сыну скоро исполнится 17 лет, он уже взрослый, и давно определился, чем хочет заниматься, сейчас, например, учится в ювелирном колледже.

Среднему сыну 11 лет, мы с женой его ограничиваем в использовании телефона, планшета. Так, в компьютерные игры он играет только по выходным.

Свою младшую дочь я постараюсь ограничить от использования гаджетов до семи лет. Сейчас ей три года. Я попросил родственников, чтобы ей не дарили ни в коем случае телефон. Я теперь, как профессиональный психолог, точно знаю, какой вред оказывают гаджеты на детскую психику. Дети должны играть, бегать, развивать мелкую моторику, свое воображение.

— Чем любят заниматься твои дети? Хотят ли они пойти по стопам отца?

— Я никогда не буду настаивать на актерском ремесле, но я понимаю, насколько мои дети одаренные. Например, Ваня, мой средний сын. Я вижу, что тот опыт, который я получил в театре и кино, как-то на генетическом уровне эта информация передалась ему. Ваня сам этого еще не понимает, но я-то вижу. Он, правда, не хочет идти заниматься в театральную студию, проходить какие-то кастинги. Но я и не настаиваю. Надеюсь, он реализует себя в другом. Ванька с четырех до девяти лет занимался футболом, а сейчас танцует брейк-данс. Что касается остальных детей, то младшую дочь мы хотим отдать на гимнастику. Она очень активная, ей нужны общение, тусовки, движуха.

— 16-летний Георгий — сын твоей супруги Марии от прошлого брака. Насколько я знаю, ты его официально усыновил. Расскажи в целом про ваши отношения, сложно ли было найти с ним общий язык?

— Да, история сложная. И для меня она была неожиданной. Заботиться и воспитывать чужого ребенка оказалось для меня, как для папы, действительно очень трудной задачей. Супруга мной гордится, хотя я понимаю, что я очень много ошибок совершал. Я перегибал палку, был слишком суров и иногда прямо несправедлив. Это какая-то природная вещь, когда ты не можешь любить безусловно этого ребенка.

Я люблю его, конечно же, но все время с какой-то оглядкой и оговоркой. Да, он не сын по крови, но я все равно вкладываю в него частичку себя. Это он мой воспитатель, а не я его. Он учил меня терпению, милосердию, честности, миролюбию. Он много раз прощал меня. За это я ему благодарен. Сейчас, когда он подрос, у нас замечательные отношения. Я счастлив, что он нашел себя в ювелирном деле.

Кстати, недавно я понял, что мне чуть проще общаться с детьми постарше, либо с совсем маленькими. А вот средняя школа, где-то с 7 до 12 лет, для меня сложный период. Это моя личная история. Я понимаю, откуда ноги растут. Я над этим работаю. И с психологом, и сам с собой.

— А с чем связано то, что тебе сложно построить отношения с детьми с 7 до 12 лет?

— Мне кажется, что в детях этого возраста просыпается некоторое бунтарство. Они переживают определенный кризис. И я как раз с психологом анализировал, почему же у меня не хватает терпения и мудрости более спокойно принимать и помогать ребенку преодолевать вот эти кризисы. Все просто, потому что именно в этом возрасте, когда мне было от 7 до 12 лет, мне никто не помогал справляться с трудностями. Тогда же я попал в театральную студию, и это сильно сломало меня.

— Почему?

— Была один преподаватель. Она считала правильным вмешиваться в личное пространство ребенка в психологическом смысле. Довлеть и навязывать свою систему ценностей. Она не профессиональный психолог, не профессиональный педагог, а бывшая актриса, и, конечно же, она наделала много ошибок. При этом я ей действительно благодарен за восемь лет, которые провел в театральной студии. И сейчас, когда я это все уже проработал, я с благодарностью отношусь к этому опыту и тому, что происходило там. Я не хочу вдаваться в подробности, потому что смысла нет, а человек уже сам себя наказал. Очень мало учеников возвращается к ней спустя годы, чтобы поблагодарить.

— Я хочу поговорить о твоей жене Марии. Можешь рассказать, как вы познакомились?

— Это случилось во время подготовки одного театрального проекта. Мария – художник-технолог и просто художник. История была забавной. В Петербурге один крупный заказчик вложил деньги в организацию театрального перфоманса. Инициативу поддержало правительство города, во главе которого стояла губернатор В.И.Матвиенко. Мы, актеры, режиссеры, художники, должны были продумать все до мелочей. Мы подготовились, однако в последний момент заказчик отменил мероприятие. Да, перфоманс не состоялся, но зато я познакомился с Машей. Когда ее увидел, понял — моя будущая жена! Такое было впервые со мной (смеется).

— Мария часто посещает вместе с тобой светские мероприятия, премьеры?

— Да, она любит выходить в свет. Это важная история для нее, потому что сейчас Маша сидит дома с детьми. Хотя мы все делаем в равнозначной степени, потому что я тоже большую часть времени дома. Но выход в свет ей нужен. Правда чаще все-таки я появляюсь на красных дорожках один. Мы живем в Домодедово, и каждый раз для совместной вылазки надо найти няню.

— Ты упомянул, что помогаешь супруге. Какие бытовые обязанности ты разделяешь с женой?

— Практические все. Только я не готовлю, потому что знаю, Маша вкусно это делает, да и любит это делать. Мы живем в таунхаусе — два этажа с мансардой. Нужно постоянно поддерживать дом в чистоте.

Своих мальчишек я приучаю к порядку — они моют ванну, пол, пылесосят, помогают со стиркой. Вдвоем с женой мы не справляемся. Вокруг нашего дома у нас три сотки. Маша очень любит огород. В этом году, например, собрали большой урожай огурцов. Есть сад — Маша ухаживает за розами, гортензиями.

А еще мы боремся с вредителями — этим летом в Московской области было какое-то нереальное количество слизней (улыбается).

— Вы недавно въехали в таунхаус?

— Мы живем там четыре года.

— В начале интервью ты упомянул, что еще платишь ипотеку.

— Да, это классная стимулирующая история (смеется). Она заставляет искать работу. Особенно, когда была пандемия. Три месяца я не работал — съемки отменили, спектакли тоже. Я был готов пойти работать курьером, проводил онлайн-тренинги по актерскому мастерству, взял в долг. В какой-то момент пошел в банк и попросил отсрочку, написал заявление, сказав, что у меня на иждивении трое детей, неработающая супруга. Мне пошли навстречу, дали отсрочку. Три месяца мы очень скудно ели. Но, слава богу, все закончилось, едем дальше.

— Завершая нашу беседу, хочу тебя спросить, в чем, на твой взгляд, секрет крепких отношений?

— Думаю, что ухаживания не должны заканчиваться после свадьбы. У всех нас разные темпераменты, и мы по-разному получаем удовольствие. Кому-то надо провести время вдвоем перед телевизором, кому-то важно услышать комплимент, а кому-то важно прикосновение. Вот мне важна кинестетическая составляющая, чтобы меня погладили, спинку почесали (смеется). И это обоюдная история. Нужно быть внимательным друг к другу. Проявлять заботу.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть