Под конец недели посольство США в России выступило с ответом на решение властей Москвы назвать безымянное пространство у здания диппредставительства Площадью имени Донецкой Народной Республики.
«Будем надеяться, что и впредь важные решения в России будут приниматься голосованием», — написали дипломаты в Telegram-канале посольства, тем самым обыграв тот факт, что решение о наименовании площади было принято по итогам голосования на проекте «Активный гражданин».
В России на эти слова никак не отреагировали.
«Не обратили внимание, честно»,
— сказала «Газете.Ru» официальный представитель МИД РФ Мария Захарова в ответ на просьбу оценить реакцию американского диппредставительства.
Война названий
О том, что территория у посольства США станет площадью ДНР, стало известно 8 июня. В этот день об итогах голосования на «Активном гражданине» сообщила мэрия Москвы, указав при этом, что альтернативными вариантами наименования были «Площадь защитников Донбасса» и «Площадь Героя России Владимира Жоги».
Ожидается, что в столице появится также и площадь (или улица) Луганской Народной Республики. В Мосгордуме уже предложили дать это имя территории у посольства Германии.
За действиями московских властей легко усмотреть своеобразный ответ на волну переименований, которая захлестнула столицы западных государств после начала российской специальной военной операции на Украине.
За несколько месяцев в более чем 10 западных городах улицы и площади у посольств и консульств России получили новые имена, посвященные Украине.
Серия переименований началась с прибалтийских городов. Еще 3 марта мэр литовской столицы Вильнюса заявил, что улица, на которой находится российское посольство будет переименована в «Улицу Героев Украины».
На следующий день к акции присоединилась Латвия. Тогда пресс-секретарь мэра Риги пообещал, что участок улицы Антонияс, на котором и находится российское посольство, получит название «Улица Независимости Украины».
Норвежский Осло 8 марта обзавелся «Площадью Украины», албанская Тирана 10 марта — «Улицей Свободной Украины», канадский Торонто 20 марта — «Площадью Свободной Украины», чешская Прага 24 марта — «Улицей Героев Украины». За апрель целых четыре польских города — Краков, Познань, Гданьск и Гдыня — обзавелись топонимами, связанными с Украиной. В этом же месяце названия улиц были изменены в столицах Швеции и Исландии.
О намерениях присоединиться к серии переименований говорили также власти Таллина, Копенгагена, Дублина, Варшавы и Нью-Йорка.
В МИД РФ о влиянии волны переименований на перспективы будущего восстановления отношений России с западными странами пока предпочитают не говорить.
«Вы задайте этот вопрос тем, кто их разрушает и одновременно десятилетиями переименовывает улицы», — посоветовала «Газете.Ru» Мария Захарова.
Восточный троллинг
Переименование улиц, на которых расположены российские дипучреждения, действительно стало уже привычной практикой. Еще совсем недавно, в 2018 году, площадь перед посольством РФ в Вашингтоне получила название «Немцов-Плаза» в честь погибшего 7 лет назад российского оппозиционера Бориса Немцова.
После этого улицы и площади с именем Немцова появились также в Вильнюсе, Киеве и Праге. Совсем недавно, в апреле, желание присоединиться к этому списку выразила и столица Словакии Братислава.
Между тем, такая «уличная дипломатия» — не совсем западное изобретение. Впервые такой троллинг был применен, как ни странно, против Соединенных Штатов.
Еще в 1969 году в индийском городе Калькутта победившие на местных выборах коммунисты переименовали улицу, на которой находилось американское генконсульство. Она получила имя Хо Ши Мина — президента Демократической Республики Вьетнам и противника США времен Вьетнамской войны, которая была тогда в самом разгаре.
Спустя 12 лет этим приемом воспользовался переживший Исламскую революцию Иран, правда не против США, а против Великобритании. Рост напряжения в отношениях Тегерана и Лондона совпал с периодом активной борьбы британского правительства с ирландским сепаратизмом. В результате улица Уинстона Черчилля, на которой было расположено британское посольство в Иране получила имя Бобби Сэндса — ирландского депутата, который скончался в британской тюрьме в результате голодовки.
К слову, в этом же году проспект Эйзенхауэра в Тегеране был переименован в проспект Свободы, а площадь Кеннеди стала площадью Таухид.
Все эти топонимы сохраняются до сих пор, правда однажды Ирану все же пришлось пойти на попятную ради восстановления дипломатических отношений с Египтом.
В 2004 году иранские власти переименовали улицу, названную в честь Халида аль-Исламбули, убийцы президента Египта Анвара Садата.
В 1984 году США, освоив методы восточной дипломатии, решили применить их против своего главного соперника — СССР. Так в Нью-Йорке перекресток 67-й улицы и 3-й авеню получил название «угол Сахарова-Боннэр». Таким образом Вашингтон продемонстрировал свою поддержку находившимися в горьковской ссылке Андрею Сахарову и его жене Елене Боннэр. В том же году Сенат США одобрил переименование переулка у советского посольства в Вашингтоне в Сахаров-Плаза.
В 2016 году американцы попытались использовать этот дипломатический прием против Китая — Сенат США предложил переименовать участок улицы в Вашингтоне, где находится посольство Китая в честь находившегося в заключении с 2009 года китайского диссидента и лауреата Нобелевской премии мира Лю Сяобо.
Впрочем, «затроллить» Китай в США все же не решились — проект переименования не нашел поддержки в Палате представителей.
Мешает ли «уличная дипломатия» налаживанию отношений?
Бывший заместитель генерального секретаря ООН, советский и российский дипломат Сергей Орджоникидзе отметил, что с дипломатической точки зрения «ничего хорошего в этом явлении, конечно, нет».
«Мне кажется, что это не самое сильное действие в дипломатии и вообще в международных отношениях. Это чисто политическая акция, которая, как правило, направлена на то, чтобы в какой-то мере досадить государству, посольство которого представлено на территории страны пребывания», — сказал он «Газете.Ru».
Однако, подчеркнул Орджоникидзе, переоценивать негативный эффект от смены названий топонимов тоже не стоит.
«Это показатель недовольства одной страны действиями другой. Но не более того», — заметил он.
По словам дипломата, на реальный дипломатический процесс такие переименования не влияют. В качестве подтверждения своих слов он приводит в пример все тот же перекресток 67-й улицы и 3-й авеню в Нью-Йорке, названный «углом Сахарова-Боннэр»
«Его как переименовали в 84-м году, так он до сих пор это имя и носит. И что? Ни тепло, ни холодно. Дальнейшему потеплению между Горбачевым и Рейганом это не помешало. Также, наверное, и в любом другом случае. Уж точно эти переименования никак не влияют на характер работы посольств и дипломатических представительств», — резюмировал Орджоникидзе.
